Расписание Личный кабинет ЭОС Документы Диссертационные советы Библиотека электронных ресурсов

+7 (495) 939-35-66 - деканат  все контакты
faculty@hist.msu.ru - электронная почта

 

Новости исторического факультета

26.10.2018 Л.С.Белоусов: "Почему в Италии больше не будет Муссолини"  3211 

Un quadro dal film sovietico Crollo, 1968, dal regista Vladimir Chebotarev

 Почему в Италии больше не будет
 Муссолини

"Муссолини часто казалось, что именно он творит историю, единолично вершит судьбы миллионов..."

- это цитата из книги Л.С.Белоусова "Муссолини: диктатура и демагогия", выдержавшей уже несколько переизданий и до сих пор являющейся бестселлером.

Член-корреспондент Российской академии образования, доктор исторических наук, заведующий кафедрой новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, профессор Лев Сергеевич Белоусов с помощью биографии Бенито Муссолини рассказывает российским читателям о причинах рождения, успеха и неудачи первого фашистского режима в истории.


Дуче - диктатор и великий демагог - останется в мировой истории основоположником "фашизма", который в период Второй мировой войны для большинства граждан СССР, а позднее для россиян стал символом гитлеровского национал-социализма.

"Моя цель проста: я хочу сделать Италию великой, уважаемой и внушающей страх» так Муссолини говорил Людвигу в 1932 году. Спустя 13 лет страна была растерзана войной, разорена и унижена фашизмом", - еще одна цитата из книги профессора Белоусова.

Интернет-портал "Sputnik Italia" попросил известного итальяниста рассказать о том, как родилась идея написать книгу "Муссолини: диктатура и демагогия", а также о том, какими качествами должны обладать современные политические лидеры.

— Почему вы решили написать книгу о Муссолини?

— В 70-е годы, еще студентом, я столкнулся с тем, что в СССР практически ничего не было известно об итальянском фашизме, очень мало было написано на этот счет. Уже тогда, даже не имея доступа к материалам, которые находидись в советское время в спецхранах, я понял, почему. А когда я смог съездить в Италию и поработать в итальянских архивах, мне стало ясно, что основная причина, по которой история итальянского фашизма не изучалась в СССР - идентичность многих явлений, существовавших в 30-е годы в Советском Союзе и в фашистской Италии.

Именно по этой причине четыре года отдел идеологии ЦК КПСС не давал разрешения на публикацию моей первой книги – монографии по кандидатской диссертации, которая называлась "Молодежь против фашизма". Она была опубликована только в 1987 году, в годы "перестройки". Я был одним из первых, если не самым первым советским исследователем, который работал с полицейскими донесениями в Государственном архиве Италии. Это помогло мне воссоздать механизм контроля тоталитарного государства над обществом и проанализировать проблему консенсуса в обществе – то есть согласия с существующим режимом. Одним из элементов этого согласия был вождь, который должен был стать лидером нации.

Так в центре моих исследований оказалась фигура Муссолини, о котором в СССР мало что знали. Мне стало ясно, что фигура дуче будет очень интересна российским читателям, да и мне самому она была интересна. Я набрал много материала и написал первую книгу, она вышла в 1993 году и разлетелась мгновенно. После этого я увлекся темой тоталитаризма, точнее, отношения между вождем и массами, чтобы понять, как взаимодействуют эти две силы.

— Какое развитие получил ваш интерес к теме тоталитаризма в новой России?

— Прошло 23 года. За это время в России были опубликованы другие монографии о Муссолини, в основном переводные, мемуары Кларетты Петаччи и Г.Чиано, а мою книгу уже нельзя было найти.

Я понял, что в российском обществе есть определенный интерес к яркой личности, пусть даже если это и отрицательный персонаж.

XX век был веком масс, которые впервые в истории стали субъектом исторического процесса. Если раньше преобладали авторитарные режимы и политическая верхушка могла править, опираясь только на истеблишмент, то после Первой мировой войны эта система управления перестала работать. Массы были вооружены после войны и готовы применять насилие. Во многих странах народ обрел избирательное право, появились массовые политические партии. В результате оказалось, что массы могут реально влиять на выбор политического курсаполитику. Значит, нужно было с этими массами работать.

Тоталитарные режимы, пришедшие к власти в некоторых странах, принципиально отличались от авторитарных именно тем, что умели работать с массами. Прежде всего, ими была разработана система подчинения масс. Она проникала во все поры общества и превращала массы в податливую субстанцию, с которой можно было сделать все что угодно, или почти все. На эту тему написано уже много книг, и в каждой из них отмечается, что одной из характерных черт тоталитарного общества является вождизм. Должен быть харизматический лидер, вождь, обожествляемый массами.

В Италии фашизм и дуче шли под лозунгом новой молодой Италии и возрождения былого величия страны. Муссолини был блестящим журналистом и великим демагогом. Более того, он был наделен удивительным политическим чутьем. Он мог прекрасно выразить то, что нужно простому человеку в броской, доступной форме. Нужно иметь в виду историческую ситуацию, в которой дуче пришел к власти: это был период абсолютной неустойчивости после войны, тотальной разрухи, краха надежд. И вдруг появляется человек, который говорит "Я знаю путь к солнцу", "знаю, как установить в стране высшую социальную справедливость" - это я его цитирую.

Программа фашистов отвечала интересам практически всех социальных групп, и каждый нашел в ней ответы на те вопросы, которые искал. Безусловно, его поддержала не вся Италия. Но оппозиция в это время была довольно слабой. Дуче был блестящий организатор и мастер политического маневра, не имевший твердых взглядов.

Иными словами, если говорить об идеологии Муссолини, он жонглировал идеями, применяя те или иные из них по необходимости.

— Насколько актуальны Ваши оценки личности Муссолини, и насколько рассматриваемая в Вашей книге фигура этого политика сегодня может интересовать итальянское или российское общество?

— Мы сейчас живем в другом мире. Готовя книгу о Муссолини, о тоталитарной системе, я писал о том времени, когда итальянская власть пыталась превратить общество в стадо. Дуче даже использовал этот термин – "стадо овец, которое надо вести". Может ли сегодня появиться политический лидер, который ставил бы перед собой такую же цель? Реально ли, чтобы люди в демократическом обществе превращались в массу в ущерб индивидуальной свободе? А дуче говорил именно об этом. По-моему, это время ушло. Не случайно неофашистская партия Alleanza Nazionale прекратила свое существование и стала легальной частью правого спектра. Я считаю, что в европейской и итальянской истории этот период действительно ушел в прошлое. Нынешнее общество совершенно другое и не может воспринять такие идеи, и я уверен, что ничего подобного в виде вождизма в Италии повториться не может.

Фашизм как режим привел страну к национальной катастрофе, при том, что в Италии был почти 20-летний период консенсуса, согласия общества с Муссолини, была активная государственная политика как форма регулирования государством экономики и социальных отношений. В Италии было самое развитое по тем временам в мире социальное законодательство. И эта активная социальная политика обеспечивала дуче определенную поддержку в обществе. Да, это был черный период в истории Италии, но даже антифашисты признают, что за период "черного 20-летия" Италия из аграрно-индустриальной страны стала индустриально-аграрной. Самый известный исследователь фашизма Ренцо Де Феличе пишет, что именно на этой основе в обществе сформировался консенсус по отношению к режиму Муссолини – принимали его, поскольку он действовал в интересах многих и их энтузиазм был искренним. Поэтому сегодня однозначных оценок – все черное и все белое – не существует.

Мы сейчас учимся смотреть на эту фигуру с разных сторон. У марксисткой науки в СССР было однозначное отношение к фашистскому режиму. Однако очень мудрую мысль высказывал российский историк Борис Рэмович Лопухов, написавший историю фашистского режима в Италии: "Все было гораздо сложнее и неоднозначнее".

При этом я не думаю, что работы вроде моей могут дать что-то новое для итальянцев, а вот для русских читателей они могут стать откровением.

— Можно ли сказать, что Италия и ее политики усвоили уроки история периода Муссолини, и никто больше не объявит себя национальным лидером?

— Италия теперь – другая страна. И, к примеру, Маттео Сальвини не скажет о себе, что он новый национальный лидер и всегда прав – а дуче говорил об этом! У Сальвини есть точка зрения, с которой можно спорить, а с дуче спорить было нельзя. И параллели Сальвини с дуче – это неисторический подход. Это и разные периоды, и разные фигуры.

Для дуче жизненной доминантой была власть, власть любой ценой. Ощущение собственной миссии, якобы дуче был ниспослан "Италии провидением" и не способен ошибаться. Дуча всегда был прав.

Для меня очень интересно было понять, как люди это воспринимали. Поэтому я много работал с документами в архивах – с доносами полиции, слухачей, которые терлись всюду и везде. В докладах квесторов видно, как в обществе вызревает отторжение Муссолини, сопротивление. Не случайно после войны коммунисты были самой мощной антифашистской силой в Италии.

Любая форма социальной, экономической и политической организации имеет свой ресурс. Когда работают неолиберальные принципы, рыночные рычаги в ущерб социальной политике, экономика начинает развиваться. Появляются деньги – давайте их потратим! Побеждают социалисты и начинают тратить. Откат обратно, и у порога кризиса снова побеждают правые. И в Италии на смену Маттео Ренци приходит Маттео Сальвини, или наоборот – на смену Сильвио Берлускони – Романо Проди.

Правительство Сальвини - Ди Майо – это новый политический феномен. Движение 5 звезд - это движение людей, которые устали от политики и хотят просто нормальной жизни. Они в принципе могли бы на основе такой программы (именно потому что у них нет программы) – блокироваться с кем угодно. Этот феномен в Италии, думаю, будет развиваться дальше, как движение, основанное на недовольстве значительной части итальянцев бездеятельностью правительства и отсутствием социальной справедливости.

Они не желают заниматься политикой, но хотят изменений в обществе. При этом им неизбежно придется заниматься политикой. В этом противоречивость этого движения. И это уже новый виток развития в новом веке.

Интервью провела Елена Коваленко


Назад к списку новостей