# Главная

Название листовки (или первая строка):
Ко всему обществу.  Боже, царя храни!  - гремит сегодня во всех концах России, и миллионы рабов, стоя, выслушивают этот торжественный гимн русского самодержавия.

Где листовка распространялась:
в Минске в Малом городском театре и в Вильне

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.529.


Название листовки (или первая строка):
К обуховцам. Товарищи! Сегодня 7-ое мая - прошел уже целый год, а мы все живо помним все зверства полиции и царского воинства, какие они совершили над нами в прошлом году 7-го же мая.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем работникам и работницам города Кременчуга. На международном социалистическом конгрессе в Париже в 1889 г. была принята представителями рабочих всех стран, в том числе и России, резолюция, гласящая…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.530.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи-рабочие! Каждый год в начале мая начальство делает аресты и обыски и увеличивает число городовых и жандармов на улицах.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 46. 21-го апреля в г.Баку состоялась на площади около армянского собора демонстрации.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.531.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Как вы все хорошо знаете, осенью 1901 года русский император посетил Францию.


Название листовки (или первая строка):
Господа солдаты! Знаете ли, господа, куда и зачем вас посылают?

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.532.


Название листовки (или первая строка):
Долой самодержавие! Беснуйтесь, тираны, глумитесь над нами, // Грозите штыками, тюрьмой, кандалами. // Ваш собственный страх не сковать вам цепями. Высоко, высоко, закрытый облаком, в золотой короне и горностаевом плаще сидит царь.

Текст листовки:
Пролетарии всех, стран, соединяйтесь!
ДОЛОЙ САМОДЕРЖАВИЕ
Беснуйтесь, тираны, глумитесь над нами,
Грозите штыками, тюрьмой, кандалами.
Ваш собственный страх не сковать вам цепями!
Высоко, высоко, закрытый облаком, в золотой короне и горностаевом плаще сидит царь. У ног царя расположились исполнители воли его — министры. Попы в облачении с кади-лами в руках поют «многие лета» царю и учат народ сми-рению и покорности. Солдаты стоят наготове защищать спокойствие и неприкосновенность престола от внешних и внутренних врагов. Весело пируют богатые люди. Все это здание, эту чудовищную тяжесть держат на плечах крестья¬не и наемные рабочие. Проливают они пот, слезы и кровь, чтобы кормить и защищать своих кровопийц и грабителей. Но некоторые из них уже разогнули спины, смотрят в упор на врага и, подымая вверх кулаки, говорят: «Мы хотим жить свободными!». Свист нагаек и ружейный залп служат отве¬том на возгласы «бунтовщиков», и они, потребовавшие после вековой неволи свободы, умирают в борьбе. Но не напрасно! Всевозможными средствами защитило себя царское прави-тельство от грозящего ему проявления народного недоволь-ства. Оно старается держать народ в невежестве, так как не-вежественный рабочий смирнее, покорнее. Гонится свободная мысль и правдивое слово, и цензура зорко смотрит, чтобы оно не дошло до народа. Сурово наказываются попытки рабо-чих достичь общими силами, путем борьбы с капиталистами улучшения своего положения, ибо это грозит опасностью для государственного строя, в котором сильный обижает слабого, богатый обижает бедного, сытый отнимает у голодного по-следнюю корку хлеба. Громадные деньги правительство тратит на содержание отдельного корпуса жандармов и целой армии шпионов, задача которых выслеживать и пресекать в корне всякую крамолу и измену царю. Наконец, многочисленные отряды полиции, полки диких казаков готовы по первому знаку броситься на народ и убивать его.
Казалось бы, нет силы, способной сопротивляться могу-ществу царского правительства, нет предела его властво-ванию!
Но под ледяным покровом правительственного произвола неслышно пробивала себе дорогу живая струя. В массе рабочего народа росло понимание окружающих его несправедли-востей, росло желание бороться против них, и наравне с этим развивалось социал-демократическое рабочее движение.
Бурная вспышка Морозовской стачки в 1885 году при-нудила правительство обратить внимание на положение рабочих масс и учредить контроль над беззастенчивым обира-тельством рабочих капиталистами. Была учреждена фабрич¬ная инспекция. Но царское правительство стремилось лжи¬выми уступками успокоить рабочих, не думая об улучшении их положения. Действительно, фабричные инспектора, кото¬рые относились честно к своим обязанностям и обличали зло¬употребления фабрикантов, пошли в отставку, а назначением фабричной инспекции стала защита интересов капиталистов и запугивание рабочих. Петербургская стачка 1895—1896 гг., в которой принимало участие больше 30 000 рабочих, заста¬вила правительство заняться урегулированием длины рабо¬чего дня. Законом был установлен 11 1/2 -часовой рабочий день, но, чтобы не пострадали барыши фабрикантов, число сверху¬рочных часов предоставлено их усмотрению. Кроме этих круп¬ных фактов, масса более мелких стачек и столкновений рабо¬чих с полицией в разных промышленных центрах России доказали, что социал-демократическое движение здесь, как и в других странах, быстро растет и развивается. Все меры, пред-принимаемые царским правительством для потушения раз-горающегося пламени, оказались бессильными. Движение росло и в то же время приходило к более ясному сознанию своих целей и пути, по которому следует идти. В борьбе с хищ¬ничеством капиталистов, в борьбе за лучшие условия труда мы стали лицом к лицу с царским правительством. Рабочие увидели, что правительство защищает интересы одного класса в ущерб другому, что оно помогает обирателям и теснит оби¬раемых, поддерживает сильного против слабого. Рабочие убе¬дились, что царское правительство — враг им, и нужно или отступить, или решиться на борьбу с ним. Но отступить нельзя! Это значит мириться с вечным недоеданием, страхом перед воз¬можной потерей заработка, мириться с беспросветной тьмой.
Но и царское правительство не могло смотреть спокойно, как рабочие выбиваются из ига капиталистов. Ведь рабочие желают быть свободными, а самодержавие не допускает сво-боды, оно может править лишь рабами. Кто не чувствует себя рабом, тот борется с самодержавием. Многочисленные демон¬страции 1901 и 1902 гг. показали, насколько революционно настроение рабочих, события эти убедительно говорят за то, что сознание необходимости борьбы с самодержавием про¬никло в массы.
Рабочие убедились, что необходимо стремиться к ниспро-вержению самодержавного правительства, что вместо него нужно создать новое, при котором в управлении страной будут Принимать участие и рабочие, и тогда только можно думать об осуществлении конечной цели, к : которой стремится социал-демократия, только тогда будет уничтожено право частной собственности на землю, фабрики, машины и пути сообщения, тогда исчезнет рабская зависимость труда от капиталистов.
И сольются воедино народы
В братском царстве святого труда! 
На борьбу с существующим строем эксплуатации и не-справедливости начинают уже выступать еще мало созна-тельные массы обедневших крестьян. Постоянно увеличиваю¬щееся население деревень влечет за собой дробление земли на слишком мелкие участки, на которых не может прокор¬миться крестьянская семья. Гроши, которые удается добыть крестьянину со своего истощенного клочка земли, уходят на уплату прямых и косвенных налогов, выколачиваемых из него розгами заботливым царским правительством. Не получая почти никакого дохода от обработки земли, продавая свое по¬следнее имущество для уплаты недоимок, сотни тысяч и мил¬лионы крестьян понемногу обращаются в неимущих пролета¬риев — людей, не имеющих никакой собственности, добываю¬щих средства к жизни продажей рабочей силы. Часть их идет искать занятий в города на фабрики, заводы, а большинство образует огромную армию деревенского пролетариата.
Ввиду неурожая в прошедшем году в Полтавской и Харь-ковской губерниях бедственное положение крестьян еще ухудшилось. После 19 февраля здесь в большом количестве по деревням и селам были распространены прокламации. В них говорилось о том, как при освобождении крестьян пра¬вительство нагло обделило их землей, предоставив большую и лучшую часть помещикам, монастырям и казне, и указы¬валось на то, что царь со своими приспешниками нисколько не заботится о нуждах крестьян. Прокламация эта произве¬ла сильное впечатление и читалась даже на сельских и воло¬стных сходах. Крестьяне волновались и решили ввиду тяже¬лого положения немедленно поделить между собой весь хлеб, находившийся в помещичьих амбарах. Свое решение они во многих местах привели в исполнение. Волнение охватило бо¬лее сотен сел. Местные представители власти оказались бес¬сильными защитить имущество капиталистов-помещиков, и на помощь им были вызваны казаки и войска. Несколько недель пришлось потратить вооруженной силе для борьбы с исто-щенными голодом и работой крестьянами. Были применены самые жестокие меры, и хотя в нескольких местах солдаты отказались стрелять в безоружную толпу, но убитых все-таки было немало.
После началась поголовная порка, многие были арестованы, а для возмещения убытков помещикам у крестьян отобрали вместе с забранным хлебом и их собственное имущество.
Ни перед чем не остановилось царское правительство, вы¬ступив на защиту интересов дорогих и близких ему капита¬листов-эксплуататоров. От варварских мер правительства много терпит горя народ, много проливается народной крови, но охватившее массы волнение не пройдет бесследно. И кре¬стьяне убедятся, что самодержавие — главный их враг, что во имя достижения лучшего будущего надо бороться против тех, кто поддерживает тьму невежества и произвола.
Сознание необходимости такой борьбы проникает теперь во все слои общества. И вот отдельные герои, жертвующие собой, своей жизнью во имя общего блага, выступают мстителями за угнетенный народ. В прошлом году бывший студент Кар¬пович убил министра народного просвещения Боголепова, отдавшего в солдаты более 200 студентов и тормозившего всеми средствами дело народного просвещения. Потом были произведены покушения на Победоносцева и московского губернатора Трепова. Наконец, в этом году от руки револю¬ционера пал министр внутренних дел Сипягин.
Казнь его была выражением возмущения и протеста, на¬копившихся в сердцах всех честных людей против произвола и насилия самодержавного правительства и против целого ряда зверских мер, предпринимаемых Сипягиным с целью задушить в народе стремление к свободе и справедливости. Конечно, на место Сипягина нашелся другой насильник Пле¬ве, который уже успел забрызгать себя кровью убитых и засеченных в Харьковской и Полтавской губерниях крес¬тьян, но каждый подвиг террориста важен тем, что он находит отзвук в сердцах масс, жаждущих света и свободы, важен тем, что он всех заставляет задуматься над происходящим вокруг и призывает к борьбе против захватившей власть в свои руки кучки наглых угнетателей и насильников. Чем более обостряется борьба революционеров против сущест-вующего строя, тем более напрягает силы самодержавное правительство, желая вырвать с корнем крамолу. Обыски и аресты сыпятся на головы обывателей без конца. Арестован¬ными переполнены все тюрьмы. У нас в Киеве во время де¬монстрации 2 и 3 февраля, которую правительству не уда¬лось предотвратить своими бумажными угрозами, полиция свирепо накинулась на попавшихся ей в руки демонстрантов. Арестованных отводили в участки, где всех без разбора из¬бивали. Сквозь стены, сквозь крепко запертые двери доносились на улицу полные злобы и гнева крики избиваемых. Эти крики, как расплавленное железо, вливались в сердца ходивших по улицам демонстрантов. Дикие зверства поли-ции закаляли их решимость «жить свободными или умереть в борьбе». После этого в ночь с 8 на 9 полиция произвела еще массу арестов, наполнив арестованными все тюрьмы. Но и это оказалось мало, и вот после призыва к манифестации в ночь с 21 на 22 апреля были снова произведены массовые аресты. Особенно свирепствовала полиция на Подоле, где правительственные ищейки, как разбойники, прикрываясь ночным мраком, совершали набеги на дома обывателей, по-дымали всех на ноги, переворачивали вверх дном квартиры и уводили рабочих в тюрьмы. Кажется, нет предела зверству и жестокости русского правительства и нет предела числу жертв, гибнущих за общее благо. Но как ни старается прави-тельство уловить всех борцов за свободу, они твердо стоят на своем посту, ускользая сквозь густую сеть полицейских, жан¬дармов и шпионов. Сейчас же вслед за арестами 21 апреля, через три дня, был распространен комитетом в рабочей среде № 15 «Искры», потом было распространено 3000 экземпля¬ров майской прокламации, присланной из-за границы, была выпущена (500 экз.) прокламация «К парикмахерам».
Уже много лет огромная, темная сила самодержавного, азиатского правительства, забирающая в свои руки с народа ежегодно два миллиарда рублей, управляющая целой армией тайной и явной полиции, десятками тысяч чиновников и мил-лирном солдат, борется против не имеющих ни войск, ни ору¬жия революционеров. Сотнями и тысячами хватают нас, са¬жают в тюрьмы, ссылают в Сибирь, а мы остаемся непобеди¬мыми и наше движение растет и развивается, захватывая все новые массы рабочего народа. Угнетающее нас чудовище в ужасе мечется во все стороны, не зная, кого надо хватать, кого уничтожать. И слабый вначале луч света все больше и больше наполняет окружающий нас мрак — наступают пред¬рассветные сумерки. Скоро утренняя заря осветит нас своим бледнорозовым светом и первые яркие лучи солнца возвестят нам о приближении свободы и справедливости. Тогда навеки погибнут темные силы, погибнет произвол, и мы открыто пой¬дем по дороге к счастью.
Вперед, товарищи! Долой самодержавие! Да здравствует свобода! Да здравствует социализм!
Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии Киев, 10 мая 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
3-го мая по приговору военного суда повешен Степан Балмашев, убивший министра внутренних дел Сипягина.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.533.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Последнее время постоянно слышишь о бунтах рабочих, крестьян, студентов.


Название листовки (или первая строка):
Анализ рославльских демонстраций 11 и 12 мая 1902-го года. Ввиду господствующего в нашем обществе ложного понимания демонстраций 11 и 12-го мая считаем необходимым дать анализ события.


Название листовки (или первая строка):
Ко всему обществу! Свершилось! Среди всеобщего ликования виленского населения был нанесен удар одному из гнуснейших царских опричников: повсюду было слышно лишь одно сожаление - почему он остался жив.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.534.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 48. Тревожное время переживает теперь Россия.


Название листовки (или первая строка):
К обществу. Рабочие и их друзья намеревались праздновать 16 апреля вечером на Екатерининской улице, как празднуют рабочие и просвещенные люди всего образованного мира.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.535.


Название листовки (или первая строка):
Ко всему народу русскому от партии социалистов-революционеров. Вот уже более 30 лет как социалисты-революционеры ведут борьбу с царем и его слугами, 20 лет тому назад удалось им убить нескольких самых важных начальников и, наконец, даже самого царя.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи рабочие! Страдая от такого униженного положения, в котором держит нас царское правительство, мы соединились в один братский союз для общей борьбы за справедливый порядок.

Подпись под листовкой:
Екатеринбургский комитет Уральского союза с.-д. и с.-р.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.536.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Слух, которому сначала не хотелось верить, так как он казался невероятным и неправдоподобным по своей из ряду вон выходящей дикости, - слух о том, что в Вильне местный губернатор Валь… подверг участников майской демонстрации унизительному..

Где листовка распространялась:
в Петербурге в Шлиссельбургском рабочем р-не


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 53. ЦК Всеобщего еврейского рабочего союза в Литве, Польше и России приглашает русских рабочих выразить протест против гнусных насилий, совершенных над виленскими рабочими.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.537.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем заводским рабочим. Весь город занят теперь забастовкой на Французском и Черноморском заводах.


Название листовки (или первая строка):
Воззвание к польским товарищам - рабочим. Товарищи! Мы, сорганизованные еврейские рабочие социал-демократы, впервые обращаемся квам с воззванием от имени нашего союза.


Название листовки (или первая строка):
Саратовские жители! 5 мая по Саратову разнеслась страшная весть: на Верхнем базаре вспыхнул бунт… Но на этот раз страх оказался напрасным - на этот раз не было бунта, была демонстрация.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.538.


Название листовки (или первая строка):
Слово 11-е. Кто не знает, что  беспорядки , которые устраивают студенты, охватили в нынешнем году всю Россию?

Где листовка распространялась:
в с.Юрино Васильсурского у. Нижегородской губ.


Название листовки (или первая строка):
Рабочим Брянского завода. Товарищи рабочие! Вы видели, как геройски боролись болтовщики, как справедливо, дружно отстаивали они свои интересы.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.539.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи - рабочие, в среду 28 мая в городе Вильне был повешен сапожник Леккерт.


Название листовки (или первая строка):
Братья, 23 мая в Вильно повесили молодого человека сапожника именем Леккерт.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.540.


Название листовки (или первая строка):
Листок  Рабочего слова . Ко всем рабочим г.Одессы. Крестьянские волнения в Харьковской и Полтавской губ. Товарищи! Бурный поток революционного движения…


Название листовки (или первая строка):
Всем работникам и работницам. Товарищи! Еще никогда русское правительство открыто не выказывало своей дикости и тиранства, как 1-го мая сего года.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.541.


Название листовки (или первая строка):
Массовые аресты и обыски. Последние две-три недели в городе и в Сормове происходили многочисленные аресты и обыски.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи рабочие! Мы не станем описывать того, что было в день 18 апреля!

Подпись под листовкой:
Соединенный комитет местных организаций: Виленская группа РСДРП. Виленский комитет СДКПиЛ, Виленский рабочий комитет Литовской социалистической партии, Виленский с.-д. комитет Всеобщего еврейского рабочего союза в Литве, Польше и России

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.542.


Название листовки (или первая строка):
К еврейским рабочим г.Екатеринослава. Недавние стачки евреев-сапожников, евреев-портных, евреев-столяров и закройщиков в нашем городе должны были открыть глаза всем местным еврейским рабочим.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ   РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех  стран,  соединяйтесь?
К ЕВРЕЙСКИМ РАБОЧИМ г. ЕКАТЕРИНОСЛАВА
Недавние стачки евреев-сапожников, евреев-портных, евре¬ев-столяров, заготовщиков в нашем городе, должны были от¬крыть глаза всем местным еврейским рабочим, должны были…
…. * сказка об едином и нераздельном еврейском народе,— сказка распространяемая…. *
В нашем обществе, раздираемом на части различными, противоположными интересами, нет больше единого народа, нет больше единой нации. Всякая нация делится теперь на два главных класса, которые можно рассматривать как бы две отдельные нации: на класс богатых — предпринимателей, капиталистов-эксплуататоров и на класс эксплуатируемых — наемных рабочих. Главные, жизненные, насущные интересы этих двух классов в каждой отдельной нации не только раз¬личны, но даже резко противоположны между собой. Это и говорят, об этом и твердят рабочим социал-демократы.
Посмотрите, много ли правды в словах еврейских «пат-риотов», сионистов ш, когда они толкуют о единстве интересов еврейского народа. Разве вы не видите, разве вы не чувствуе¬те, на своих же спинах не чувствуете, что еврей-хозяин вам не брат, а прежде всего эксплуататор вашего труда, выжи-матель вашего пота, ваших сил и здоровья? Но, быть может, хозяева сионисты, шекеледатели, акционеры еврейского банка, те, словом, которые, кажется, только и думают, только и го¬ворят о благополучии еврейского народа, быть может, хозяе¬ва сионисты лучше хозяев не сионистов, лучше хозяев не евреев?
Евреи-рабочие! В Екатеринославе немало видных хозяев сионистов и всем известно, как плохо, как отвратительно жи-вется у них еврею-рабочему. И не в одном только Екатерино-славе это так. Кто не слыхал имени известного сиониста, чай-ного торговца Высоцкого? Но не все, вероятно, знают, что этот сионист одинаково бесчеловечно эксплуатирует труд своих «братьев», рабочих-евреев в Одессе и труд рабочих не евре¬ев — русских, татар в Москве. Года два тому назад у Высоц¬кого в Одессе вспыхнула стачка. И этот еврейский патриот, этот горячий сионист, не постыдился обратиться за помощью против своих же братьев-евреев… к Одесскому градоначаль¬нику— злейшему врагу евреев! И чего только, благодаря своему еврейскому хозяину, не испытали тогда евреи-стачеч¬ники, каких только оскорблений, унижений не перенесли они? — «Жиды, на колени!» — так скомандовал стачечникам приглашенный Высоцким градоначальник. Недавно, этим ле¬том только, у того же Высоцкого в Одессе покончил с собою старый рабочий-еврей, после многих лет службы выброшен- ный хозяином на улицу. И таких Высоцких, больших и малень¬ких, среди хозяев-сионистов много, очень и очень много. На Литве в Двинске, например, есть свой Высоцкий, только по фамилии Закс, известный спичечный фабрикант-сионист. На его фабрике работают почти исключительно евреи и еврейки. И что же? По всей Литве великой, среди немалочисленных хозяев-эксплуататоров имя сиониста Закса пользуется осо-бой, выдающейся славой эксплуататора из эксплуататоров. Несколько лет тому назад еврейские рабочие и работницы фабрики Закса в числе около 600 человек, доведенные до от-чаяния, устроили стачку. К кому обратился еврейский «пат-риот», чтобы подавить стачку, чтобы унять зачинщиков, чтобы выселить из города главарей, «бунтовщиков?». К кому, как не к злейшим врагам еврейского народа, к представителям цар¬ского правительства?
Евреи-рабочие! Не правы ли социалисты, когда они сме-ются над сионистской сказкой об общности интересов еврей-ского народа? Не правы ли социалисты, говоря: нет единого еврейского народа, а есть как бы два еврейских народа. С од-ной стороны — «народ» евреев-предпринимателей, эксплуата¬торов чужого и большей частью еврейского же труда, а с дру¬гой стороны — рабочий еврейский народ. Интересы же еврей¬ского рабочего народа, еврейской трудящейся массы одина¬ковы с интересами всех нееврейских трудящихся масс. В са¬мом деле, разве мы не видим, как во всех образованных странах десятки лет уже рабочие разных национальностей, разных языков и религий рука об руку борются против обще¬го врага, против хозяев-эксплуататоров и их союзников, враж¬дебных рабочему классу правительств? И разве того же са¬мого в последние годы мы не видим и у нас? Только тот, кто, как сионист, умышленно закрывает глаза, кто не хочет видеть или не понимает, что видит, может отрицать существующее  и все развивающееся единение рабочих всех национальностей.
Только сионисты, умышленно извращая всю прошлую, всю теперешнюю историю человечества, могут повторять взятые напрокат у антисемитов слова о том, что антисемитизм су¬ществовал и будет существовать вечно. Это утверждать могут, конечно, только такие невежественные люди, которые не до¬искиваются причин антисемитизма, которые не хотят или не могут понять, что с изменением общественных условий эти причины должны исчезнуть, а вместе с ними и антисемитизм.
Каковы же причины антисемитизма? Антисемитизм наше-го времени родиной своей должен считать Германию, отцом же своим берлинского попа Штеккера. Появился он в сре¬дине семидесятых годов прошлого столетия, как результат страшного торгового и промышленного кризиса, пережитого Германией в 1873 году. Кризис этот, как это всегда бывает, особенно чувствительно отозвался на ремесленниках, мелких и средних торговцах. Евреи занимали тогда в Германии до-вольно видное место в финансах, торговле и промышленности.
На этой почве и вырос антисемитизм, т. Е. вражда к еврею со стороны мелких и средних капиталистов, как к конкуренту.
Из Германии это движение перекочевало в другие страны и повсюду нашло сторонников именно среди буржуазных, а не рабочих слоев населения. К этому же движению примы-кали всегда все реакционные, все отсталые элементы в стра-не: попы, монархисты, враги народа. Посмотрите на Францию, вспомните знаменитое дело Дрейфуса. Кто играл в этом деле самую позорную и вместе самую юдофобскую роль? Кто, как не попы,, монархисты, реакционеры, объединившиеся под одним общим именем «националистов». А у нас в России? Такие газеты, как «Новое Время» и «Московские Ведомости» не только проповедуют антисемитизм, но прежде всего забра¬сывают грязью, пишут доносы на все, что есть честного в стра¬не, отстаивают «святость» розги, необходимость закрепощения крестьян.
Тот самый «неудобозабываемый» царь-миротворец, Алек¬сандр III и его преемник-недоросль, которые свели к нулю городское и земское самоуправление, которые ввели усовер¬шенствованное крепостное право в виде земских начальников, которые почти уничтожили суд присяжных, душили и давили заморенную русскую печать, при которых по всей России сви¬стела розга, казацкая нагайка, солдатская пуля, те же рус¬ские цари угнетали и угнетают евреев, поляков и финлянд¬цев. Желая отвлечь внимание нагло обираемых, держимых в работе и невежестве трудящихся масс, наше подлое прави¬тельство выставляет на своем знамени «национализм и пра¬вославие», душит все нерусское, насаждает поповские школы, поддерживает газеты, в которых проповедуется человеконена¬вистничество, мракобесие и покорность. Великий инквизитор Победоносцев, министры народного «просвещения» и проч., правящая нами шайка были не только творцами «Временных правил» о евреях, творцами правила об ограничении приема евреев в средние и высшие учебные заведения,— они же изда¬вали предписания, чтобы в гимназии не принимали «кухар¬киных детей», т. Е. детей трудящихся классов, они же обратили гимназии и университеты в полицейские учреждения, они при¬думали- «Временные правила» об отдаче лучшей учащейся в высших учебных заведениях молодежи в солдаты, они были творцами и всех других гнусностей, насилий и произвола, которыми так переполнилась русская земля.
Еврейский вопрос имел свою особую судьбу в истории; он всегда и везде тесно связан был с движением человечества вперед. Даже в России, именно в эпоху 60-х годов, когда стра¬на впервые зажила несколько свободной жизнью, вздохнули свободнее и евреи. Это показывает, с одной стороны, как пуста, как бессодержательна басня о вечности антисемитизма; это показывает, с другой стороны, как интересы наших еврейских трудящихся масс связаны с передовыми движения¬ми в стране. Евреи, впрочем, всегда и повсюду это чувство¬вали, сознавали. Недаром в борьбе за свободу мы их постоян¬но почти видим в первых рядах. Но вместо борьбы за свобо¬ду, вместо борьбы за улучшение вашего положения на месте, сионисты зовут вас, евреи-рабочие, в Сион, приглашают вас создать «еврейское государство». Как будто государство в самом деле может помочь еврейскому народу, может облег¬чить его страданья, может исцелить его недуги? Подумаешь, экая невидаль — государство! Государств ведь очень и очень много. Русский народ, например, много веков уже живет на своей  земле, в  своем  собственном государстве. Ну и что же? Много ли «своего» имеет в этом «своем» госу¬дарстве русское рабочее население? Всякому человеку, вни¬мательно  присматривающемуся к жизни, ясно, что русский рабочий класс, живя в своем государстве, на своей соб¬ственной земле, обездолен, беден и бесправен. К чему же еврейскому  рабочему гнаться за  государством? Но, кричат сионисты,— мы хотим  сохранить свою национальность, свой язык, свою культуру, и для этого нам необходимо создать свое собственное государство на святой земле наших древних отцов — в Палестине. Создать еврейское государство в Пале¬стине!
Евреи-рабочие! Вдумайтесь только в эти слова, и вам их пустое содержание станет ясно, как день. Палестина состав¬ляет теперь владенье турецкого султана, «красного султана», как его называл знаменитый английский министр Гладстон  за бесчисленные потоки крови, пролитые этим азиатским дес¬потом. Из-за каждого султанского владения, и прежде всего из-за его владений в Малой Азии, куда входит и Палестина,—-Англия, Германия, Россия и Франция,— могущественнейшие государства в мире готовы в каждый момент вцепиться друг другу в волосы, что они время от времени и делают. Малая Азия представляет собою сердце турецких владений; это очень лакомый кусок, и на этот кусок очень много жадных и силь¬ных охотников. И у таких именно охотников оспаривать Па¬лестину явились сионисты. Но явились с чем? С фразами о «чартере», с намеками на возможность подкупить султана, с аудиенциями Герцля, с подпиской на акции колониального банка. И с помощью такого рода детской игры в «иностран¬ную политику» думают добиться создания «еврейского госу¬дарства».
Но представим себе невозможное: пусть фантазии сиони¬стов о создании еврейского государства сделались действи¬тельностью, евреи поселились и обосновались в Палестине. Еврейскому ли народу устоять против великих европейских держав, железом и кровью расширяющих свои колониальные владения, расширяющих рынки для сбыта своих товаров. По-ка сионисты играют в политику да шлют унизительные теле-граммы султану, «великие державы» не дремлют. Германия получает от султана концессию (подряд) на постройку Баг-дадской железной дороги и захватывает, таким образом, Ма-лую Азию гораздо раньше, чем сионисты успеют это заметить. А что дальше показывают опыты еврейской колонизации Па¬лестины, неудачнейшие опыты, длящиеся свыше двадцати лет и стоившие миллионы денег? О чем говорит, наконец, все переселенческое движение русских евреев за последние два десятилетия, как не о том, что евреев, вопреки уверениям сио¬нистов, тянет не в Сион, а в Америку, Англию, Францию? Имея у себя столь тощий, столь бессодержательный багаж фактов и опыта, стоя на такой шаткой почве, сионисты осме¬ливаются приглашать еврейский народ забыть все кругом и пуститься вместе в путь призраков, несбыточных фантазий во имя сохранения и развития своей национальности, своего языка, своей культуры.
Но даже для сохранения и дальнейшего развития вашей национальной культуры вам нужны, евреи-рабочие, не новые мытарства по белу свету в поисках «еврейского государства», ибо в этих новых мытарствах вы самую культуру вашу легко можете вовсе потерять: вам нужны для этого свобод¬ные условия существования здесь в стране, условия, которые дали бы возможность каждой из многочис¬ленных наций, населяющих Россию, зажить собственной на¬циональной жизнью. Вам нужна, одним словом, прежде всего политическая свобода, вам нужна истинно демократическая, истинно народная конституция. А именно этого прежде всего и добиваемся мы, социал-демократы. Следовательно, в инте-ресах даже чисто национальных, истинной выразительницей ваших нужд, истинной вашей защитницей является, евреи-рабочие, опять-таки партия социалистическая, партия рабочего класса, борющегося за свое экономическое и политическое освобождение.
Среди сионистов появились группы молодежи, именующие себя «демократическими» группами в сионизме. Эти новые группы устраивают артели, товарищества, ссудосберегатель-ные кассы; иные группы заикаются даже о поддержке рабо¬чих во время стачек. О политической же борьбе, о борьбе с царским правительством за политическую свободу, за свобод¬ные условия существования, которые одни могли бы дать вам возможность жить вашей собственной национальной жизнью, об этом самые демократические из демократических сионистов даже не заикаются и, конечно, никогда не заикнутся.
Евреи-рабочие! Если так, если даже так называемые демо¬кратические сионисты самый жизненный, самый насущный для всех вас вопрос — вопрос о политической свободе остав¬ляют без ответа, то отвернитесь от сионистов и бросьте им беспощадно в лицо:
«Вы одно из двух: либо фантазеры-мечтатели, господа «молодые», либо шарлатаны, господа «старые» сионисты!»
Товарищи! По всей России всколыхнулась рабочая масса, на севере и юге, в черте оседлости и в холодной Сибири рабо¬чие сплачиваются и объединяются под знамя Российской со¬циал-демократической рабочей партии, единой и дружной ра¬ботой готовятся к великой освободительной борьбе, к борьбе против бесправия и произвола, против самодержавного рус¬ского правительства, преградой стоящего на пути к улучшению положения рабочего класса. Рабочий класс добьется полити¬ческой свободы, чтобы свободно бороться против эксплуатации человека человеком, против теперешнего хозяйственного строя, при  котором небольшая шайка эксплуататоров-капиталистов пользуется всеми благами жизни, палец о палец не ударяя, а многомиллионная рабочая масса всю жизнь проводит в тяже¬лом изнурительном труде, набивает карманы капиталистов, а сама обречена на голод, холод и нищету,— р абочий класс борется   за   социализм. Идите и  вы, еврейские  това¬рищи, под наше красное знамя! Присоединитесь и вы к мно¬гомиллионной армии русского пролетариата, и дружной борь¬бой добьетесь уничтожения политического, экономического и национального гнета!
Да здравствует солидарность между рабочими всех стран  и национальностей!
Да здравствует Российская социал-демократическая рабо¬чая партия!
Да здравствует политическая свобода!
Екатеринославский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
Типография   Екатеринославского   комитета
Прочитав, передайте товарищам!


Название листовки (или первая строка):
К рабочим города Иркутска от Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза. Товарищи! Страшно тяжелое, невыносимо тяжелое горе переживает Россия.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим стеклянного завода Варшавского. Товарищи! Тяжело нам живется.


Название листовки (или первая строка):
№ 14. К красноярским рабочим и работницам. Товарищи! Тюрьма и ссылка, нагайки и штыки не в силах оказались остановить все растущее рабочее движение.


Название листовки (или первая строка):
Кто правит Россией. Многие крестьяне думают, что Россией правит царь.


Название листовки (или первая строка):
К столярам города Саратова. Товарищи! Вот уже несколько месяцев вы ведете упорную борьбу с своими хозяевами за 10-часовой рабочий день в ремесленных заведениях.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.552.


Название листовки (или первая строка):
2 апреля в Петербурге убит министр внутренних дел Сипягин. Министр убит не по корысти и не по мести.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи рабочие! Немало времени прошло с тех пор, как гнусное правительство, пьющее честную кровь рабочих, явно доказало свою мерзость, тиранство и подлость.


Название листовки (или первая строка):
Рабочий рынок  в Минске. Комитет ЕРНП постановил издавать почаще листки под названием  Рабочий рынок  для того, чтобы союзы организованных рабочих могли не только установить стачки и воевать с хозяевами, но и во время мира руководить массой.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.553.


Название листовки (или первая строка):
Бюллетень № 33. Из материалов  Рабочего дела . Полтава. Нам пишут о подвигах губернатора Оболенского.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем строительным рабочим г.Кишинева. Товарищи рабочие! Тяжело живется нашему брату, строительному рабочему.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.554.

Текст листовки:
Рабочие всех стран, соединяйтесь!
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ!
КО ВСЕМ СТРОИТЕЛЬНЫМ РАБОЧИМ г.КИШИНЕВА!
Товарищи рабочие! Тяжело живется нашему брату, строительному рабочему. От зари до зари, на самом солнцепеке, обливаясь потом, работает он по 15-16 ч. в день. А что имеет он за этот тяжелый труд? Пока есть работа, кормится еще как-нибудь, с хлеба на квас. А пройдет сезон, настанет зима, и наступает для него вместо отдыха холод и голод: дети болеют, жена плачет, а в доме нужда. А так ли живут те богачи, для которых наш брат строит все эти дома и дворцы? Нет. Они не голодают, они летом отдыхают, они и зимой тепло одеты и есть чем и детей кормить  в школу их послать.
Рабочий привык к своей тяжелой доле и думает, что так богом назначено, чтобы он работал до седьмого пота, а другие чтоб на его спине ездили. Но не бог так устроил, а люди; попы да чиновники царские, да богачи уговорили рабочих, что это богом уж так заведено, чтобы рабочий на работе надрывался, а дармоеды чтоб из него кровь сосали. Но не так уж глуп рабочий, как думают враги его – попы да слуги царские, и все живущие его потом и кровью. Вот посмотрите: кишиневские столяры не захотели работать 15 ч. в день и стали они требовать, чтобы работали только 12 ч. Для этого не просили они защиты ни у губернатора, ни у полиции. Они знали, что эти ничего в их пользу не сделают. Они все вместе бросили работу и дружно потребовали своего. А подрядчикам без рабочих хуже чем без рук: работа стоит, а вместо барышей – одни убытки. Вот они должны были уступить рабочим, и теперь столяры работают только от 6 до 6. То же самое сделали портные, и кузнецы, и мебельщики.
И в других городах рабочие постоянно устраивают стачки, чтобы своими силами добиться лучшего положения. Почему же бы и нам, строительным рабочим, не взяться за ум? Разве мы хуже других, разве нам легче живется? Давайте все вместе потребуем: работать от 6 до 6, и если мы будем все, как товарищи, дружно стоять на одном, подрядчики, хоть лопнут со злости, а должны будут нам уступить. И смотрите, какое тогда будет облегчение для нас. Теперь, когда мы работаем по 16 ч., сезон кончается в сентябре. А тогда будет работы еще на месяц. Теперь, когда кто просит прибавки у подрядчика, тот ему говорит: «Много тут шляется вашего брата без работы, они бы рады и на такую плату поступить, а если тебе не нравится, то ступай, а на твое место достану десять других». А если мы будем работать только 12 ч., то на такую же примерно работу, как теперь потребуется уже больше человек, и не будет столько безработных, чтобы перебивать хлеб друг у друга. Помните же, братцы, чтобы выиграть наше дело, мы должны все дружно требовать своего. Мы должны друг другу не мешать, а помогать, не идти на места своих товарищей и не становиться на работу, пока нам всем до одного не уступят. И нам нечего рассчитывать на губернатора или полицию. Хоть мы требуем закона, но ведь закон на бумаге, а на деле только те законы исполняются, которые на пользу богачам да царским чиновникам. А когда касается рабочего народа, тогда про законы забывают, и жандармские и полицейские кричат рабочему: «Как ты смеешь про законы рассуждать?! Это бунт! В тюрьму за это пойдешь у нас!» Но нам нечего их бояться. Всех нас в тюрьму не посадят. Нас больше, чем их! И если мы дружно будем требовать своего, то никто нас не осилит.
Дружно же, братцы, все друг за друга и каждый за всех.
Товарищей не выдавать.
Работать от 6 до 6.
ЮЖНАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ
РАБОЧАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ В 
г.КИШИНЕВЕ
15 июня 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! В ночь с 27 на 28 мая в Вильне был повешен товарищ Гирш Леккерт.


Название листовки (или первая строка):
К солдатам. Как нам живется, каждый из нас знает: нас безнаказанно бьют, нас ругают, над нами глумятся, издеваются, как вздумается начальству, наши товарищи гибнут в дисциплинарных [батальонах] и на каторге, мы мрем от полуголодной жизни…


Название листовки (или первая строка):
Ко всем товарищам киевским рабочим. Товарищи! Долго ли мы будем молча работать на своих эксплуататоров?

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.555.


Название листовки (или первая строка):
Последние известия  о деспотической России. № 10. Русские товарищи просят объявить о следующем: Абрам-Борух Каплан, наборщик, был арестован 6-го марта 1901 г. в Нежине (Черниговской губ.), отправлен в Петербург в Петропавловскую крепость…

Подпись под листовкой:
За группу "Друзей свободы в России" И.Сербер, секретарь


Название листовки (или первая строка):
К рабочим и ремесленникам с.Городца. Товарищи! Кому из вас в последнее время не приходилось слышать о том, что во всех больших городах происходят студенческие и рабочие волнения, а также уличные демонстрации.

Где листовка распространялась:
в с.Городец Балахнинского у. Нижегородской губ.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.556.


Название листовки (или первая строка):
Бюллетень № 34. Из материалов  Рабочего дела . Манифест Международного социалистического Бюро против зверств царского правительства. Год тому назад международный социализм обратил внимание всего мира на насилие…

Подпись под листовкой:
За международное социалистическое исполнительное бюро секретарь В.Серви


Название листовки (или первая строка):
Всем виленским работникам и работницам. Шумит и движется в виленском рабочем мире: происходяи экстренные собрания, рассказывают различные сказки - зубодробителей, легализаторов, независимых.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.557.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим М[осковско]-К[урских] ж.-д. мастерских. Товарищи! Часто приходится нам слышать от всякого рода людей разговоры о том, сколько чудесного и великого устроил на земле человек.


Название листовки (или первая строка):
Слово 12-ое. Мы видели в прошлом  Слове , что везде у нас  беспорядки .

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.558.


Название листовки (или первая строка):
К товарищам по убеждению. От группы народовольцев. 3-го мая в Петербурге с ведома и по приказу Николая II был повешен Степан Валерианович Балмашев.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.559.

Текст листовки:
К ТОВАРИЩАМ ПО УБЕЖДЕНИЮ
ОТ ГРУППЫ НАРОДОВОЛЬЦЕВ
3-го мая в Петербурге с ведома и по приказу Николая II-го был повешен Степан Валерьянович Балмашев.
Вступая на престол Николай II-й дал клятву идти по стопам своего отца Александра III-го – вешателя и он в свою очередь стал – да и не мог не стать – вешателем. В России не может быть царей не вешателей. Без виселиц, без тюрем, розог, нагаек, без цензуры в России не может более существовать царизм. Поэтому, кто хочет для своей родины свободы, кто против виселиц, тюрем, нагаек, цензуры, тот должен быть против царизма, против Николая II-го, против николаевских мерзавцев. 
На совести Николая – если только можно говорить об его совести – бездна кровавых преступлений. За его царствование кровь крестьян, рабочих, революционеров лилась без меры… Это, в полном смысле слова, кровавое царствование… Русский историк будет потом вспоминать с проклятием имя Николая II-го и его помощников… Засекали насмерть розгами, палками, нагайками… Расстреливали безоружную толпу рабочих и крестьян… Убивали по тюрьмам и в застенках… Целая свора негодяев, вроде Плеве, Валя, Сипягина, Оболенского, Келлера, издевалась над русским народом… Народ умирал с голоду, как никогда раньше… И впредь, пока будет существовать царизм, России нечего ждать от самодержавия другого, кроме нагаек, виселиц, цензуры, розог.
С каждым месяцем все тяжелее и тяжелее становится жить русским людям, а революционерам все тяжелее и тяжелее становится бороться за свои идеалы, за народное дело. Наглое торжество реакции, не знающее удержу, наконец, должно привести революционеров к мысли, что в их современной борьбе с правительством заключаются крупные недостатки – как в теориях, так и на практике, так как правильная постановка революционной борьбы никогда не могла бы позволить реакции так нагло развернуться в русской жизни. 
Революционная борьба за последнее десятилетие не была собственно нападением на правительство, а сводилась лишь исключительно к агитации и пропаганде. Она мало тревожила правительство и совсем не служила сдерживающим средством против его изуверства. Правительство делалось день ото дня все наглее, подлее, бесчеловечнее, реакционнее и дошло до Сипягиных, Валей, Оболенских, Николаев II-х.
После виселицы Балмашева, после виленских и полтавских ужасов русские революционеры должны снова поставить перед собой вопрос, что делать теперь  в России? Очевидно, так вести борьбу, как она велась до сих пор – нельзя. Революционеры, если они, действительно, хотят бороться с правительством и свергнуть самодержавие, должны от много отказаться в своей деятельности за последние годы и многое принять, что до сих пор они игнорировали. Нужна иная литература, иные пути борьбы, иное отношение друг к другу, иное отношение к врагу. 
В России нужна теперь партия, которая занялась бы не только агитацией и пропагандой, а которая сорганизовала бы нападение на правительство, и в ближайшем будущем положила бы предел его существованию. 
В России в настоящее время масса революционных сил. Та революционная партия, которая сумеет собрать силы и направить их в должную сторону, имеет возможность в короткое время покончить с царизмом.
Нам нужна теперь борьба с правительством, подобная той, какая двадцать лет тому назад велась Исполнительным Комитетом Народной Воли. Другой борьбы для русского народа нет. Мы зовем поэтому русских революционеров встать под знамя Желябова, Перовской, Халтурина, Суханова, Гриневицкого, под знамя Исполнительного Комитета Народной Воли 1879-81 г.г. Широкая, истинно революционная программа Народной Воли, знакома  современным революционерам. За последнее время о ней мы напомнили на страницах «Народовольца», «Былого» и «Долой царя!», а социалисты-революционеры на страницах своих изданий, особенно в 3 N «Летучих листков Революционной России». Наши товарищи по убеждению: Карпович, Лаговский, Лекерт, Балмашев своей героической борьбой напомнили русским революционерам лучшие традиции, завещанные Народной Волей, - их террористическая борьба – урок и совесть для современных революционеров.
Правительство Александра II-го на мирную социалистическую пропаганду революционеров 70-х годов ответило в свое время треповскими сечениями, каторгой, виселицами, военными генерал-губернаторами. Тогдашние революционеры поняли, что к своей широкой, агитационной и пропагандистской деятельности они должны были добавить, между прочим, систематический террор, и они ответили реакции казнями Мезенцева, Кропоткина, взрывами Зимнего Дворца и царских поездов, цареубийством.
В деятельности революционеров того времени современные революционеры должны почерпнуть указания, что им делать теперь. Революционеры должны понять, что у них из всех немногочисленных средств для нападения на правительство и влияния на него, наряду с вооруженными нападениями и заговорами, самое могучее – террор и притом систематический террор, прямое нападение с оружием в руках на главных представителей реакции, в том числе - на царя – на Николая II. 
Пропаганда, агитация, демонстрации, свободное печатное слово, создание революционных организаций – все это важнейшие средства для воспитания и революционирования народных масс и общества, для возбуждения в них протеста против реакции. Этого рода деятельности революционеры должны отдать много своих сил, как это делали в свое время и народовольцы 1879-81 г.г. Но этим революционная борьба не может ограничиваться. Надо с револьвером и бомбой в руках начать борьбу с представителями системы современной реакции и бить этих негодяев без пощады, наказывать их за каждое их преступление. Надо их сделать ответственными перед революционерами, заставить их трепетать: пусть они поймут, что отныне они будут своими шкурами расплачиваться за стремление к благам жизни, ради которых они продали свою совесть, свой стыд, пьют народную кровь, секут мирных демонстрантов, душат свободную мысль… Такой, энергично веденной, борьбы долго не выдержат Николай и его николаевские мерзавцы. Они любят то, что дает им преступная деятельность, но собственная жизнь для них дороже всего на свете. Теперь они свои преступления совершают на воле, с развязанными руками, не встречая никаких препятствий, - при систематическом, политическом терроре, организованном по всей России, дамоклов меч будет висеть над головами всех главных реакционных деятелей. Они почувствуют себя ответственными перед революционной партией. Они поймут, что им более не найти спасения в реакции и что при систематическом терроре им уже не удастся боголеповскими, сипягинскими, победоносцевскими, виттевскими подлостями отсрочить падение самодержавия в России. 
Террористическая борьба будет поднята самыми широкими слоями общества и народа и, как во времена Народной Воли, расширит русло революционной борьбы, возбудит энергию во всех революционных и оппозиционных слоях и сослужит огромную службу для возбуждения агитации и пропаганды во всей стране.
Без террора революционная борьба в России обойтись не может. Террор – одно из главных средств борьбы с правительством. Теперь в России должна наступить в самом серьезном смысле этого слова эпоха террористической борьбы революционеров с реакционным правительством Николая II. Необходимо возможно скорее создать специальную террористическую организацию, которая, подобно исполнительному комитету Народной Воли, взяла бы на себя инициативу систематической, террористической борьбы и способствовала бы всем отдельным террористическим группам создавать по собственной инициативе такого же рода факты. Над этой задачей должны работать представители всех революционных партий, как они работают и будут работать над созданием свободной литературы, над ее распространением, пропагандой среди рабочих, над манифестациями и т.д. Создание такой организации – первая потребность русских революционеров всех фракций. Этого требует защита нашей чести от нападений рассвирепевшей реакции и насущный интерес революционного движения в России. Террор должен быть систематический, повсеместный, - всюду, где есть свои Вали и Сипягины: надо всем этим мерзавцам доказать, что их ремесло стало невыгодным. Социалисты-революционеры выступили за последнее время с своей специальной «боевой организацией», которая рукой замечательного русского героя-революционера Балмашева казнила Сипягина и тем оказала русской истории и всему современному русскому обществу огромную услугу. Другие революционные партии должны продолжать борьбу социалистов-революционеров, в параллель с ними образовать свои боевые группы и начать совместную общими силами террористическую борьбу, а в будущем, при первой возможности, образовать лигу русских террористов.
С настоящим воззванием мы обращаемся ко всем товарищам по убеждению и ко всему сочувствующему нам обществу. Мы говорим от имени тех лиц, кто по своему революционному прошлому имеет право звать революционеров на террористическую борьбу.
Наши товарищи должны помнить, что наша борьба трудна, но она вполне возможна, - она требует только серьезного отношения к себе и солидарности между террористами. Техника нам дала могущественные средства для нападения на врагов, каких не знали народовольцы. Деятельность народовольцев нам послужит драгоценным указанием для нашей террористической деятельности. Современные террористы в своей борьбе с правительством будут теперь опираться на сочувствующие им огромные массы народа, рабочих и общества, на которые не  могли рассчитывать народовольцы. Аресты, ссылки, убийства, совершенные правительством Николая II-го за последние годы в среде революционеров, студентов, рабочих, народа, одело пол России в траур и нанесло всем никогда не забываемые оскорбления. Благодаря всему этому каждый удар террористов будет вызывать в стране «злобную радость», о которой говорил еще Пушкин, и вслед за Карповичем русское общество будет высылать Лаговского, вслед за Лаговским – Балмашева, Лекерта. Русские революционеры и общество должны понять всю ту ужасную реакционную роль, которую теперь разыгрывают ревоюционеры-нетеррористы и революционеры-антитеррористы своей отрицательной антитеррористической пропагандой и решительно встать на сторону защитников систематического террора. Карповичи, Лекерты, Балмашевы и их друзья должны встречать себе сочувствие и поддержку не только после совершения ими террористических актов, а главным образом до этого, - для того, чтобы их борьба была легче и успешнее. Сколько среди русских революционеров сошло со сцены Карповичей и Балмашевых прежде, чем они смогли проявить и свою отвагу, и решимость отдать свою личность на общее дело только благодаря тому, что для своей цели они встречали в революционной среде слишком много препятствий и слишком мало помощи! Сколько было пропущено случаев нанести правительству тяжелые террористические удары опять-таки по той же причине! Сколько можно было бы за последние годы дать импульсов для возрождения широкого и могучего террористического движения в России, если бы революционная мысль работала правильно, а не блуждала бы в области ортодоксальной схоластики!..
Еще раз мы обращаемся к товарищам террористам с призывом приступить к немедленной, систематической, террористической борьбе, потому что она для России теперь неизбежное и одно из главных средств борьбы за дело русской  свободы. В нашей народовольческой группе все террористы найдут товарищей, с которыми они смогут идти рядом рука об руку.
Смерть Николаю II!
Смерть всем николаевским мерзавцам!
Да здравствует Народная Воля!
							Группа народовольцев
25-е июня 1902 года.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем витебским работникам и работницам.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.560.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи рабочие! Прошло лишь четыре месяца с тех пор, как после продолжительного сна батумский рабочий впервые возвысил голос за правду.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 1. Издается периодически. Товарищи! Со всех концов России к нам доносятся известия о том, что наши братья по идее и делу открыто выражают протест…


Название листовки (или первая строка):
Адрес виленским рабочим-полякам и евреям по поводу зверства, совершенного над ними нашим царским правительством. Виленские товарищи, еврейские и польские рабочие!

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.561.

Текст листовки:
АДРЕС ВИЛЕНСКИМ РАБОЧИМ - ПОЛЯКАМ И ЕВРЕЯМ ПО ПОВОДУ
ЗВЕРСТВА, СОВЕРШЕННОГО НАД НИМИ НАШИМ ЦАРСКИМ ПРАВИТЕЛЬСТВОМ.

Виленские товарищи, еврейские и польские рабочие. В мае сего года нами, сормовскими рабочими, были получены известия о вашей майской демонстрации, девиз которой был – «политическая свобода». Из этих же известий мы, сормовцы, узнали, как зверски с вами, товарищи, расправились наши деспоты, как вас, борцов за свободу и честь угнетенного пролетариата, в присутствии представителя губернии изверга барона фон-Валя секли, как небывало жестоко над вами издевались, причиняя вам физические и нравственные страдания, бесконтрольную власть имущие люди. Поэтому мы, сормовские рабочие, слыша об издевательствах над нашими братьями рабочими – евреями и поляками и сознавая, что только солидарность всех рабочих, без различия наций и религий, что только объединение всех пролетариев под знаменем международного социализма поможет сбросить рабство капитала, царство кнута и нагайки, спешим выразить свое горячее сочувствие нашим братьям рабочим – евреям и полякам, храбро борющимся и жертвующим своей жизнью за дорогую для всех угнетенных свободу. Да будет вечная память герою мстителю за оскорбленную честь пролетариата еврею Лекерту, павшему от рук палачей. Приветствуем вас, товарищи, уже раздавшимся в Сормове 1-го мая криком: Долой самодержавие. Да здравствует политическая свобода. Да здравствует международное братство. 

			Организация сормовских рабочих.
К адресу сормовских товарищей присоединяется и нижегородская
рабочая организация.
						Издание Нижегородского Комитета
					Рос. Соц.-Демократ. Рабочей Партии.
							
									Июнь 1902 года.


Название листовки (или первая строка):
Солдат. Прежде чем тебя взяли на службу и, как арестанта в тюрьме, заперли в казармах, ты был крестьянином или мастеровым.

Текст листовки:
Солдат.
Прежде, чем тебя взяли на службу и, как арестанта в тюрьме, заперли в казармах, ты был крестьянином или мастеровым. Если ты крестьянин, ты знаешь, как трудно жить в деревне, как мало у мужиков земли, как много они работают, как плохо едят, как издеваются над ними деревенские богатеи, урядники, становые, земские начальники, ты должен все это знать и, наверное, сам испытал эту тяжелую жизнь. Ты знаешь также, что имеющие сотни и тысячи десятин земли живут с начальством в дружбе и родстве, что среди помещиков много отставных офицеров, а начальство все из военных. Если ты был ремесленником, ты тоже испытал, как трудна и тяжела жизнь рабочего человека, и видел, как богатели хозяева от твоих трудов. Ты знаешь, что бедные люди всю жизнь работают, а живут впроголодь, богачи ничего не делают, пользуются чужим трудом и живут легко. Ты знаешь, что с мужиков, твоих родных, казна дерет подати и содержит на эти подати армию, в которой служишь ты, получая гроши, тогда как твое начальство получает сотни и тысячи рублей. Деньги, которые получает начальство за команду над тобой, собраны с мужиков, это та подать, которую платят твои отец и братья. Подумай, солдат, выгоден или невыгоден для богатых и начальства такой порядок жизни, при котором все они сидят на мужицкой спине, и всю жизнь заставляя его работать, держат его в хомуте как лошадь.
Теперь мужики и рабочие понимают уже, что такой порядок жизни несправедлив, что все люди равны, что нигде нет закона, который заставлял бы одних всю жизнь работать, а других сидеть на чужой шее и сдирать шкуры с рабочих людей. И вот деревенский люд везде начинает бунтовать, требуя, чтобы вся земля, которой владеют помещики и казна, была передана в собственность им, мужикам, потому что земля должна принадлежать тому, чьи руки обрабатывают ее. 
А в городах ремесленники и рабочие требуют, чтобы им за работу платили больше, чем платят, чтобы часть прибыли своей хозяева отдавали рабочим, которым – если рассуждать по совести – принадлежит вся прибыль хозяина. Разумеется, хозяева, помещики и начальство боятся этих бунтов и посылают тебя, солдат, усмирять бунтующих крестьян и рабочих, таких же бедняков, как ты сам. Тебе велят бить и даже убивать бунтарей и ты слушаешься, идешь усмирять людей, которые требуют справедливости, ищут правды. И может случиться так, что в то время как твоя рота идет усмирять здешних мужиков, сыновья и братья этих мужиков, тоже солдаты, идут в твою деревню усмирять твоего отца и братьев и знакомых, тоже бунтующих из-за земли. Подумай, солдат, не идешь ли ты против себя самого, не помогаешь ли ты богатым и начальству отнимать кусок хлеба у бедного и даже может быть у твоих родных, у твоей деревни.
Крестьян и рабочих миллионы, начальства и богачей тысячи. Как же начальство и богачи сумели забрать власть над русской землей, как они умеют держать народ в руках и безнаказанно грабить его. Делается это обманом и при помощи твоей, солдат. Начальство забивает тебе совесть и голову, рассказывая о внутреннем враге, который будто бы хочет свергнуть царя с престола и забрать власть над народом в свои руки. Это ложь, это обман. Внутренние враги отечества – это те люди, которые держат народ в невежестве, заставляют его всю жизнь работать на себя, забирают молодежь из деревень в солдаты и заставляют солдат охранять свою власть над народом и свои богатства, нажитые чужим трудом руками твоими, солдат, твоих братьев мужиков. Подумай, солдат, и ты увидишь, что начальство и богачи сделали из тебя палку для своей защиты от справедливых требований рабочих и мужиков, что ты, слушая ложь начальства, становишься врагом своих родных и самого себя. Подумай и ты увидишь, что сила не в руках начальства, а в твоих, что сила – ты сам, а начальство только ловкая рука, управляющая тобой. Если солдаты откажутся усмирять волнующийся народ, который ищет правды, тогда на земле воцарится жизнь справедливая и легкая. Начальство обманывает тебя, солдат, подумай и ты ясно увидишь это.

Нижегородский Комитет
Российской Социал-Демократической Рабочей Партии.
Июнь 1902 года.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи крестьяне. Вы, конечно, слышали о том, что произошло в Сормове 1-го мая…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.562.

Текст листовки:
Товарищи крестьяне. Вы, конечно, слышали о том, что произошло в Сормове 1-го мая, но для большинства из вас вероятно кажется непонятным, для чего  сормовские рабочие 1-го мая толпой ходили по улицам с красными знаменами и пели песни, которые называются революционными.
Такие гулянья толпой по улицам в день 1-го мая с красными знаменами и революционными песнями называются майскими демонстрациями. Майские демонстрации устраиваются рабочими всего мира, в том числе и нашими, для того, чтобы выразить свое недовольство теперешними порядками, когда одни утопают в излишествах, а очень многие умирают от голода. На знамени сормовских рабочих было написано: «долой самодержавие». Этим сормовские рабочие хотели выразить, что они недовольны нашим самодержавным правительством, которое защищает богатых и сильных, а весь остальной народ угнетает и грабит. Демонстрациями рабочие не только хотят выразить свое недовольство, но и показать всем богачам и правительствам свою силу. Действительно, когда массы народа дружной толпой движутся по улицам, красные знамена развеваются над толпой и гремят революционные песни, - богачи дрожат в своих палатах. 
Самодержавное правительство угнетает и грабит и нас, крестьян. Даже можно сказать, что оно уже давно ограбило нас, а теперь лишь добирает с нас оставшиеся крохи. Для примера возьмем хотя бы нашу Козинскую или Чернорецкую волость. Наши старики рассказывают, что у нас раньше много было земли, пахотной и луговой, лес был в полном нашем распоряжении. Еще лет 20-25 тому назад наши мужики рубили лесу кому сколько надобно – на избу, на сарай ли, на баню, на дрова. Теперь все у нас отобрали: мы и не видали, как и лес, и луга, и пашни попали в казну, а у нас ничего не оказалось или осталось столько, что прожить без стороннего заработка никак невозможно.
Пробовали  наши мужики искать правды, нанимали адвокатов, ходоков посылали. По этому случаю делались какие-то дела в Петербурге, план от нас затребовали, да так на том и осталось все; нас так чисто  обобрали, что жаловаться некому, - все на законном основании  сделано.
Теперь смотрят наши крестьяне, как леса, в которых раньше они были хозяевами, горят каждый год, и громадные богатства пропадают даром в то время как мы сидим без лесу и без дров.
Не только у нас лес отобрали, да еще тушить и хранить его заставляют: гонят в рабочую пору, отрывают от своего дела и ни гроша за это не платят. Хотя бы грибами или ягодами разрешали пользоваться бесплатно, а то и за это деньги платить казне приходится. Так мы остались без земли, без лесу и бьемся с хлеба на квас, измышляя всякие способы, чтобы добыть копейку. 
Но правительству мало того, что оно лишило нас всего, оно не оставляет нас в покое и старается вытянуть с нас каждый лишний грош. Продал крестьянин хлеб или заработал на стороне несколько лишних рублей, как сейчас уже с него тянут оброк. И вместо того, чтобы поправить свое хозяйство или прикупить что из одежды, крестьянин отдает свои кровные трудовые деньги тому же ненасытному самодержавному правительству. Но этих денег, которые собираются через оброк, мало правительству, поэтому оно выдумало косвенные налоги или акцизы. Эти налоги крестьянин платит каждый день – с чаю, с сахару, керосину, спичек, водки и так далее. Косвенные налоги, например акциз на керосин, берутся с заводчиков, а заводчики уже накладывают то, что заплатили, на товар и берут с нас, поэтому-то эти налоги называются косвенными, тогда как оброки называются прямыми налогами. Таких-то прямых и косвенных налогов правительство набирает каждый год тысячу семьсот или восемьсот миллионов рублей и распоряжается ими, как только ем угодно, никого не спрашиваясь и никому не давая отчета. Поэтому-то больше всего расходуется народных денег на войско, на жалованье царю да министрам с чиновниками, на полицию и жандармов, а на народное образование, на народное продовольствие, народное здравие расходуется едва-едва двадцатая доля всех налогов. 
По-настоящему-то так нужно было бы, чтобы всех этих чиновников и министров поверяли выборные, доверенные от народа люди, тогда и воровства меньше было бы, да и расходовались бы наши деньги на народные нужды, а не на парады да балы. Этого добиваются и русские рабочие, поэтому они и выставляют на своем знамени – «долой самодержавие», то есть управление по произволу царя и его министров. 

Нижегородский Комитет
Российской Социал-Демократической Рабочей Партии.
Июнь 1902 года.


Название листовки (или первая строка):
Слово 13-ое. Итак, мы видели, что виною всех бедствий и несчастий народа является правительство, видели, что благодаря лишь правительству голодает и мрет наш русский народ.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим Урала. Товарищи! 19 июня 1899 г. умер в Златоусте мастер Андрей Степанович Тютеев.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.563.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем белостокским рабочим и работницам!


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.564.

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
КО ВСЕМ КИЕВСКИМ ПОРТНЫМ
Изо дня в день тяжелой вереницей проходят унылые дни нашего рабского труда. Непрерывно работаем мы по 15—16 часов в сутки в темных, тесных и грязных мастерских, зачас-тую за решетками, точно арестанты. Наступает ночь, и мы должны ложиться на наши нищенские постели на полу, под столом, где попало — по 6—8 человек в одной комнате. Мы существуем впроголодь, преждевременно истощаем свое здо¬ровье и силы и не имеем времени, чтобы развивать свой ум, чтобы хорошенько обдумать, как нам выбраться из этих стра¬даний и мук, которыми пропитана вся наша жизнь. А когда кончается сезон и убавляется работа, тогда нас выбрасывают на улицу и предоставляют умирать с голоду (как теперь у дамских портных, а пока был сезон, так заставляли их испол¬нять модельную работу, вдвое большую, за ту же плату, как и за обыкновенную работу). Наши хозяева в это же время живут припеваючи и кутят на те деньги, которые мы им до¬ставляем своим потом и кровью. Хозяева грабят нас под покровительством законов, которые издаются по настоянию самих капиталистов для того, чтобы оправдать их грабеж; а разные слуги хозяев, вроде бухгалтеров и приказчиков в магазинах, стараются урвать даже и из этой нищенской пла¬ты 1 процент в свой карман. Хозяева обращают нашу жизнь в каторжный труд, а им на помощь спешит самодержавное правительство со своими приспешниками — полицией, жан-дармами и сворой шпионов. Под охраной этого надежного союзника, стража насилия и безграничного произвола, хозяе-ва-капиталисты спокойно пьют нашу кровь, а мы, современ- ные рабы-рабочие, чахнем и мрем с голоду. Вот факты, кото¬рые наглядно изображают весь ужас нашей темной забитой жизни. Во всех мастерских задерживают нам уплату, а то и совсем отказываются платить, особенно в мастерских крово¬пийц Дудкина и Митницкого. У шапочников заставляют рабо¬чих работать по ночам и говорят: «Тогда будете отдыхать, когда работы не будет». У Бадина работники подвергаются беспрестанным унижениям, доходящим до того, что там осмеливаются бить девушек. Приказчики везде берут хабары, а особенно Пудельман (у «Нормы»), который пользуясь бо¬лезнью рабочего, не хотел без хабара в 25 руб. принять его обратно по выздоровлению; у талточных портных беспощад¬но эксплуатируют мальчиков 12—14 лет, которые за непо¬сильным трудом не могут развиваться и вырастают совершен¬но несознательными.
Плата и без того жалкая сбавляется, как только насту-пает затишье в работе. Теперь сбавлены цены на все почти поштучные работы, а также и жалование месячным рабочим (например, Провульский сбавил настолько плату, что теперь почти нечем существовать).
Неужели же вечно должно продолжаться такое угнетение, неужели нет выхода из такой жалкой жизни? Присмотри¬тесь к жизни других рабочих у нас и за границей, объявивших давно борьбу капиталистам и властям, борьбу за лучший мир, за святую свободу! Мы увидим, что гнет капиталистов с их вечным союзником — правительством силен и ужасен там, где это сопротивление слабо вследствие того, что рабочие плохо организованы и не действуют друж-но все за каждого и каждый за всех. Там же, где рабочие поняли, что сила их в их союзе, что, соединившись все вместе в дружную брат¬скую семью, они смогут сделать все, чего не в силах сделать каждый в отдельности, там поневоле должны идти на уступки капиталисты и правительство, исполнять требования рабочих.
Закипела великая борьба за свободу на нашей родине, много уже ударов нанесено нашему строю, много уже его подпорок рухнуло, не раз уже приходило в страх и смятение самодержавное правительство при виде все более надвигаю¬щегося, как грозная туча, рабочего движения! Но особенно не в силах скрыть своего страха самодержавие, лишь только окрепшие боевые союзы рабочих выступают под красным знаменем социализма, решив раз навсегда: «Жить свободны¬ми или умереть в борьбе!». Под дружным натиском созна¬тельно объединившихся рабочих всех национальностей России правительство издало уж не один закон в пользу рабо-чих. Да, чует свою гибель закоренелый враг рабочих, враг всего честного и свободного, чует, что его опора — кнут, тюрьма и ссылка шатаются у него под ногами! А рабочее движение все растет и ширится, все крепнет сознание, что, пока не рухнет главная опора всякого насилия и угнетения, враг свободного союза, свободной мысли и свободного сло-ва— царское самодержавие, до тех пор все победы рабочих будут не прочны и ничтожны, так как необходимо закрепить их путем закона, а это можно сделать лишь при политиче-ской свободе.
Гроза демонстраций от Петербурга до Тифлиса, от Иркут¬ска и до Варшавы привела правительство в трепет и смяте¬ние. Молнии блещут, и тяжелый мрак, нависший над всей Россией, рассеется. Поднимается на помощь рабочему много¬миллионная, измученная голодом крестьянская масса, разги¬бающая истерзанную страданием, но все же могучую спину. Выше же голову, рабочий! Помни, что рабочие могут поте¬рять в борьбе только свои цепи, а выиграть — все! Крепче сомкнись у знамени в передних рядах великой армии осво¬бождения всех трудящихся, всех свободных граждан, всего народа! Заря восходит! Пусть приветствуют ее громкие крики всероссийского пробуждения:
«Долой самодержавие!», «Да здравствует международная социал-демократия!».
Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.565.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.566.


Название листовки (или первая строка):
Новая жертва царского деспотизма. Товарищи рабочие! Еще одна жертва царского деспотизма.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи, вот что думают наши враги: "Страшные дни, дни тревоги и сомнений, когда каждый час окутан неизвестностью, и не знаешь, что готовит тебе завтрашний день, дни тяжелые и тревожные прошли, время бессонных ночей миновало.

Где листовка распространялась:
в токарном и литейном цехах Тифлисских Главных мастерских Закавказских ж.д.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.567.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.568.


Название листовки (или первая строка):
Севастополь. Лазаревское адмиралтейство. Горько и тяжело стало нам, рабочим, жить с тех пор, как был назначен командир порта Лощинский.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.569.


Название листовки (или первая строка):
№ 4. От Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза. К рабочим и работницам г.Иркутска


Название листовки (или первая строка):
К кондукторам и машинистам рижского трамвая

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.570.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.571.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.572.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
К  КИШИНЕВСКОМУ  ОБЩЕСТВУ!
Мало кому знакомы условия каторжного труда на паровых мукомольных мельницах.
Работа на мельнице производится безостановочно, днем и ночью, двумя комплектами рабочих, которые меняются через каждые 12 часов (§ 2 правил).
Рабочие, занимающие определенные места при аппаратах, как то: крупносейщики, буратчики, шеретовщики, отрубники, кочегары и смазчики не вправе во все время работы отлучаться от своих постов, а принимают пищу на месте исполнения своих обязанностей, т.е. завтракая и «обедая» на ходу, вперемежку с работой (§ 3 правил).
То же относится и к ночным рабочим, проводящим за работой время с 6 час. Веч. До 6 ч. Утра.
При этом рабочие на мельнице обязаны соблюдать опрятность (?) и благочиние (?), ночью не дремать (!!!). Они обязаны оказывать полное повиновение и послушание заведующему, приказчикам и всем тем, у кого палка в руках (§ 5 и 8 правил).
В виде добавки ко всему этому раю, всякий рабочий при выходе из мельницы обязан подвергаться унизительному обыску дворником. Это, видите ли, делается «для наблюдения и контроля над имуществом» (§ 10 правил).
В случае неисполнения изложенных правил, рабочие подвергаются целой стройной системе штрафов, согласно особой штрафной табели: за непослушание следует штраф до 1 руб., за прогул до половины дня высчитывается заработная плата за это время и налагается штраф в размере 75 к., средняя же плата рабочему – 70 коп.; за несоблюдение чистоты и опрятности – 50 к.; за нарушение тишины (?) при работе – 40 к., за устройство игр (?!) – 25 к. и вообще за несоблюдение правил – 50 к. и т.д. и т.д.
Мы забыли упомянуть, что § 7 великодушно разрешает рабочему являться в контору мельницы с жалобами, но не скопом, а обязательно каждый за себя в отдельности, и притом чинно и благородно «с соблюдением тишины и благочиния».
.Вышеприведенные правила мы цитировали по официальному документу: «Правила внутреннего распорядка на паровой мукомольной мельнице, принадлежащей кишиневскому купцу Товию Когану».
Эти правила утверждены и подписаны старшим фабричным инспектором Левинским. 
Мельница Когана наиболее благоустроена и порядки в ней, надо полагать, не из худших, в сравнении с порядками на прочих мельницах, менее благоустроенных, хозяева коих менее культурны. Не даром ведь Коган кичится своим «либерализмом».
В Кишиневе имеются кроме того мельницы Шварцберга, Фукельмана, Суриса, Левензона и проч.
На всех этих мельницах постоянных рабочих, пожилых, обремененных многочисленными семействами в 5-6 душ детей, свыше 150 чел.
Эти люди, благодаря железному режиму и непомерно низкой плате (80-85 к. поденных), совершенно утратили образ и подобие человека. Они забыли, а может быть, и не знали, что существуют радости человеческой жизни. Они вообще потеряли понятие о жизни.
Можно ли считать «жизнью» - 12-часовую работу, чрезвычайно скудное питание, урывками и как-нибудь, в мучной пыли, под грохот машин, а затем «отдых», выражающийся в беспрерывном 12-часовом мертвом сне?
При ломке же смен обязательна работа в течение полных 24 часов. И это не раз в году, а еженедельно.
Где же тут человек? Где те узы, которые связали бы его с живыми существами. Семьи своей эти люди почти не знают. Их дети растут, как былинки в поле. Некогда отцам присмотреть за ними. Легко себе вообразить их ужасную семейную обстановку и уклад жизни.
На мельнице обращение с ними беспримерное по своей грубости. Резкие окрики со стороны высших и низших хозяйских прихвостней, площадная брань и ежесекундные угрозы «быть выкинутыми» за малейшее возражение – явление не из редких.
Здоровье их ценится ни во грош. Случаи, когда хозяева отказываются платить рабочим за время, проведенное в больнице вследствие ушибов и увечий при исполнении работы на мельнице, - насчитываются десятками.
Несколько месяцев такой жизни способны превратить самую кипучую натуру в бессловесного раба.
В настоящее время в умы этих рабов проник луч сознания. Они соединились и, невзирая на запрещение действовать скопом, дерзнули сообща добиваться улучшения своего невыносимо тяжелого положения.
7-го июня рабочие всех мукомолен выставили требование: введение трех смен, т.е. 8-часового рабочего дня, без соответствующего уменьшения заработной платы.
Ввиду отказа со стороны хозяев исполнить это законное требование, все рабочие потребовали расчета и, на основании фабричного закона, остались работать только на 2 недели. 
Сегодня двухнедельный срок истек. Хозяева требования рабочих не исполнили. Напротив, все гадкое, выплывающее в подобных случаях, было ими использовано.
Хозяева обращались за содействием жандармерии. Фабричный инспектор – этот наемный заступник рабочих и добровольный холоп фабрикантов – грозил робким, забитым рабочим тюрьмой и ссылкой. Со стороны хозяев и служащих их были попытки развратить отдельных рабочих специальными обещаниями, лишь бы только внести смуту в их среду.
К счастью, нравственный уровень рабочих оказался гораздо выше нравственности их культурных хозяев.
Предприняты были специальные поездки в соседние города для вербовки рабочих-штрейкбрехеров. К счастью, таких не нашлось. Все было пущено в ход.
Великолепен «либерал» Коган, пытавшийся изгнать смуту путем удаления «бунтовщиков». Рабочие выказали свою солидарность и дружно отстояли своего товарища, отказавшись коллективно от работы за два дня до истечения срока.
И на всех остальных мельницах рабочие держатся спокойно. Слишком уж горька настоящая жизнь, чтобы бояться еще худшей.
Мы обращаемся теперь к вам, ко всему местному интеллигентному обществу.
Помните, что с сегодняшнего 100 семейств, т.е. 200 взрослых людей, втрое больше маленьких невинных детишек остаются без всяких средств к жизни. Они обречены на ужаснейший голод до тех пор, пока хозяева их не согласятся ввести такие условия, которые бы давали им возможность жить по-людски, по крайней мере не хуже других рабочих.
Повторяем, они требуют только 3-х смен и поденной платы в 90 к., т.е. возможности быть отцами своим детям, членами общества и есть до утоления своего голода. Они хотят познать жизнь.
На уступки они не согласятся. Они предпочитают смерть продолжению этого адского прозябания.
Мы убеждены, что общество, чуткое к чужому горю, интеллигентное общество откликнется на наш призыв к материальной поддержке рабочих в их законной и мирной борьбе со своими врагами.
Общество тем самым выразит свой горячий протест и негодование против гнета и насилия над слабыми.
Презрение Когану, Шварцбергу и всем тем, кто пьет рабочую кровь и развращает рабочую душу.
Да здравствует объединенный рабочий класс в его стойкой борьбе с эксплуатацией и насилием!
ЮЖНАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ 
РАБОЧАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ В
г.КИШИНЕВЕ
19 июля 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Воззвание к рабочим кораблестроительного з-да  Ланге и сын


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
НОВЫЕ СОЮЗНИКИ САМОДЕРЖАВИЯ
Кто не за нас, Тот против нас.
Товарищи! Революционное движение организованной ра-бочей массы, грозящее неминуемой гибелью русскому само-державию, внушает ему понятный страх. Много способов есть у русского царя для борьбы с его злейшим врагом — рево-люционерами. Но ни грубое насилие, ни штыки, ни нагайки, ни тюрьмы не убили в нас любви к свободе. Русское прави-тельство в лице своих самых умных холопов поняло это и придумало новый способ борьбы с революционным движени¬ем, борьбы организованной, так называемую «зубатовскую политику». Зубатов — прежде начальник московского, теперь петербургского охранного отделения — впервые с успехом применил эту политику и дал ей свое имя. Он заявляет, что самодержавное правительство вовсе не враг рабочего класса и всегда стояло за его интересы, пусть рабочие перестанут интересоваться политикой, пусть устраивают потребительные товарищества, артели, кассы взаимопомощи, и правительство даст им полную свободу и даже поможет им в их борьбе с капиталистами. Оно надеется таким образом отвлечь внима¬ние рабочих от революционной борьбы за свободу, затемнить их классовое самосознание, сделать рабочее движение легальным (законным).
Притворяясь друзьями рабочего класса, вмешиваясь в стачки, устраивая мирные организации, зубатовские агенты не только борются с социалистической пропагандой, но дают возможность шпионам и провокаторам проникать в нашу среду и предавать в руки полиции наиболее сознательных наших товарищей.
Собрания, устраиваемые зубатовцами, служат ловушкой для более опытных и конспиративных революционеров. Вся-кого, кто возражает агитаторам зубатовским и защищает ре-волюционные взгляды, забирают через несколько дней, по-сылают в Сибирь.
Сам Зубатов выразился про наиболее честных своих сто-ронников: «Они не на жаловании у нас служат, но своей деятельностью косвенно содействуют нам». Ясно, какой огромный вред могут принести организации даже наиболее искренние последователи обер-шпиона Зубатова.
В Москве Зубатов учредил общество рабочих, устраивает многочисленные собрания, на которых люди науки — про¬фессора Мануйлов, Озеров и другие выступают с ре¬чами и затрагивают вопросы об улучшении положения рабо¬чего класса на почве существующего строя.
В Минске помощник Зубатова, жандармский полковник Васильев не препятствовал (по предписанию Зубатова же) деятельности подобного общества, возникшего там под наз-ванием «Независимая еврейская рабочая партия». В своем манифесте он заявляет, что рабочим не нужно заниматься политикой. Что им нужен «хлеб». Но как бороться за «кусок хлеба», когда стачка считается государственным преступле-нием, когда рабочие союзы запрещены, когда закон на каждом шагу позволяет капиталистам нарушать договор с рабочими! Ясно, что рабочие только тогда смогут бороться за экономи¬ческие улучшения, когда добьются полной политической свободы.
Нам говорят, что нужно устраивать артели, но ведь арте-ли могут быть выгодны только для небольшой кучки лиц, которые обладают некоторой суммой денег, необходимой для внесения в артельный капитал; да к тому же всякая артель должна неизбежно разориться вследствие конкурен-ции крупных предприятий, если сама не превратится в капи-талистическое предприятие. Нам говорят, что царь слишком силен и бороться с ним рабочим невозможно. Но ведь его власть опирается на армию, а армию составляем мы же- рабочие и крестьяне, его сила заключается в деньгах, которые добываются нашим же трудом. А если так, если гнет, под тяжестью которого задыхаются рабочие массы, зависит от их собственного невежества и темноты, то необходимо всеми силами будить самосознание рабочих, крестьян и солдат стараться превратить их в сознательных социалистов, и тогда иго самодержавия падет под напором народной революции.
В настоящее время некоторые агенты «Независимой пар-тии» пытаются и у нас устраивать подобную организацию.
Товарищи! Именем дорогого нам всем дела мы призываем вас к борьбе с этими новыми врагами; изгоняйте их из своей среды, не вступайте с ними в споры, не входите ни в какие сношения с ними, помните, что ,мы с своей стороны не должны ожидать помощи со стороны самодержавного правительства, что освобождение рабочего класса должно быть делом самих рабочих, и, проникнутые этим сознанием, призываем под свои знамена всех честных защитников пролетариата.
Долой самодержавие!
Да здравствует революционная  борьба за свободу!
Южная революционная группа социал-демократов


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.573.


Название листовки (или первая строка):
Вставай, поднимайся, рабочий народ! Товарищи! Каждый из нас в одиночку думает над своей нуждой, стонет и бьется в вечных заботах, а ничего придумать не может…

Текст листовки:
ВСТАВАЙ,  ПОДЫМАЙСЯ,  РАБОЧИЙ  НАРОД!
Товарищи! Каждый из вас в одиночку думает над своей нуждой, стонет и бьется в вечных заботах, а ничего приду-мать не может: все тот же холодный темный угол и та же черствая корка хлеба! Бросьте на минуту эти заботы и послу¬шайте, что делается на белом свете. Уже повсюду проснулся рабочий народ и дружно, а не в одиночку встал на борьбу со своими врагами — хозяевами-капиталистами и царским правительством. Не только в больших городах, но уже по всем углам России рабочие устраивают шумные демонстрации и стачки и требуют своей доли в жизни! И они уже успели
добиться многих улучшений: сокращения рабочего дня, уве-личения заработка и человеческого обращения. Прежде рабо¬тали по 13 и по 14 часов в сутки, а после дружной забастов¬ки петербургских рабочих в 1896 году установлен 11,5-часо¬вой рабочий день, которым и вы теперь пользуетесь. А наши заграничные товарищи, благодаря более дружной борьбе добились уменьшения рабочего дня и значительно высокой заработной платы. Мы же, феодосийские рабочие, отстаем от наших товарищей, мы все еще спим! И до чего же довела нас эта спячка? Подумайте! День за днем проходит наша жизнь и чем дальше, тем хуже! Эта фабрика — наша тюрьма, и нету нам выхода из нее, наш вечный сторож — голодная смерть! Сколько наших товарищей умирают преждевременно от чахотки, сколько теряют способности к труду и остаются нищими. Все-то уже соки выжимает из нас фабрикант, чтобы устроить для себя жизнь веселую и роскошную! Но этого мало: нас уже перестали за людей считать! Прислужники фабриканта, управляющий и старшие мастера издеваются над нами всячески, наконец, даже говорить запрещают, за каждое слово штрафуют! Это что же такое? Конечно, что и говорить? С бессловесною скотиною легче иметь дело, чем с людьми! Работает, молчит! Сбавишь расценки — молчит!
Нет, братья и сестры, довольно! Надеяться нам не на кого: никому нет дела до нашей тяжелой доли. Давайте же о ней подумаем мы сами и не в одиночку, как прежде, а дружно, сообща! Присоединимся же, братья и сестры, к на-шим российским и заграничным товарищам, борющимся за освобождение рабочего класса. Сплотимся теснее и поведем дружно борьбу с нашими врагами. Все за одного и один за всех!
Феодосийская рабочая организация


Название листовки (или первая строка):
Трудно, тяжело становится, товарищи, жить на свете рабочему человеку.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.574.


Подпись под листовкой:
СПб. комитет РСДРП. Союз борьбы за освобождение рабочего класса

Текст листовки:
КО  ВСЕМ  РОССИЙСКИМ  СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКИМ  
ОРГАНИЗАЦИЯМ

Товарищи! Неудержимо развивающееся революционное движение ставит перед нами каждый день все более сложные задачи, и от того, насколько нам удастся выполнить их, зависит в значительной степени успех той освободительной борьбы, в которой социал-демократии принадлежит передовая и самая ответственная роль.
На Петербургском Комитете тяжелее всего отзывались традиции того направления, которому присвоено было в литературе название экономизма. И опыт многих лет убедил нас в том, что мы сами себе связывали руки недостаточно широкой постановкой задач политической агитации и революционной борьбы, тяжеловесными формами организации, неприспособленными к русским условиям. Сделав все возможное, чтобы в этих недостаточно широких и недостаточно подвижных рамках работать над организацией пролетариата, Петербургский Комитет пришел к убеждению, что надо закончить, выражаясь словами автора брошюры «Что делать?», ликвидацию периода кустарничества, периода местной раздробленности, организационного хаоса и программной разноголосицы.
Закончить эту ликвидацию тем более необходимо, что всякое промедление в этом деле неминуемо пошло бы на пользу другим революционным или оппозиционным течениям, дало бы им возможность усилиться за счет социал-демократии и тем самым сыграло бы на руку интересам буржуазной демократии. А между тем, ни одно революционное направление в России не обладает и в отдаленной степени такой революционной теорией и такими элементами массовой организации, какими обладает социал-демократия, которая упорной 10-летней борьбой пробила первую брешь в твердыне политической и общественной реакции и которая самыми тесными узами связана с наиболее революционным и непобедимым классом.
Приступая к осуществлению намеченных выше задач, Петербургский Комитет заявляет о своей солидарности с теоретическими воззрениями, тактическими взглядами и организационными идеями «Зари» и «Искры», которые он признает руководящими органами русской социал-демократии. Пусть придут на помощь нам все партийные организации, пусть теснее сплотятся они на общепартийной работе под знаменем революционной социал-демократии. Мы не можем пассивно ждать одного только формального восстановления всероссийской партийной организации, мы должны немедленно активно взяться со всех сторон за ее созидание, чтобы оказаться на высоте своей задачи: руководить решительным натиском масс на русское самодержавие.

Июль 1902 г.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.575.

Текст листовки:
К РАБОЧИМ ГВОЗДИЛЬНОГО ЗАВОДА КЕКИШЕВА.

Товарищи! Как бессловесные рабы мы изнываем изо дня в день над тяжелым каторжным трудом. Как волы с утра до ночи, до изнеможения тянем мы лямку для того, чтобы обогащать своего хозяина. Как каторжники, надрываем мы свои силы, губим свое здоровье, укорачиваем свою жизнь над тяжелой работой. А в благодарность за наш труд наш хозяин тянет из нас жилы, бессовестно пьет нашу кровь. Нигде, ни на одном заводе нет таких порядков, как у нас. Везде работают 10 часов, а мы работаем 11 ½ часов. Нигде нет такого ада, как у нас на заводе. У нас в тянульную нельзя войти, потому что там от газа сейчас начинает щипать тело, от этого газа, от этой отравы желтеет и пропадает одежда. Столб деревянный неделю простоял, и тот пожелтел. Рабочие так же там стали желтыми, а зубы у них почернели и крошатся.
Товарищи! Здесь сгорает наша жизнь, здесь гибнет наше здоровье, здесь мы без времени старимся. Здесь на своих плечах, среди одуряющего газа и зловония, рабочий должен переворочать 150 пудов проволоки. Этой работы не выдерживает одежда и рвется, и рабочие ходят оборванные, с голыми, пожелтевшими плечами. А наверху от грохота машин, от вечного стука почти все рабочие пооглохли. В кузнице стоит адская, невыносимая жара. В двух боковых печах отжигают проволоку и из четырехдюймового железа делают шпонку. На этом огне жарятся, как в пекле, кузнецы и молотобойцы. А вот надрывают свои силы рассыпальщики. Каждому из них нужно переворачивать и перетаскивать на себе по 500 пудов гвоздей в день. Везде во всех отделениях работать нестерпимо тяжело, и нигде нет никакой заботы о рабочем. В новом погребе, например, стены рыхлые, и когда идешь, за шиворот опилки сыплются. Сбоку от подвала работают сдельно кузнецы, работают без отдыха, без перерыва. Даже завтракают и обедают они, как на пожаре. Спешат скорей кусок проглотить и опять становятся на работу. Жалованье на заводе маленькое, расценки низкие. А хозяин, как зверь лютый, с пеной у рта бегает по заводу, как палач безжалостный, не дает ни минутки отдохнуть и все погоняет рабочих, кричит «Скорей!» и ругается, как бродяга. Станка поправить не дает этот изверг! А рабочие молчат, точно они языка лишились. Товарищи! Ведь со скотом лучше обращаются, чем с нами, потому что скот деньги стоит, а рабочий ничего не стоит. Если одного заморить на работе, то на его место найдется другой. На каторге лучше жить, чем на этом заводе. В Сибири, в рудниках тяжких преступников не морят так работой, как нас. А ведь мы виноваты только в том, что безропотно подчиняемся палачу, что не боремся за лучшую долю. Товарищи! Пока мы будем молчать, как  бессловесные скоты, до тех пор с нами будут обращаться, как со скотом. Мы надорвем на работе свое здоровье, погубим свои силы, и тогда нас выгонят отсюда и больше никуда не примут. Заводская отрава испортит нашу жизнь, как испортила одежду, и тогда нам придется идти в нищие.
Товарищи! Рабочий других заводов работают 10 часов, а мы 11 ½ часов. Неужели мы хуже их? Неужели мы не сможем соединиться и потребовать 10-часового рабочего дня и улучшения всех порядков? Ведь нам помощи ждать неоткуда, ведь мы сами должны о себе позаботиться!
Товарищи! Довольно мы молчали и терпели, довольно мы обогащали своим трудом хозяина! Не молчание нам нужно, а борьба за улучшение жизни нашей, и только в борьбе добьемся мы прав своих.
								Донской Комитет
					Российской Социал-Демократической Рабочей Партии
25 Июля
1902 г.


Название листовки (или первая строка):
К мастеровым и рабочим вагоностроительного з-да


Название листовки (или первая строка):
Ко всем минским еврейским работникам и работницам

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.576.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 5. Екатеринослав, июль 1902 года. Как отнеслось русское общество к крестьянским волнениям.

Где листовка распространялась:
в Екатеринославе, в частности, на сталелитейном з-де


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.577.


Название листовки (или первая строка):
Покушение на кн. Оболенского. Приговор Боевой организации партии с.-р. над харьковским губернатором был выполнен 29 июля в саду Тиволи.

Подпись под листовкой:
Издание Харьковского комитета партии с.-р.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим. Товарищи! 29 июля по постановлению Боевой организации партии с.-р. стрелял в харьковского губернатора кн. Оболенского член Боевой организации.

Где листовка распространялась:
в Киеве, Харькове и Чигиринском у. Киевской губ.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.578.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем гродненским рабочим и работницам

Подпись под листовкой:
Гродненский с.-д. комитет союза. Гродненский рабочий комитет

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.579.


Название листовки (или первая строка):
Воззвание. Правительство всеми силами старается исказить истинную подкладку народного недовольства…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.580.


Подпись под листовкой:
Гродненский с.-д. комитет Бунда. Гродненский рабочий комитет


Название листовки (или первая строка):
Слово 14-е. Из предыдущих "Слов" видно, что самодержавное правительство заботится лишь о своих интересах…


Название листовки (или первая строка):
Слово 15-е. Можно понять из предыдущих листочков, что правительство всецело стоит на стороне богачей, фабрикантов и заводчиков…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.581.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 2. Издание Лодзинского с.-д. комитета. Произвол полиции и самодержавия.


Название листовки (или первая строка):
Кто враг внутренний. Ко всем солдатам и казакам

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.582.


Название листовки (или первая строка):
№ 5. От Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза. К рабочим и работницам


Подпись под листовкой:
Харьковский комитет РСДРП. Союз борьбы за освобождение рабочего класса

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.583.


Название листовки (или первая строка):
Господа солдаты, казаки и все честное воинство!

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.584.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.585.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Тяжело жилось нам при старом управлении, а теперь живется и того труднее.


Название листовки (или первая строка):
Что делать? Товарищи! В ночь с 7 на 8-е августа через стены одесской тюрьмы слышен был звон разбиваемых окон…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.586.


Текст листовки:
КО ВСЕМ ПОЛТАВСКИМ  РАБОЧИМ И РАБОТНИЦАМ
Товарищи! На днях газеты принесли радостную весть о рас¬праве с харьковским губернатором, палачом Оболенским. Сердце рвется на части от рассказов о тех зверствах, о тех издевательствах,   которые   чинил   Оболенский   над   нашими братьями-крестьянами. Стоны их еще и сейчас звучат в наших ушах, их окровавленные тела встают перед нами, как живые. Их честь втоптана в грязь, их человеческое достоинство по¬прано, попрано единственное богатство, которое принадлежит одинаково всем и равно дорого для каждого. У нас отнимают все добытое нашим трудом, нас лишают даже способности думать и жить по-человечески, нашу семью разрушают;  но у нас оставалась душа, которую никто не смеет тронуть. Обо¬ленский посмел: он велел сечь, засекать до смерти. И секли, засекали. Не только тело болело, болела и ныла душа чело-, веческая. И это не первый случай издевательства над нашей личностью, товарищи, над личностью наших братьев. Вспом¬ните, как били демонстрантов на улицах, вспомните, как секли наших товарищей после демонстрации (демонстрацией назы¬вается открытое массовое выражение недовольства существую¬щим порядком) в Вильне, Екатеринославе и Минске, вспом¬ните, как усмиряли крестьян повсюду после беспорядков. До-статочно   послушать,   что   говорит   губернатор   черниговский в своей речи, обращенной к крестьянам села Ущерпья, или губернатор полтавский в своем   объявлении, чтобы увидеть ясно, как ни во что не ставят человеческое достоинство лиц трудящейся массы. 
Губернатор черниговский, обращаясь к крестьянам, заявил, между прочим, следующее: «…если вы будете стремиться или даже только думать решать какие бы то ни было дела своим умом, я не задумаюсь принять строжайшие меры к тому, чтобы вас отучить от подобных повадок». Дальше он говорит: «Вы должны немедленно составить приговор, в котором откажетесь от своих бредней, отречетесь от дерзкой мечты решать свои дела по своему желанию». «Бредни и дерзкая мечта» — это желание человека обдумать свою собственную жизнь и устро¬ить ее наилучшим образом! Или, быть может, царский при¬спешник  лучше позаботится  об  улучшении  жизни  крестьянина?! Товарищи!  Нас бьют, над нами   издеваются те, кто кровь нашу сосет. Но скоро их царству наступит конец. Про¬литая кровь наших братьев, оскорбления, нанесенные нашим товарищам,— все это слишком говорит за себя. Наши това¬рищи — подвижники, идущие на верную смерть за свободу свою и всего человечества,— слишком уж ясно показывают, что так продолжаться дольше не может. Необходимость борь¬бы осознана уже многими тысячами рабочих, она должна быть осознана всеми; сердце каждого рабочего должно перепол¬ниться  жаждой борьбы против попранной его человеческой личности. Пусть каждый рабочий поймет, что он человек, что он волен устраивать свою жизнь, как хочет, а не следовать указке правительства. И когда каждый поймет это, мы станем силой, той силой, которая сотрет с лица земли всякий произвол и насилие. Организуйтесь же, товарищи, протяните друг другу руки   для   общей борьбы против произвола, против посяга¬тельства на нашу личность, наше человеческое достоинство. Долой самодержавие с его произволом и насилием! Да здравствует политическая свобода! Да здравствует ра¬бочее дело!
Полтавский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии Август 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем варшавским пекарям - подмастерьям

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.587.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем одесским работникам и работницам


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Инженер Назаров так грубо и несправедливо относится к нам, что терпеть долее стало невмоготу, и к нему была подброшена граната.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.588.


Подпись под листовкой:
Одесский комитет РСДРП (Объединенная организация Одесского комитета и Южной революционной с.-д. группы)


Название листовки (или первая строка):
Ко всем работникам и работницам канатной ф-ки Корякина и К

Где листовка распространялась:
в Харькове около ф-ки "Южно-Русского т-ва пеньковой и канатной промышленности"

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.589.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Полиция, жандармы, земские начальники и всякие вообще царские слуги говорят, будто они служат для нашей пользы, рабочий народ в обиду не дают.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.590.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
	КО ВСЕМ
Сильны наши враги, тяжел сковывающий нас самодер-жавный гнет, непомерно трудна борьба, которую приходится нам вести с чудовищным русским царизмом; все шире и шире становится сфера нашего влияния, все больше и больше мас¬са вовлеченного в борьбу пролетариата. Для того, чтобы мы представили силу, действительно способную помериться с самодержавием и устранить главное препятствие на пути к социалистическому строю, нам необходимо сплотить, объеди¬нить все наличные силы и образовать единую организован¬ную рабочую партию.
 Разъединенность, разобщенность наших сил затрудняет успешность нашей борьбы и во многих случаях является серьезной помехой. Эта разъединенность вредно отзывается и на местной работе, ввиду чего обе действующие в Одессе социал-демократические организации нашли необходимым полное слияние. Участие комитета и Южной группы в съезде Южнорусских комитетов и организаций, на котором прак-тические положения о задачах и способах борьбы русского пролетариата были приняты солидарно всеми участниками, указывает, что серьезных препятствий к этому слиянию в настоящее время не существует. Мы все признаем, что:
1. Гарантия отдельных политических прав несовместима с самодержавной формой правительства. 
2. Ближайшая задача рабочего класса в России есть низвержение самодержавия, как необходимое предваритель-ное условие его полного социального освобождения. В борьбе за- политическую свободу необходимо сохранить за движе¬нием его классовый характер.
3. Ввиду того, что экономическая борьба и при настоящих условиях может вести к некоторому, хотя и незначительному улучшению материального положения пролетариата, ввиду того, что для .нас имеет ценность самый процесс борьбы, во¬спитывающий в рабочей массе самодеятельность и чувство солидарности; ввиду того, что экономическая борьба может иметь большое значение в смысле революционизирования ра¬бочей массы, социал-демократическая организация должна руководить экономической борьбой пролетариата.
Расходясь, следовательно, в настоящее время только во взгляде на сущность и роль самодержавия и находя, что это разногласие не будет служить препятствием для совместной работы, Одесский комитет и Южная революционная группа нашли возможным слиться в одну организацию.
Одесский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
(Объединенная организация   Одесского комитета
и Южной революционной группы)
Август 1902 г.


Текст листовки:
К РАБОЧИМ ЯЩИЧНОЙ ФАБРИКИ НАСЛЕДНИКОВ МАКСИМОВЫХ

Товарищи! С раннего утра на ящичной фабрике Максимовых начинается беспрерывная работа. С раннего утра и до позднего вечера, среди огня и дыма, среди пыли и вони, среди оглушающего грохота машин, стука молотков и лязга железа рабочие надрывают свои силы, губят свое здоровье. Работа тянется здесь 11 ½ часов, а иногда и больше, тогда как везде, на всех фабриках и заводах работают 10 часов в сутки. В ящичном отделении стоит страшная пыль, которая оседает на одежду, портит глаза и ложится тяжелым комом на сердце. Остановиться и отдохнуть, отдышаться от этой проклятой пыли – некогда. Нужно работать, ни на минуту не переставая, нужно из всех сил выбиваться, чтобы добыть себе кусок черствого хлеба, так как расценки все понижаются да понижаются. Раньше ящики для монополии работали по 12 коп., а теперь платят всего по 7 коп. То же самое происходит и с колесниками, и с кузнецами. Они тоже работают, не разгибая спины, до полного изнеможения. И во всем этом виноваты сами рабочие! Они работают сдельно и все спешат, все сильнее надрывают свои истомленные силы, все больше стараются выработать. Этим рабочие сами себе сбивают цену, сами затягивают петлю на шее своей. С каждым днем они все больше работают и все меньше получают. Работа тянется у них 11 ½ часов, а они сами приходят к воротам до гудка, на рассвете, и просят сторожа впустить их пораньше. И так живут они, как животные, с утра до ночи под ярмом, не зная ни отдыха, ни свободы. А в получку рабочие напиваются до потери образа человеческого, пропивают весь свой нищенский заработок, все свое богатство. Пейте, товарищи, одурманивайтесь, - и вы никогда не улучшите свою каторжную жизнь. Пейте, одурманивайтесь, - и вы не увидите, что ваш рабский труд идет на пользу Максимовых, карманы которых трещат от золота. Пейте, и вы не узнаете, что ваш кровавый пот льется для того, чтобы насыщать праздных кровопийц! Вы не досыпаете ночей, не доедаете куска, живете в лачугах, калечитесь на работе, - только для того, чтобы ваши хозяева не знали труда и пропускали тысячи в развратных кутежах, имели красивых любовниц, прекрасных лошадей и дорогих собак. Пейте! Затуманивайте свой ум – и вы не увидите, что вы своею кровью создаете богатство миллионерам Максимовым да их прихвостням и за это живете хуже максимовских собак. А рядом с Максимовыми вашим трудом живут хищники помельче – Алафузов, Кекишев, Щепкин. Эти господа не стесняются даже мошенничать. Они переставляют часы на 10-15 минут, и у рабочих, приходящих с завтрака, крадут целый час. И эти жулики гордо носят свои головы, считая себя честными людьми. Это – воры самого скверного сорта. Те воры, что по тюрьмам да участкам сидят, крадут из нужды, для хлеба, а эти воры на свободе гуляют и крадут труд рабочего для излишеств.
Товарищи! Ведь вы живете и надрываетесь над работой только для потехи своих притеснителей. Но у вас не хватает духу для борьбы с ними. Везде, даже на лесопильном заводе, работают 10 часов, а у нас и на гвоздильном Кекишева – 11 ½ часов. Разве вы хуже всех рабочих? Ведь вы будете находиться под тяжелым гнетом до тех пор, пока вы поймете, что вам всем нужно объединиться для борьбы с вашими кровопийцами. С неба вам манны даром не дадут. Только борьбой, только стачкой и забастовкой сможете вы добиться уменьшения рабочего дня, повышения расценков, замены сдельных работ поденной. Если вы хотите жить по человечески, так боритесь за свои права, требуйте улучшения труда и защищайте свою жизнь от жадности пауков-хозяев!

Донской Комитет 
Российской Социал-Демократической Рабочей Партии


Название листовки (или первая строка):
Товарищи и товарки! Наша обязанность - указывать вам на только что свершившиеся важные события в России.

Подпись под листовкой:
РСДРП. Балтийский латышский с.-д. организационный комитет

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.591.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Вот уже скоро год со времени последней нашей общей стачки.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.592.


Подпись под листовкой:
Пишут ваши братья-рабочие из Тбилиси и Чаква


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.593.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем русским и еврейским рабочим и работницам Белицкой спичечной ф-ки

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.594.


Название листовки (или первая строка):
С каждым годом борьба против русского деспотизма начинает все более и более обостряться.

Подпись под листовкой:
Киевский комитет РСДРП и организация "Искры" РСДРП

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Киевский комитет и организация «Искры» Российской социал-демократической рабо-чей партии
С каждым годом борьба против русского деспотизма на-чинает все более и более обостряться. Революционное движе¬ние распространяется могучим потоком, захватывая в свое русло многочисленные общественные группы, глубоко не¬удовлетворенные современным политическим режимом. Темп борьбы становится с каждым днем все ускореннее и стреми¬тельнее. Правительство предпринимает целый ряд мер для своей самозащиты и не желает пойти ни на малейшие уступ¬ки. С судорожными усилиями оно борется за свое дальней¬шее существование и не останавливается при этом ни перед какими средствами. Каждый протест, каждое проявление свободного духа глубоко попираются, миллионы народной массы безжалостно эксплуатируются и оставляются в глубо¬ком невежестве. Малейшие попытки пробить этот мрак, ма¬лейшее требование лучших условий существования—и сейчас же раздается оглушительный свист розг, выстрелы в без¬оружные изголодавшиеся массы, а за ними стоны тысяч нес¬частных, обездоленных, перед которыми нет просвета, нет надежды на лучшую долю. Бесчисленные аресты, наполнение всех тюрем массами борцов против такого политического бес¬правия следуют одно за другим. Сотни жертв во имя безнрав¬ственнейшей из идей — идеи русского самодержавия должны годами томиться в тюрьмах, чтобы затем быть сосланными в далекие якутские степи. Но свежие молодые силы «е могут бездействовать, окружающий мрак и беззаконие стоят перед ними, требуя борьбы, борьбы беззаветной, не останавливаю-щейся ни перед какими средствами. Сидение по 2—3 года в тюрьме, долголетнее прозябание в далекой ссылке не может иметь места в настоящее время, когда все кипит, все вол-нуется, когда каждый революционный работник имеет перед собой широкое поле для плодотворнейшей деятельности. Побеги из Сибири и тюрем учащаются и начинают принимать массовый характер. Причем беглецов вынуждают к этому не тяжести ссылки и тюремной жизни, а жажда кипучей дея¬тельности, желание принять снова участие в горячей борьбе переживаемого момента. И вот в вечер 18 августа из киевской тюрьмы был совершен чрезвычайно смелый и остроум-ный по замыслу побег 11 человек: Гурский, Крохмаль, Басовский, Мальцман, Бауман, Блюменфельд, Тарсис, Гальперин, Баллах, Плесский и Бобров¬ский. При этом организацией были употреблены все уси¬лия, чтобы бегство обошлось без малейшей капли крови со стороны тюремной стражи, что, к счастью, и увенчалось пол¬ным успехом. Кроме средств, отпущенных из соответствующих сумм организации, были собраны с этой специальной целью среди общества: X. У. Б. — 10 руб., Р.— 2 руб., В. — 3 руб., Пр. —250 руб., Т. Л. —20 руб., Гений—150 руб., Сестра — 5 руб., Ц.—250 руб., Во всю —297 руб. 50 коп., Киса— 50 руб., Самарец — 300 руб., Иван непомнящий — 5 руб., №№ — 5 руб., Кон.— 100 руб., Е. К. Н. —30 руб., С. Р.— 27 руб. 50 коп., Соб. — 33 руб., К. К. Т. — 175 руб., Н. П. — 5 руб., Соня — 1 руб., Хр.— 5 руб., Ар. Ар.— 3 руб., Д. К. Р.— 12 руб., М-я —7 руб., От студентов —18 руб. 50 коп., Среди рабочих —9 руб., Настойчивый— 1 руб., Будущий министр— 5 руб., Внучка жандарма — 5 руб., От подолян — 10 руб., Химик —8 руб., Учитель —2 руб. Итого—1795 рублей.
Все это за крайне малый промежуток времени. Цель отовсюду вызывала живейшее сочувствие и энтузиазм, что наиболее ярко указывает на то враждебное отношение, кото-рое встречает русское правительство. Киевский комитет и ор¬ганизация «Искры» считают нужным в особенности отметить чрезвычайно ценное участие общества, выразившееся в пол¬ном содействии многим важным конспиративным мероприя¬тиям настоящего дела. Только при полном сочувствии всех честно мыслящих общественных элементов возможна победа над русским самодержавием, а это сочувствие мы видим толь¬ко на стороне революционной партии.
Да здравствует рабочее дело!
Киевский комитет и организация «Искры» Российской социал-демократической рабочей партии
Киев, 27 августа 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Правительственный режим последних лет, варварская система произвола и всенародного разграбления привели к естественным результатам…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.595.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.596.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем двинским работникам и работницам


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.597.


Подпись под листовкой:
Минский с.-д. комитет Всеобщего еврейского союза в Литве, Польше и России

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.598.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! 1 мая нынешнего года сормовские рабочие праздновали маевку особенным образом…


Название листовки (или первая строка):
Слово 16-е. У нас в России есть одна господствующая православная христианская церковь…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.599.


Название листовки (или первая строка):
Слово 17-ое. Нам еще раз придется утверждать, что в России при теперешнем строе царит полнейший произвол чиновников.


Название листовки (или первая строка):
Слово 18-ое. В некоторых предыдущих "Словах" говорилось мимоходом о крестьянстве, например, о его сравнительно недавнем освобождении от крепостной зависимости…


Название листовки (или первая строка):
Слово 19-ое. Теперь мы выяснили положение дел в России: быт народа и деятельность правительства.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.600.


Название листовки (или первая строка):
Слово 20-ое. Наша земля велика и обильна, а порядка в ней нет.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Вы знаете, конечно, каково наше заводское начальство…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.601.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Всех нас волнует слух о том, что заводская администрация хочет с нами устроить плохую шутку.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.602.


Название листовки (или первая строка):
Организованные рабочие Шосткинского завода, обращаемся к вам с вопросом: неужели вы удовлетворены всем, что требовали, что уже не заявляетет своего протеста?


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Вот еще один пример зверства самодержавия, ошеломленного нашей смелой…


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Как для кого, но для нас, ж.-д. рабочих, г. Ивановский, начальник дороги, - ниспосланный Богом человек.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.603.


Подпись под листовкой:
Киевский комитет с.-д. партии "Рабочее знамя"


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.604.


Название листовки (или первая строка):
Письмо к земским учителям и учительницам


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.605.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.606.


Название листовки (или первая строка):
От "Союза одесских маляров". Товарищи маляры!


Где листовка распространялась:
в Екатеринославе и пос. Амур-Нижнеднепровск

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.607.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.608.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим и работницам на бумажной картонной ф-ке Киммеля


Текст листовки:
Прочитай и другому отдай. 
Пролетарии всех стран, соединяйтесь! 
К рабочим Красноярских мастерских.
Товарищи! Вчера мы в первый раз все вместе прошли по ули¬цам города, и прошли не для прогулки, а для защиты своих инте¬ресов. Каждый из пас чувствовал и понимал в это время всю нашу силу; каждый мог убедиться, как важна для нас взаимная поддержка и солидарность. Если бы мы не действовали едино¬душно, если бы в рядах наших было замечено какое-нибудь заме¬шательство или несогласие, то с нами разделались бы иначе. Только благодаря нашей настойчивости и единодушию наше тре¬бование было удовлетворено, мы одержали победу.
Пусть же эта первая, хотя и небольшая, победа покажет всем неверовавшим, что наша сила в единении! Пусть каждый из нас надолго запомнит этот день ц приложит все усилия, чтобы это случайное и временное объединение сделалось постоянным; чтобы всегда и везде каждый из нас чувствовал и осознавал себя чле¬ном цельной рабочей организации; чтобы враги наши постоянно чувствовали нашу силу и знали, что за каждую обиду, за каждую несправедливость по отношению к одному из нас им придется держать ответ пред всеми нами! При такой организованности мы скоро добьемся лучшего положения здесь, в Красноярске; объединившись же с организованными российскими товарищами, мы завоюем свободу и счастье для всей России.
Пусть же, товарищи, этот первый наш успех послужит толч¬ком к более быстрому объединению! Пусть не на словах только, но и на деле станет священным для нас завет наших учителей: Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
14 сентября 1902 г.
Красноярский комитет Сиб[ирского] соц [иал] -демокр [атического] союза


Где листовка распространялась:
в дер.Высоково Балахнинского у. Нижегородской губ.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.609.


Текст листовки:
Пролетарии всех  стран, соединяйтесь!
К КИЕВСКИМ РАБОЧИМ-СЛЕСАРЯМ
Прочно утвердили   свою власть над трудящимся людом хозяева-капиталисты. Закабалили они рабочего на неустанную работу, тянут из него все соки и живут припеваючи — сами ничего не делают и загребают себе все, произведенное трудом рабочих; рабочим же остаются в уплату за их непо-сильный труд лишь жалкие крохи, которых хватает лишь на то, чтобы не умереть с голоду. Всякому известно, что рабочий сработает товара на гораздо большую сумму денег, чем сколь¬ко он получает в виде заработной платы; если же плоды его трудов достаются его хозяевам-эксплуататорам, то лишь по¬тому, что хозяева владеют средствами производства (мастер¬ской, инструментами, товарами) и имеют полную возможность грабить рабочих «на законном основании» днем и ночью. Там, где рабочие еще не сознали своего ужасного положения, где они еще не объединились и не стали бороться против своих хозяев-эксплуататоров, там они находятся совершенно во власти хозяев, которые не довольствуются тем, что грабят до нитки рабочих, а норовят еще содрать с них три шкуры, обсчитывая их при уплате, совсем задерживая заработную плату, заваливая их сверхурочной работой и кормя их никуда не годной пищей. Мы, киевские слесари, живем в невозмож¬ных условиях. Возьмем, например, мастерскую Брагинского. Ему недостаточно тянуть жилы с рабочих от 6 часов утра до 9 вечера. Как только у него есть спешные заказы, работа тя¬нется всю ночь, и вместо платы за это он дает на чай копеек 70, как бы из одолжения, когда за сверхурочную работу сле¬дует гораздо больше.
Товарищи, нам нужно всеми силами бороться против сверх¬урочной работы, она только на первый взгляд кажется выгод¬ной, но если вдуматься и присмотреться, то окажется, что сверхурочная работа слишком много вреда приносит рабочему классу. Вместо того, чтобы работы хватало на всех, только некоторые ее получают. Друзья рабочих высчитали, что каж¬дые 5 человек, занимающихся сверхурочной работой, лишают работы 2 человек. Но мало этого, они лишают также и себя работы на будущее время, когда сезон кончается. И выходит, что, сделав в короткий срок всю работу и потратив последние силы, рабочие будут на улице без работы. За такое чрезмерное усердие их потом никто не вознаграждает, лишь хозяин оста¬нется в барыше, так как он платит за сверхурочную работу какие-нибудь гроши. Вот, например, у Брагинского работали по ночам спешно, потом он рассчитал многих, а остальные должны были пойти лечиться к докторам. В других мастерских не лучше. У Шейнбаума работают от 6 часов утра до 8 вечера. Как только приходит срок уплаты, работа тянется у него бес¬конечно, только бы оттянуть время расплаты. Ждешь у него денег, ждешь без конца и в конце концов пойдешь, не получив ни гроша. У Здановского работают от 5 часов утра до 9 вечера. Когда нужно платить, он обещает тогда заплатить, когда
будут работать еще больше. Шток, у которого работают от 6 часов утра до 8 вечера, посылает за деньгами до князя Владимира. Лейбил обыкновенно задерживает у себя поло-вину денег. С рабочими обращается, как начальник с своими подчиненными. У Вальда и Левина работают с 5 часов утра и до 11 —12 ночи, причем пища у Левина годится разве только собакам.
Вот как тянут силы с рабочих там, где они не организова¬ны. Как рабы,  работают они день и ночь и влачат полуго¬лодное существование, позволяя хозяевам помыкать собою. И так будет продолжаться до тех пор, пока рабочие не возь¬мутся за ум и не станут сами бороться за лучшую жизнь. По¬мощи рабочим ждать неоткуда. Правительство всегда стоит на стороне капиталистов, всегда бывает их усердным прислуж-ником, охраняющим их право на дневной грабеж, в особенно-сти у нас в России. Все честные и мыслящие люди ненавидят и презирают царское самодержавное правительство, которое держит нашу родину в темноте и невежестве, которое бесконт¬рольно и безнаказанно распоряжается миллионами народных денег, содранных в виде податей, налогов и пошлин  (якобы на народные нужды, а на самом деле для того, чтобы само¬державная шайка и ее приспешники — разные крупные капи¬талисты — могли утопать в роскоши);   поэтому самодержав¬ное правительство особенно нуждается в поддержке капита¬листов; поэтому во время голода и безработицы царское пра¬вительство тратит народные деньги не на помощь голодным, а на субсидии   (поддержки)   капиталистам;  поэтому  прави¬тельство тратит народные деньги не на народное образование (ведь если народ поумнеет, то не станет более сносить гнет и произвол всех самодержавных чиновников и жандармов), а на усиление жандармов и войска, охраняющих не родину от врагов, а карманы богачей от справедливых требований рабочих.
У трудящегося люда, составляющего громадное большин¬ство населения всех стран, нет других врагов, кроме эксплуа¬таторов-капиталистов, которые их угнетают и обирают и с ко¬торыми они ведут борьбу. Трудящийся люд ни в одной стране не заинтересован в войнах, которые губят столько жизней и сил; рабочие всего мира — братья, у всех них общие инте¬ресы, общие несчастья и общие стремления. Войны же ведут капиталисты разных стран друг с другом лишь в своем личном интересе, в своей личной погоне за наживой, в своем стремле¬нии заставить другие страны покупать их товары и изделия. Для этого держат капиталисты так дорого стоящее стране войско, которому чаще всего приходится усмирять и стрелять в своих собственных братьев рабочих и крестьян, борющихся за лучшую долю. Рабочие могут надеяться только сами на себя, каждый из них в отдельности слаб, но, объединившись, они станут боль-шой силой, которая заставит пойти на уступки хозяев-капита-листов. Только объединившись, сможем мы, товарищи, доби-ться более сносной жизни. Многие рабочие сознали уже это. Наиболее сознательные наши товарищи объединились в Рос-сийскую социал-демократическую рабочую партию, защищаю¬щую интересы рабочего класса.
В нашей борьбе за лучшую долю нам на каждом шагу мешает самодержавное правительство, которое сажает в тюрь¬му и ссылает в Сибирь наиболее сознательных товарищей, поэтому нам все силы нужно направить, товарищи, на борьбу с самодержавным правительством.
Когда мы добьемся политической свободы (свободы от-крыто собираться, организовываться, говорить и писать о своих нуждах), тогда мы свободно будем работать над созданием социалистического строя, где не будет частной соб¬ственности, где все блага и богатства будут принадлежать всему обществу, где не будет ни бедняков, ни богатых, а будет свободный союз всех трудящихся.
Долой самодержавие!
Да здравствует сознание рабочего класса, да здравствует борьба его за лучшую долю, за политическую свободу, за социализм!
Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии Киев, 16 сентября 1902 г.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.610.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Не первый год уже ведете вы борьбу…


Где листовка распространялась:
на цементном з-де "Союз" в ст-це Гниловской Ростовского-на-Дону окр. Области Войска Донского

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.611.

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь! К РАБОЧИМ  ЦЕМЕНТНОГО  ЗАВОДА  «СОЮЗ».
Товарищи! Близко освобождение русских рабочих. Везде :и .по всем заводам, во всех городах рабочие начинают готовить¬ся к последней, отчаянной борьбе; они уже не переносят покор¬но глумления заводской администрации — всякое грубое слово мастера или еще кого-нибудь из начальства встречает решитель¬ный отпор. Рабочие «смелее и смелее заявляют, что они люди, а Не -скоты., предназначенные кем-то только для работы; что они гнут спину не для того-, чтобы доставить своим хозяевам деньги и разврат и разгульную роскошь, а только потому, что они бед¬ны и вынуждены работать, чтобы не околеть с голоду. Рабочие начинают борьбу со своими угнетателями — капиталистами, и те, чувствуя себя бессильными перед грозными массами стачеч-ников, зовут на помощь полицию и жандармов...
Начинается борьба, — люди с бою берут свою долю. А у 'нас, на заводе «Союз»? Мы стараемся не смотреть, когда дирек-тор Боммер бьет нашего товарища, мы почти рады, если этот негодяй только выругает нас,—хороню, мол, что хоть не побил. Заводские часы' переводят, — крадут у; нас последние минуты отдыха, и мы молчим. Лошадь, бык не выдержали бы этого,— мы, живые люди, молчим и терпим. Когда же конец? Когда нас перестанут бить, как собаку, если она не угодит хозяину? Когда же мы, трудящиеся до полного истощения, перестанем влачить нищенское существование?
Никогда, никогда, если мы будем терпеливо сносить наше рабство, оно не прекратится... Товарищи! Наглые хозяева станут еще наглее... Теперь мы работаем 14 часов, будем работать и 15 и 16 часов. К борьбе, к сопротивлению! Если .переводят часы, прекращайте сами работу. Если ругают, отвечайте требованием замолчать. Если платят мало, — то стачка заставит хозяина увеличить плату! Все за одного, один за всех! Всегда, везде ведите борьбу за освобождение рабочих, за лучшую долю! Наш боевой клич: Да здравствует борьба! Да здравствует свобода! Да здрав¬ствует Российская социал-демократическая рабочая партия.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.612.

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь? К РАБОЧИМ И РАБОТНИЦАМ ФАБРИКИ АСМОЛОВА
Товарищи! Сердце сжимается, темнеет в глазах, когда входишь на нашу фабрику. Густая, ядовитая пыль заволакивает ма¬стерские, толстым слоем ложится на платье, давит грудь, дурма¬нит голову. Целый день мы вдыхаем эту едкую пыль. Гибнет от нее здоровье, разрушается грудь, появляется кровохарканье, за ним и чахотка, ведущая к верной смерти. Сотню рублей на вентиляцию жалеет наш хозяин, которому мы своим трудом до¬ставляем ежегодно миллионные барыши. Из-за жадности этого человека-зверя губится наше здоровье, наша жизнь. Если, рабо¬чий заболеет, то и тогда приказчики не отпускают его с работы. А фабричный доктор, хоть и видит, что рабочий болен и еле держится на ногах, всегда отвечает, по приказанию конторы, «Вы способны к труду». Зверь-хозяин подобрал себе наглых зве¬рей-приказчиков, которые обращаются с рабочими, как с пос¬ледней забитой клячей. Да и чем, в самом деле, наша жизнь, лучше жизни клячи? Не мучат ли нас «а каторжной работе, не надрываемся ли мы в нечеловеческом труде, не гибнем ли мы от недоедания и болезней?
Товарищи! Закон запрещает мучить животных. Но о наших детях никто не заботится, их позволяют томить на тяжелой работе. За 35 — 40 коп. в день мальчиков 14 — 15 лет принуждают на голове перетаскивать картон со станков по -2% пуда за раз, на высоту 4 аршин. От этой каторжной работы у них волосы-вытираются, ходят они, как ошалелые, их молодые силы гибнут и разрушаются, они болеют и рано стареют. Сотни детских жизней губится из-за непомерной жадности и прожорливости шайки грабителей' и бездельников, проводящих всю жизнь в кутежах и празднествах. Что для них сотня-другая детей? Ведь. мальчишке можно дать 35 — Й40 коп., — он и этим будет доволен,. а рабочему пришлось бы платить 60 кап., а то и более. Асмолов проживает в месяц несколько тысяч, а накладчику довольно 9—. 15 рублей, мастеру  хватит и 16 — 25 руб. Пусть, как хотят, околевают с голоду, со своей семьей, с малыми детьми и женой..
Другое дело мастеровые, которые доводятся начальству родственниками или подносят приказчикам огурцы, картошку со своих бахчей, да те подлецы, у которых длинные языки, кото¬рые шпионят за рабочими и доносят на них начальству, — те по¬лучают 35 — 40 руб. Плохо, тяжело живется нам, товарищи! Нет конца нашему горю, нет предела нашим бедствиям. Но и этого недовольно нашим мучителям. Новая беда грозит нам. Заведующий фабрики Фельдман задумал еще сильнее придавить нас ра¬ботой. Работали мы до сих пор на 35 станках по 10%—11 пудов в день и только' 3% месяца работали по 15 пудов. И вот теперь 'Фельдман задумал остановить 11 станков, а остальные 24 станка пустить по 15 пудов круглый год. Рабочих же с 11 станков пере¬вести на другую работу. Придется на 24 станках делать в год на 300 пудов больше, чем раньше на 35 станках.
Товарищи! Неужели мы допустим, чтобы над нами соверша-ли новые насилия, чтобы из нас без конца вытягивали наши жи¬лы, наше здоровье, нашу жизнь? Неужели мы безропотно, как рабы, как холопы, будем сносить зверства и издевательства? Проснитесь, товарищи, оглянитесь кругом, прислушайтесь, ка¬кой шум идет по всей Руси среди наших братьев — рабочих. За-волновался рабочий люд, встает против мучителей хозяев. Гроз-но требует он себе лучшей доли, лучшей жизни.
Наше освобождение близко. Пора и нам, асмоловским ра-бочим, дать отпор нашим мучителям. Довольно мы страдали и терпели, довольно нас мучили и терзали! Теперь не те времена! Мы будем бороться за наше здоровье, за нашу жизнь!
Устроим стачку и дружно все вместе потребуем:
1)	чтобы работали все 35 станков по 10 пудов,
2)	чтобы жалованье нам было увеличено,
3)	чтобы везде была устроена хорошая вентиляция,
4)	чтобы детей не мучили каторжной работой,
5)	чтобы с нами вежливо обращались.
И если наш хозяин откажется выполнить наши требования, То мы бросим работу и этой забастовкой в несколько дней за-ставим его уступить нам.
Вперед, в борьбу! За нашу лучшую жизнь, за свободу и сча-стье рабочих!
Да здравствует Российская социал-демократическая рабочая партия!


Название листовки (или первая строка):
К новобранцам. Товарищи! Большой толпой пригнали вас из разных сел и городов…

Подпись под листовкой:
Одесский комитет РСДРП (объединенная организация Одесского комитета и Южной революционной группы с.-д.

Где листовка распространялась:
в г.Валки около помещения уездного присутствия по воинской повинности

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.613.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
К НОВОБРАНЦАМ
Товарищи! Большой толпой пригнали вас из разных сел и городов, оторвали вас от родных, от земли, от работы. Вас измерят, освидетельствуют, признают годными к военной службе, оденут всех в одинаковые мундиры, поселят вместе в огромных каменных казармах-тюрьмах, где десятки низших и высших начальников будут стеснять каждый ваш шаг, каждое движение, где вы будете обучаться стрелять в таких же, как вы, людей.
Вы знаете, как живут солдаты? Им платят гроши, и по-ловина этих грошей попадает в руки ближайшего начальства, кормят червивой капустой, давят, муштруют, изводят манев¬рами, парадами, «шагистикой», бессмысленной, никому не нужной работой. Солдат превращается в машину, в «куклу», двигающуюся по чужим приказаниям; из него стараются вы¬бить всякий человеческий смысл, его личность постоянно уни¬жается. К нему обращаются не иначе как на «ты»; за малей¬шее упущение по службе, а иногда и вовсе без вины он подвергается самым тяжелым наказаниям, позорным и уни¬зительным для человеческого достоинства: побои, стояние на часах, розги, дисциплинарный батальон—обычная кара за самые маловажные поступки. Вот она, жизнь солдатская! А дома бьется и мается осиротелая семья, у которой отняли кормильца, может быть единственную опору; оплакивает молодого солдата старуха мать или жена, которые, лишившись работника, должны к тому же из своих нищенских средств поддерживать его на службе. А думали ли вы над тем, кому вы служить будете, для чего вы убьете четыре года своей жизни, для чьей пользы будете вы проливать человеческую кровь?
Когда вы становитесь солдатами, вас заставляют прися-гать в том, что вы верой и правдой будете служить царю и оберегать отечество от «внешних и внутренних врагов». Внеш¬ние враги — это китайцы, французы, англичане, которых вы будете на войне по команде офицера колоть, резать, стре¬лять. Что они вам сделали, какие они вам враги? Вспомните китайскую войну. Изголодавшиеся, угнетенные китайцы вос¬стали против притеснений своего правительства и эксплуата¬торов-иностранцев, которых они считают главными виновни¬ками своих бедствий. Россия, Англия и Германия посылают в Китай свои войска, чтобы помочь усмирить восставших подданных, «бунтовщиков», а самим поживиться на счет ки¬тайской земли и защитить свои фабрики и заводы, где они обирают китайский рабочий люд. Россия получила часть Ки¬тая (Маньчжурию), и русские капиталисты получили воз¬можность еще больше набивать карманы, выжимая соки из китайцев.
А русским рабочим и крестьянам, проливавшим в Китае человеческую кровь и погибавшим там тысячами от пуль и разных болезней, что дала китайская война? На нее было потрачено тысячи солдатских жизней и миллионы рублей, выколоченных из русского же народа. Из чего, как не из по-датей и налогов, составляются эти миллионы?
Всякая война нужна только капиталистам и правитель-ству, которые в ненасытной погоне за наживой стремятся под¬чинить себе все новые и новые земли; и как бы ни кончилась война, она всегда ложится на народ тяжелым бременем, т. К. на войну тратится народная копейка. Но русскому солдату приходится вести еще другую войну — с «внутренним вра¬гом», приходится стрелять в своих отцов, братьев, сестер.
Если измученным, изголодавшимся крестьянам, которых обирают помещики, обирает правительство, «выколачивая» из них непосильные подати и налоги, невтерпеж станет веч-ный голод и нищета и они заявят свои права на человече-скую жизнь,—их объявляют «внутренним врагом» и против них высылается войско для усмирения. Вспомните недавние бес¬порядки в Полтавской и Харьковской губерниях. Там голод¬ный крестьянский люд возмутился против своих помещиков-кровопийц, стал разорять помещичьи усадьбы, требуя себе хлеба и земли; на помощь казакам и полиции было призвано «христолюбивое» воинство; не одна крестьянская жизнь погибла там от солдатской пули, и «бунтовщики» были скоро усмирены. Если рабочие, создающие своей кровью богатство для паразитов-хозяев, сознают свое рабство и начнут бороть¬ся, чтобы выйти из него, их объявляют «внутренними врага¬ми» и против них высылается войско.
Вспомните ярославскую стачку: там стреляли в безоруж¬ную толпу стачечников, в которой были и женщины, и Нико¬лай II послал свое «царское спасибо» молодцам-фанагорий-цам, усмирившим «неприятеля». Вспомните беспорядки на Обуховских заводах, вспомните некоторые демонстрации, где солдат выводили против рабочих и студентов. Всякий, кто хочет свободно жить, думать, учиться, всякий, кому невмочь стало выносить боль от сдавивших нас цепей, всякий, кто не хочет безропотно подчиняться тяжелому гнету хозяйской и царской эксплуатации, всякий такой человек считается «вну¬тренним врагом».
Враг ли это и кому?
Это действительно враг, но не отечеству, а таким поряд-кам,  при которых один человек давит, обирает,  притесняет другого, при которых кучка паразитов живет в праздности, богатстве, безумной роскоши, потому что  миллионы других людей   живут в  нищете и невежестве и всю жизнь, не раз-гибая спины, трудятся, создавая эти богатства. Этот «внут-ренний враг» борется за достижение такого строя, при кото-ром не будет ни хозяев, ни рабочих, ни господ, ни рабов, ни> паразитов, ни трутней, ни насилия, ни эксплуатации, где не будет господства человека над человеком и не нужно будет армии для сохранения этого господства; он борется за дости-жение социалистического строя. А на пути к такому строю, на пути к свободе и равенству, к несчастью народно-му, стоит в России   огромная, крепкая преграда — царская самодержавная власть. Надо рушить ее, надо добиться таких порядков,  при   которых  не   один  человек — самодержавный царь, а сам народ издает свои законы и сам собой управляет, надо добиться политической   свободы.   За  границей рабочие тоже страдают от хозяйского гнета, но они свободно-могут бороться за уничтожение его, потому что они освободи¬лись уже от царского гнета. Там и солдату легче живется: слу¬жит он гораздо  меньше,   и  служба   его гораздо легче, чем у нас.
Враги ли вам те крестьяне и рабочие, которые поняли свое рабство и борются за свое освобождение? Ведь вы те же рабочие и крестьяне, часть того народа, который бьется, за¬дыхается под тяжелым игом, на его кровные деньги будет вас содержать правительство и с ним же заставит воевать, заставит присягать, что вы верой и правдой будете вести эту братоубийственную войну. Вы будете служить далеко от родных для того, чтобы в толпе крестьян или рабочих, которых вам придется усмирять, вы не увидели своего отца или брата, чтобы не дрогнула рука и не сжалось сердце, чтобы вы сме¬лее и решительнее стреляли. Но царские опричники не могут вас обмануть, вы хорошо знаете, что на вашей родине другие солдаты будут стрелять в ваших отцов и братьев.
Товарищи крестьяне и рабочие! Подымется ли у вас рука, чтобы выстрелить в безоружную толпу людей, братьев ваших, виноватых только тем, что они борются за свободу и счастье народное!
Помните, что их дело — ваше дело, и не позволяйте цар-ским слугам превращать вас в палачей своих братьев-борцов.
Отказывайтесь стрелять, учите тому же и других, идите сами в ряды борцов за народную волю, и всем вместе легко будет разорвать сковавшие нас цепи.
Долой самодержавие!
Да здравствует революционная борьба за свободу!
Одесский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
(Объединенная организация  Одесского   комитета
и Южной революционной группы социал-демократов)


Название листовки (или первая строка):
От Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза. К рабочим и работницам г.Иркутска


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.614.


Где листовка распространялась:
на улицах посада Азов Екатеринославской губ.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.615.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим ф-к и з-дов г.Иваново-Вознесенска


Название листовки (или первая строка):
К рабочим ф-к и з-дов. К рабочим ситцепечатных ф-к

Где листовка распространялась:
в Иваново-Вознесенске возле з-да Мурашкина

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.616.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 7. Екатеринослав. Сентябрь 1902 года.


Название листовки (или первая строка):
Почему русскому рабочему нужна политическая свобода?

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.617.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.618.


Название листовки (или первая строка):
Листок "Рабочей мысли" № 4. Обвинители и обвиняемые.

Подпись под листовкой:
СПб. комитет РСДРП. Союз борьбы за освобожждение рабочего класса


Название листовки (или первая строка):
Ко всем гражданам России. Манифест Южного революционного союза с.-д.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.619.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ   РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
КО    ВСЕМ    ГРАЖДАНАМ    РОССИИ
МАНИФЕСТ  ЮЖНОГО   РЕВОЛЮЦИОННОГО   СОЮЗА СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТОВ
В последнее время социал-демократическое рабочее движе¬ние сделало большие успехи. Оно заметно выросло не только вширь, но и вглубь. Так называемая теория «экономизма» и частичных прав почти окончательно осуждена историей, и наше движение становится ярко политическим и револю-ционным. Рост этого движения даже явно отразился на на-строении оппозиционных элементов нашего общества: на последнем всероссийском съезде студенты заявили официаль¬но о своей солидарности с российским пролетариатом в его борьбе за политическую свободу; за границей начал издава¬ться радикальный журнал «Освобождение», на нелегальную литературу везде замечается усиленный спрос. Все это в связи с крестьянскими «бунтами», заигрыванием правительства с ра-бочими и студентами («зубатовщина» и политика «сердечного попечения») и неминуемо приближающимся государственным банкротством несомненно указывает на близкую гибель само¬державия. Несмотря на то или именно потому мы должны осо¬бенно зорко следить теперь за каждым нашим шагом и всеми силами исправлять наши оплошности.
Самым крупным недостатком нашего движения является наша дезорганизованность. Каждый комитет, каждая группа действует на свой страх, нисколько не сообразуясь с положе¬нием других организаций. Сколько сил тратится поэтому напрасно, сколько раздоров вносит это в нашу среду, об этом мы распространяться не будем. Это слишком резко бросается в глаза всякому революционеру, действующему в России. К счастью, это главное зло нашей партии уже близится к кон¬цу, и действительное объединение всех социал-демократиче¬ских организаций есть дело ближайшего будущего.
Вторым недостатком нашего движения мы считаем отсут¬ствие прочных связей с обществом. А что это вредно отра¬жается на существенных интересах нашего дела, это опять-таки ясно каждому и не нуждается в разъяснениях. Пока наше движение было в значительной степени «экономическим», нам трудно было рассчитывать на сочувствие общества. Но с тех пор, как наше движение стало ярко политическим, союз с наи¬более радикальной частью нашего общества стал необходим. При этом наше главное внимание мы должны обратить на революционные студенческие организации.
Третий недостаток мы видим почти в полнейшем отсутствии какого-либо правильного воздействия на солдат и крестьян в южном районе. Только некоторые южные организации (как Южная революционная группа социал-демократов, Донской и Екатеринославский комитеты...) изредка выпускали воззва¬ния к солдатам. Между тем самое сильное революционное дви¬жение, не имеющее на своей стороне значительной части армии, не может рассчитывать на успех. А крестьянское дви¬жение для нас важно по многим причинам. Во-первых, крестьянство составляет у нас подавляющую массу населения поставляет наибольшее количество солдат в армию и по тем¬ноте своей служит главной опорой современного политического режима. Между тем последние события показали, что наше крестьянство, ограбленное и забитое самодержавием и кре¬постничеством, не ставит непреодолимых препятствий для нашей агитации и может поэтому сослужить нам огромную службу в нашей борьбе с его заклятым врагом-царизмом. Кроме того, движение в деревне нам необходимо хотя бы для того, чтобы отвлекать силы правительства из городов.
Мы не думаем, что наша партия должна теперь же отря-дить часть сил на армию и крестьян: это повело бы только к вредному дроблению наших сил. Мы утверждаем только, что нужно по возможности использовать те силы, которые самими обстоятельствами брошены в казармы и деревни. При¬нимая во внимание, что с ростом революционного движения все большее число наших товарищей попадает в казармы в ка¬честве политических ссыльных, возможность правильной про¬паганды среди солдат становится все более очевидной.
Четвертым недостатком нашего движения мы считаем то» что не все комитеты партии достаточно пользуются широкой письменной агитацией. В крупных городах при сильной поли¬ции устраивать хоть сколько-нибудь значительные собрания является совершенно невозможным. Поэтому широкое разви¬тие письменной агитации и пропаганды есть дело первостепен¬ной важности. Почти все эти недостатки таковы, что устране¬ние их наиболее успешно может быть сделано организацией не местной, а районной. Ввиду того, что Союз южных комите¬тов и организаций ставит себе задачи, не совсем аналогичные с теми, которые мы имеем в виду; ввиду того, что он и свои функции исполняет; по нашему мнению, недостаточно удовле-творительно, мы заявляем об учреждении новой районной организации под названием «Южный революционный союз социал-демократов». Эта организация имеет целью:
1)	Объединить все города, особенно те из них, которые
еще не имеют комитетов и не вошли в состав Союза южных комитетов и организаций.
2)	Содействовать учреждению и усилению революционных студенческих организаций. Мы намерены заняться правильной пропагандой   социал-демократических   идей   среди   студенчества, чаще всего посредством летучих листков.
3)	Организовать широкую агитацию среди солдат и крестьян.
4)	Беспрерывно обращаться с прокламациями к массам
рабочих.
По  своим  теоретическим   взглядам   ЮРССД   безусловно разделяет направление «Искры».
Для исполнения нашей программы мы, разумеется, сильно нуждаемся в нравственной и материальной поддержке всех сочувствующих революционному делу. Мы обращаемся по¬этому ко всем недовольным современными порядками за по¬сильным содействием. Мы охотно примем в наши ряды всякого социал-демократа, который захочет чем-нибудь служить ве¬ликому делу освобождения нашей родины от варварского ига царского деспотизма.
Южный революционный союз социал-демократов


Название листовки (или первая строка):
Отчет Екатеринославского комитета партии с.-р.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.620.


Название листовки (или первая строка):
18 сентября газеты сообщили о назначении виленского губернатора фон Валя товарищем министра внутренних дел, начальником отдельного корпуса жандармов


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим Нижнеднепровских ж.-д. мастерских


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим Главных мастерских Владикавказской ж.д.

Где листовка распространялась:
в Ростове-на-Дону около ж.-д. мастерских

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.621.

Текст листовки:
КО ВСЕМ РАБОЧИМ ГЛАВНЫХ МАСТЕРСКИХ 
ВЛАДИКАВКАЗСКОЙ ДОРОГИ.

Товарищи! Долгие годы изо дня в день, как каторжники, цепями прикованные к тачке, мы стоим у своих станков! Глухо гудят колеса, грохочут и стонут машины, звенят молотки, визжит напильник, жалобно жужжат приводные ремни, переплетаясь между собой… Солнце иной раз заглянет сквозь тусклые стекла в мрачные мастерские, - и чистый свет его слабеет от дыма и пыли… И зреет в этих черных, закоптелых стенах, среди грохота машин и лязга железа, среди этого кипящего ада черная дума… Тяжелым камнем ложится она на сердце, сжимает его злобой и тоской… Ох, горька ты, наша доля рабочая!..
	Болят наши груди разбитые.
	Их давит тоска и печаль…
	И, точно свинцом налитые,
Головушки наши болят…
	Горька наша доля голодная,
	Темна, беспросветна она…
	Гнетет нас нужда безысходная,
	И хищная смерть стережет…
Судьба обрекла нас суровая
На долю безмолвных рабов…
Над нами, как туча свинцовая,
Повисло проклятье труда!

Как преступники, мы осуждены на вечную каторгу. Всю жизнь мы тянем тысячепудовую лямку труда, пока смерть не освободит нас! Но среди этой серой, беспросветной жизни, товарищи, среди вечного каторжного труда, как звездочка, мерцает перед нами надежда, что истина и правда восторжествуют, что настанет день, когда мы вздохнем свободной грудью и громко воскликнем: «Да здравствует свобода!» Рабы труда – мы станем свободны! Но эта свобода не придет к нам сама, не спустится с небес! В жестоком бою должны мы завоевать ее… Наши враги сильны и могучи! Нам предстоит кровавая борьба, полная лишений и жертв. И для того, чтобы победить в этой страшной борьбе, чтобы завоевать себе свободу и лучшую жизнь, необходимо собрать наши силы, необходимо противопоставить нашим врагам, врагам всего рабочего класса, стройные, могучие ряды рабочей армии. В каждом рабочем должно жить сознание, что он в рядах этой великой армии рабочих, что он член рабочего класса, и каждый, видя гнусные издевательства и наглые оскорбления, наносимые его товарищу – рабочему, должен встать на его защиту. Все за одного, один за всех! Час последней борьбы еще не пробил, но и теперь каждый день, каждый час мы должны вести борьбу против наших угнетателей и оскорбителей!
Товарищи! Мы не должны долее сносить издевательства и насилия наших мастеров! Мы – рабы труда, но не холопы и лакеи наших мастеров! Как смеет какой-то гнусный Поплавский, которого как клопа можно раздавить одним щелчком, обдавать нас площадной руганью? Долго ли мы будем терпеть подлеца Ченцова и целую свору шпионов-подмастерьев кузнечного цеха с обер-шпионом Спировым во главе? Как смеют такие холуи, как Садовников и вор Голуцуцкий, укравший себе памятник, издеваться над рабочими? Как допустим мы, чтобы Садовников и Голоцуцкий нагло насмехались над строгальщиком Голосеевым, когда ему сломало и раздавило палец? Они нагло уверяли, что Голосеев нарочно сунул палец в станок, чтобы можно было отдохнуть или получить страховку. Долго ли будет нас калечить изверг Чернявский, как он искалечил Беркгольца? Допустим ли мы, чтобы этот мерзавец ругался площадными словами и бил нас по мордасам? Не позорно ли, чтобы мы молчали, когда Чернявский бил рабочего за то, что тот во время работы ел хлеб? Не позорно ли то, что никто, ни один рабочий из 400 человек, не встал на защиту своего товарища? Не забудьте, товарищи, что, оскорбляя одного рабочего, они оскорбляют нас всех! Кого мы боялись? Кто этот Чернявский? Еще студентом он был шпионом и провокатором. Он собирал у себя юношей и девушек и горячо проповедовали им борьбу с самодержавием, борьбу за освобождение рабочих, за политическую свободу и сам же доносил на них жандармами. И эти юноши и девушки шли в далекую Сибирь, претерпевали всевозможные бедствия и лишения, а Чернявский оставался на свободе.
Товарищи! Чернявский – предатель! И вот таким-то предателям и мерзавцам даны права над нашей личностью, над нашим человеческим достоинством! Не мы ли сами, товарищи, своим молчанием даем им эти права?
Мы боремся не против мастеров! Наши враги выше! Но каждый час, каждую минуту должны мы быть готовы выступить в защиту своей поруганной чести, своего человеческого достоинства!
Товарищи! Помните, что нам предстоит великая борьба за наше освобождение! Помните, что для этой борьбы нужны мужественные люди, умеющие смело и стойко защищать свои права, свою честь, свое достоинство. Холопы и лакеи не нужны нам! Пусть холопы холопствуют, мы же будем вести постоянную борьбу, каждый день, каждый час будем стоять за наши права!
Вперед, товарищи, в борьбу! Долой холопство! Да здравствует борьба! Да здравствует стачка! Долой мерзавцев-мастеров! Да здравствует свобода! Да здравствует великий союз рабочих – Российская соц.-демократическая рабочая партия!

			Донской Комитет 
Российской Социал-Демократической Рабочей Партии


Где листовка распространялась:
в Твери на ф-ках Берга, Залогина, Морозовых и вагоностроительном з-де

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.622.


Текст листовки:
КО  ВСЕМ  РАБОЧИМ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫХ  МАСТЕРСКИХ
Товарищи! 5 октября мы принесли две новых жертвы ка-питалу. На наших глазах убиты начальством два наших това-рища. Да, убиты начальством. Оно знало,  что на дне ямы могут быть ядовитые газы; оно могло сделать приспособления, чтобы чистить яму, не спуская в нее людей. Но это требует хлопот и расходов. Так лучше же убить двух людей! На тре¬бование об ответственности начальство ответит наглой ложью: «Они полезли красть медь». Красть в полной народа мастер¬ской!  Красть, разобрав с разрешения мастера горн!  Красть медь, которой в яме не было и не могло быть: она была набро¬сана туда уже после катастрофы! Точно также устроить при¬способление, чтобы колеса не сходили с круга, стоит денег, а нога  рабочего, пострадавшего 8 октября, ничего не стоит, потому что «он пострадал по собственной неосторожности». Нам незачем теперь доказывать, что мы для капитала лишь покорное стадо, безмолвные рабы, которых можно покупать за деньги и убивать безнаказанно. И действительно, мы ли не умираем за работой? Мы ли не задыхаемся в разных ямах, надрываемся за станками, заболеваем в пыли и на холоде, калечимся машинами и тяжестями для того, чтобы капитали¬сту хватило денег на кутежи и разврат? Нам незачем доказы¬вать, что наше положение тяжело, ужасно;  нам незачем это доказывать, потому что ноют наши кости, болят наши изуве¬ченные члены, потому что мы видели еще теплые трупы наших товарищей. Но нам нельзя доказывать и то, что так должно быть. Нет! Мы—люди, и требуем  человеческого отношения к себе; мы создаем богатства и требуем равномерного распре-деления их.  Кровью наших убитых товарищей мы запишем в своих сердцах страстную ненависть к капитализму, к этому проклятому строю, при котором один утопает в роскоши, вла¬дея и заводами, и фабриками, и землями, а остальные рвут друг у друга горло из-за куска хлеба и безропотно исходят кровью   в   тисках   капиталиста.   Мы   запечатлеем   ненависть к нашему правительству, которое всегда поддерживает грубой силой капиталистов против нас. На свежих могилах  наших товарищей мы протянем друг другу руки;  мы сплотимся и примкнем к рабочей социал-демократической партии, чтобы общими усилиями добиваться крушения капитализма и тор¬жества социалистического строя. Мы добьемся того, что нами
будет править выбранное нами самими правительство. Оно от¬берет у капиталистов в общественное пользование земли, за¬воды и пр. И тогда исчезнет эксплуатация одного человека другим, исчезнут все бедствия нищеты, потому что не будет разделения на хозяев и рабочих, но все будут рабочими.
Харьковский комитет Российской социал-демократической рабочей партии
Октябрь 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Ченстохов был недавно ареной грустных происшествий…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.623.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.624.


Где листовка распространялась:
в Ростове-на-Дону на чугунолитейном з-де Пастухова


Где листовка распространялась:
в Томске в мастерской механического з-да Квятковского

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.625.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.626.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.627.


Название листовки (или первая строка):
№ 2. Летучий листок. Ко всему русскому народу


Название листовки (или первая строка):
№ 1. Летучий листок. Ко всем новобранцам

Где листовка распространялась:
в Одессе в помещениях призывных участков и в Вильне

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.628.


Название листовки (или первая строка):
По поводу суда над залогинскими рабочими


Подпись под листовкой:
Харьковский комитет Крестьянского союза партии с.-р.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.629.


Название листовки (или первая строка):
№ 16.  К рабочим красноярских мастерских и депо


Название листовки (или первая строка):
От Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза. Нашим товарищам рабочим ж.-д. депо начальство под расписку раздавало книжку генерала Богдановича "Душевное слово рабочим".

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.630.


Где листовка распространялась:
в г.Васильков и мест.Белая Церковь Киевской губ.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 3. Ко всем гомельским портным

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.631.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.632.


Название листовки (или первая строка):
№ 10. От Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.633.


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

КО  ВСЕМ  РАБОЧИМ  г.КИШИНЕВА

Товарищи! Кто из нас не помнит, сколько труда и энергии было потрачено нами для того, чтобы добиться 12 ч. рабочего дня! Нам не только с хозяевами приходилось бороться, но и с малосознательными товарищами, а особенно с полицией, которая так отечески защищает интересы наших хозяев.
Каждый из нас живо помнит, как усердствовала эта сволочь во время наших забастовок. Чего только она не проделывала, чтобы напугать да за работу взяться нас заставить; по участкам таскала, в тюрьму нас сажала, Сибирью нам грозила, наконец, силой за работу нас гнать пыталась. Но все усилия этих подлых созданий, за деньги русскому царю душу свою продавших, разбивались в пух и прах о нашу стойкость и солидарность.
Глубокое сознание, что 12 ч. рабочий день сохранит немного наше здоровье, что он уменьшит число безработных и, следовательно, уменьшит конкуренцию между нами, что он даст нам немного свободного времени, чтоб подумать о горькой нашей доле, почитать книжку, где правда о рабочей жизни говорится, потолковать вместе с товарищами о тяжелых нынешних временах, потом – как бороться с нашими врагами, - это глубокое сознанье придало нам бодрость в нашей борьбе, и мы вышли победителями: почти во всех счетах был установлен 12 ч. рабочий день, исключая из них ½ ч. на завтрак да ½ на обед.
Товарищи! Излишне говорить о том, какую пользу принесла нам эта победа: каждый из нас это чувствует, каждый из нас это понимает.
Разве не видно, какие громадные успехи сделало рабочее движение за один только последний год, как развились мы и выросли за это короткое время.
Лишь год тому назад мы были покорными, забитыми и бессловесными рабами; ничего мы не знали, кроме своей душной мастерской, там мы гнули свои спины под бременем 16-17 ч. рабочего дня, молча сносили мы бесконечные унижения и оскорбления со стороны хозяев и не думали ни о какой борьбе, точно сама судьба нам назначила эту жалкую долю.
Теперь же мы сознательно относимся к окружающей нас жизни, теперь мы чувствуем и понимаем, что кроме хозяев у нас существует еще более сильный и свирепый враг, русское самодержавное правительство, которое не останавливается ни перед какими средствами, чтобы задушить рабочее движение, которое на собранные с нас кровные деньги наводняет всю Россию шпионами, жандармами и полицией, которое губит все честное, живое и справедливое.
Да, каждый из нас чувствует, каждый из нас видит, как много переменилось в нашей жизни за этот год! Теперь мы гордо можем заявить, что вступили в великую семью рабочих борцов, которые стремятся к уничтожению всякого насилия одного человека над другим, к уничтожению всего ныне существующего общественного порядка с его несправедливым делением людей на бедных и богатых, на угнетающих и угнетенных, к провозглашению царства  с в о б о д ы,  р а в е н с т в а  и  б р а т с т в а,  ц а р с т в а           с о ц и а л и з м а.
Отчасти мы этим успехам обязаны сокращению рабочего дня, который дал нам возможность почитать да подумать.
Товарищи! Скоро наступает время, когда начинается работа при лампе. Хозяева наши серьезно поговаривают о том, чтоб увеличить рабочий день.
Мы должны быть к этому готовы и на всякую с их стороны попытку удлинить рабочий день ответить дружной забастовкой.
Будет позорно для нас, когда мы допустим, чтобы то, чего мы добились ценою стольких жертв, было у нас отнято.
Итак, товарищи, дружно к борьбе! Покажем еще раз нашим эксплуататорам, что и они и их защитник, самодержавное правительство со своими жандармами да полицией, бессильны против нашей стойкости и солидарности.
Д а  з д р а в с т в у е т  р а б о ч а я  с о л и д а р н о с т ь!
Д о л о й  с а м о д е р ж а в и е!  Д о л о й  у г н е т а т е л е й!
КИШИНЕВСКАЯ  СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ
РАБОЧАЯ  ОРГАНИЗАЦИЯ  (ОБЪЕДИНЕННАЯ)


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок Волынского комитета партии с.-р. К рабочим.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи. Грандиозное крестьянское движение этого года накладывает на нас как руководителей и организаторов всяких революционных движений великую нравственную обязанность.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.634.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.635.

Текст листовки:
КИЕВСКИМ РАБОЧИМ
  На крестьянские села нагрянули отряды вооруженных лю-дей, конных и пеших, эти люди пустили в ход оружие против крестьян, многих убили, ранили и изувечили, остальных тяжко избили; вооруженные люди долго жили в крестьянских селах на счет покоренных, мужчин все время подвергали побоям, женщин насиловали. Уходя, забрали с покоренных богатую дань — 800 тысяч рублей.
    Прочтя все эти ужасы, можно подумать, что здесь описы-ваются зверства турецких заптиев над христианами в Армении или же нападение диких татарских полчищ на села древних .славян…
Из печатаемого ниже официального документа вы увидите, что мы описали вам не зверства турок или татар над христиа-нами, а усмирение русским «христолюбивым воинством» по приказу православного батюшки-царя «беспорядков» в Пол- тавской и Харьковской губерниях. В чем же разница? — спросите Вы. А разница вот в чем: в древние времена дикие татары, по-ловцы, печенеги действовали открыто и откровенно, как раз-бойники и насильники, не стараясь принять облика религиоз-ных и просвещенных людей, как это делает теперь хотя бы Драгомиров. Татарское иго сменилось другим игом, еще более страшным и ужасным,— игом царского самодержавия. Преж¬ние, случайные, откровенные разбойничьи грабежи приняли другую форму, они сменились постоянными организованными грабежами, насилиями и убийствами, которые производятся царскими слугами теперь уже «на законном основании», при лицемерном покровительстве православной церкви; они име¬нуются теперь не грабежами, насилиями и убийствами, как раньше, а более деликатно — «мерами административного воз¬действия».
При татарском иге, по словам известного русского писателя Щедрина, «грабили не чередом, убивали не ко времени, наси¬ловали не по закону», с водворением же самодержавия водво¬рился порядок: «стали города жечь, имущества грабить, жен насиловать — по закону». («Современная идиллия», стр. 55).
Таков самодержавный «закон»!
Быть не может, чтобы все это производилось с ведома царя, скажет иной легковерный человек. Ответом ему может служить опубликованная во всех газетах высочайшая благо-дарность харьковскому губернатору князю Оболенскому и на¬граждение его орденом «за энергичную деятельность при по¬давлении беспорядков».
Всякий честный человек, не желающий быть причастным к варварским действиям преступного правительства, должен быть его врагом. Кто не против него, тот за него!
Отказ адвокатов от защиты крестьян есть мужественный протест интеллигентных людей против действий наших «вну-тренних турок» — русского правительства, имевшего наглость предать суду избитых, ограбленных, поруганных и изнасило¬ванных по его приказу людей. Выстрел в князя Оболенского — протест героя-рабочего против преступления этого слуги само¬державия.
Из всех слоев общества доносятся протестующие голоса и выделяются самоотверженные мстители. Но протесты интел¬лигенции слабы и редки, удары героя-мстителя, как удары по жидкой тине, затягиваются бесследно… Между тем сила пра¬вительства не уменьшается, растет лишь его разнузданная преступность. Не либеральной оппозиции и не отдельным героям-борцам, а сплоченному в сильную социал-демократиче¬скую партию сознательному пролетариату удастся нанести окончательный удар самодержавию.
Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии Киев, 25 октября 1902 года
Просят распространять и перепечатывать последнее.
Копия. В ОСОБОЕ ПРИСУТСТВИЕ ХАРЬКОВСКОЙ СУДЕБНОЙ ПАЛАТЫ
Защитников подсудимых крестьян: Степана Лозенко, Павла Летюка, Федора Козерога и др., обвиняемых по 269 статье «Уложения о наказа¬ниях»,
ЗАЯВЛЕНИЕ
Защита убедилась в том, что подсудимые, прежде чем были преданы суду по обвинению в приписываемых им деяниях, потерпели за них следующие наказания:
1.	Были подвергнуты тяжкому телесному наказанию розгами.
2.	В местах жительства подсудимых был назначен постой войск, причем мужчины подвергались со стороны солдат и казаков побоям, а женщины — изнасилованию.
3.	На счет подсудимых содержались расквартированные по селам и деревням войска.
Защита находит, что по основному положению уголовного права никто не может быть дважды наказан за одно и то же {дело], между тем подсудимые за деяния, составляющие пред¬мет настоящего дела, подверглись карам, которые несравненно превышают кары, налагаемые за те же деяния по уголовным законам.
Защита полагает, что выяснение тех наказаний, которым уже подверглись подсудимые, должно было бы повлечь за собой освобождение их, в случае признания виновными, от нового вторичного наказания за одно и то же деяние. Значение наказаний, понесенных подсудимыми по распоряжению адми¬нистративной власти, отчасти разъяснено и указано Прави¬тельствующим сенатом в решении по делу Алимова за 1873 г. №32157.
Защите воспрещено г. председателем касаться обстоя-тельств, клонящихся к выяснению понесенных подсудимыми наказаний. Таким воспрещением из рассмотрения Особого при¬сутствия палаты устранены доводы и соображения, которые должны были бы иметь решающее влияние на приговор. Это равносильно лишению возможности защищать подсудимых, а потому мы, нижеподписавшиеся, заявляем об отказе от даль¬нейшего нашего участия в деле в качестве защитников и на¬стоящее заявление просим приобщить к делу.
Присяжный поверенный Н. Тесленко, присяжный поверенный Ник. Конст. Муравьев, кандидат права Самуил Еремеевич Кальманович, присяжный поверенный Ник. Морев, присяжный поверенный Рапп, присяжный поверенный Алексей Федорович Стааль, помощник при¬сяжного поверенного Федор Волькенштейн, помощник присяжного поверенного Белоусов.
Подобное же заявление, но менее сильно написанное, по другому делу подали: присяжный поверенный Переверзов, по¬мощники присяжного поверенного М. Б. Ратнер, М. В. Шейн-ман, Б. Г. Барт.


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

К  НОВОБРАНЦАМ!

Товарищи! Зовут вас теперь на службу к русскому царю. Страшный и жестокий будет у вас хозяин, страшную и лютую службу придется вам нести.
Снимут с вас присягу в том, что вы, не рассуждая, не думая и не прекословя, будете исполнять все решительно приказания целой орды начальства, хотя бы эти приказания отнимали вашу или чужую жизнь. А для того, чтобы вы действительно послушны были, приготовлены для вас за малейшее ослушание страшные наказания: плети, кровавые побои, дисциплинарный батальон, каторга и, наконец, расстрел. А жаловаться забудьте, ибо за жалобу царь русский солдата не милует.
И начнут нас изводить «учением». С зари до ночи адская служба: стояние 6 часов подряд на ногах, каторжные маневры, отмахивание в сутки 40-50 верст с пудовым и неудобным грузом на теле, внезапные тревоги в глубокую ночь, черная и тяжелая до надрыва работа в казармах – и всем этим «благородиям», «превосходительствам», всем этим кровавых дел мастерам, которые последнюю каплю здоровья будут из вас выцеживать, вас заставят без конца «здравия желать». А усладой в этой каторге будут не то помои, не то борщ, не то камень, не то хлеб.
Знает царь русский, что при такой то вот жизни вы скорее всего потеряете и совесть, и честь, и жалость, и сострадание к человеку, ибо на службе у русского царя все это вещи ненужные и очень вредные для его кровавых дел.
Целый миллион таких то вот солдат у русского царя и, чтобы кормить этот миллион впроголодь, а его начальство до отвалу, грабит русский царь народ свой без счета и без меры, дерет с мужика и рабочего последнюю рубашку.
Для чего русскому царю такая тьма солдат? Есть в России многоголовая банда фабрикантов, заводчиков, купцов и богатеев всяких. Заперли они в своих фабриках-казармах сотни тысяч тружеников-рабочих и надрываются они и пот кровавый льют, чтобы с голоду не умереть.
А трудом их каторжным создаются миллионы пудов товаров. Нужно эти миллионы сбыть, а в России сбыть их нельзя. Фабриканты говорят: товаров слишком много понаделано, и хотя действительно склады от товаров ломятся, но русский народ ходит и без хлеба, и без одежды, ходит босый и голый, холодный и голодный.
Товары то ему все до зарезу нужны, да купить их ему не на что. Обирали его с незапамятных времен цари, обирали помещики, обирают фабриканты, обирают с царского благоволения все, кто только крепко в рубль верует. Страшно обнищал, разорился народ, вот почему и товаров отечественных покупать не может, вот почему товары фабрикантам приходится в другие страны посылать. Только история эта повторяется и в прочих государствах, всякое норовит товары свои за границу сунуть, вот и возникает между ними борьба, и так как всюду интересы фабрикантов соблюдаются крепко правительствами, то и держат они сотни тысяч солдат, чтобы в случае чего друг на друга их послать, рынки отвоевать.
Ежели, к примеру, Морозов навалил в этом году миллион аршин линючего ситчику, а русский мужик, вконец обнищавший, даже и этот дрянной ситчик не в силах купить, потому что сам же Морозов с него три шкуры драл, то царь русский Морозову сейчас же в помощь придет и скажет.
«Отправь, голубчик, товары в Китай, а если кто не пустит, я туда солдатиков своих верноподданных воевать пошлю, чтобы не было обиды ни тебе, ни твоему ситчику великолепному». Вот для угоды Морозовым и другим живодерам царь и китайскую войну затеял, а затеи этой ради царь с русского народа налогами сотню миллионов содрал и тысячи молодых сынов русских на чистом поле воронам клевать оставил. Что же это такое, братцы? Сами же фабриканты, сам же царь дотла обобрал русский народ жестокими поборами, всю кровь из него высосал, а теперь, когда ему, обездоленному, измученному, голодному и нагому, нечем купеческие аппетиты поддерживать ему еще под пули ложиться велят, ему еще кровь проливать приказывают, чтобы вширь брюхо купецкое раздалось.
Сначала рубашку сняли, потом шкуру драть начали, а теперь вот и все тело отдавай! Да, братья! Это ради мошны кулацкой царь вас солдатчиной жалует, ради разгула их хищнического, ради грабителей и угнетателей народных царь вас в скотов бесчеловечных превращает, пушечное мясо готовит. А любы ему кулаки, потому что сам он присосался к телу народному, потому что сам он ведет дикую, роскошную и распутную жизнь с сотнями любовниц, тысячами лакеев и камердинеров и еще тысячами сановитых лизоблюдов и только для себя и всей этой сволочи грабит он ежегодно 25 млн.рублей, чтобы купаться в обжорстве, разврате, в золоте и бриллиантах.
Против таких то вот порядков русский народ уже поднялся. Ежегодно весной в городах выходят рабочие на улицы и громкими кликами дают знать царю, что скоро его темному царству конец, скоро воцарится в России свобода и за эту свободу, объявляет народ на улицах, мы будем бороться до последней капли крови. Поднялся теперь народ и в деревнях, и вот чтобы усмирить эти восставшие толпы народные, для «внутреннего врага», держит царь сотни тысяч солдат.
Летом этого года крестьяне Малороссии, вконец разоренные царским и помещичьим грабежом, поднялись против своих вековых мучителей и грабителей. Больше уже не было силы голодать, мерзнуть и сносить эту проклятую кабальную жизнь. И пошли они целыми тысячами на имения помещиков, шли из деревни в деревню, забирая по пути все, что с царского соизволения награбили у них русские помещики. Вспылил негодованием царь! Как?! Обижать моих помещиков? Стрелять по собакам, сечь их, мерзавцев!
И по царскому приказу двинулись тысячи с ног до головы вооруженных солдат на безоружных крестьян и началось страшное судилище царское. По мужикам стреляли, кололи их штыками, били прикладами, стреляли в толпу, в которой были древние старики и малые дети. Все это делали солдаты, такие вот солдаты, в какие теперь вас хочет обратить русский царь. А после, как перекололи и перестреляли множество крестьян, солдаты по приказанию начальства начали их сечь. Секли дни, секли недели и засекли до смерти сотни человек. Теперь же по приказу царя собирают в деревнях толпу крестьян, окружают их мертвой стеной солдатами и приказывают: целуйте ноги, кайтесь, просите прощения, а не то – видите вот этих солдат – всех вас как собак перестреляют. И солдаты стоят и смотрят и ждут, когда начальство прикажет стрелять в своих же голодных и засеченных уже до полусмерти братьев крестьян.
Вот к чему царю солдаты!
А это вот в Батуме было. Работало на заводе 900 человек, и вдруг фабрикант говорит целым 400 рабочим: не надобны вы мне, идите, можете помереть с голоду… только не под моим забором. И увидели остальные пятьсот рабочих, что вскоре и их ждет эта страшная судьба и, как один человек, бросили работу и сказали твердо: или всех распустите, или принимайте обратно четыреста товарищей. Заводчик встревожился, мигнул начальству и в ту же ночь брошено было в тюрьму 50 «бунтовщиков». «Всех нас заберите, - кричали на другой день около тюрьмы остальные, - или освободите товарищей!». И забрали их всех. Тогда явились рабочие других заводов заступиться за своих братьев. И вновь солдаты по приказу царских разбойников стреляли в народ. Раздался залп и уложил на месте 30 человек и многих ранил. Пули в дома залетали и детей невинных убивали, а царь еще недоволен был, что так мало крови пролили, и солдат под суд отдает почему не хорошо целились.
Но не только в Батуме, везде – в Петербурге, Варшаве, Лодзи, Домброве, Ярославле, Риге, Мариуполе верные царские псы устраивали кровавые пиры, стреляя в толпы бастовавших рабочих, и всегда царь солдатам свое «царское спасибо», да по двугривенному на водку посылал, чтобы хмелем совсем усыпило. Вот что, братья, царь вас в солдаты зовет. Нужны вы ему, чтобы голодный народ пулями кормить, ибо хлеб весь богатым да сильным надобен, чтобы бедных да слабых в кабале держать.
Зверские у царя дела, адские, дьявольские дела, и делать их могут не люди, а звери: жестокие, тупые, заматерелые звери, глухие и слепые к стонам и слезам, к страданию человеческому. Вот в мирное время царь и его хищная стая старается русских людей превращать в зверей, а солдатчина – это лучшая школа, в которой такие звери выращиваются.
Перед христовым евангелием и святой библией солдата заставляют клясться, что он по приказу ефрейтора будет стрелять в брата, сестру, в отца и мать, а чтобы окончательно заглушить в нем совесть, его отправляют в далекие от родного края места, чтобы, стреляя в толпу крестьян или рабочих, он не увидел бы родного ему лица, чтобы не дрогнула рука, чтобы солдат делал свое зверское дело твердо…
Но знайте, братья, что в ваших краях другие солдаты будут стрелять в тех самых ваших товарищей и родных, которые сейчас провожают вас на царскую службу с плачем и стоном, потому что они, может быть, лишаются лучшего друга или единственного кормильца и поильца.
Новобранцы! Мы, ваши товарищи, соединились уже в союз рабочих для борьбы с царской неправдой черной, многие из нас идут вместе с вами в солдаты. Держитесь возле них крепко, они не допустят вас озвереть. Заклинаем вас не стрелять в своих братьев: крестьян и рабочих, стреляйте через голову, вовсе отказывайтесь стрелять, но да не прольется от руки вашей ни единая капля крови братской. Настанет время, когда солдаты присоединятся к нам, социалистам – рабочим и крестьянам, и вместе могучей силой сметут с лица земли русской насилие и неправду царские, вместе с царем самим.
Да здравствует союз солдат с народом!
Долой мучителей и грабителей народных!
Позор и проклятье всем убивающим други своя!
КИШИНЕВСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ
ОРГАНИЗАЦИЯ


Подпись под листовкой:
Рижский комитет Всеобщего рабочего союза

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.636.


Название листовки (или первая строка):
28 октября назначен суд над нашими товарищами, взятыми за участие в демонстрациях 1-го мая в Сормове и 5-го мая в городе.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.637.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.638.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.639.


Где листовка распространялась:
в селах Бородянка и Фасовка Киевской губ. и у.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.640.


Название листовки (или первая строка):
№ 17. К рабочим Красноярских мастерских и депо.


Название листовки (или первая строка):
Кому и как следует бороться с чумой? К рабочим.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.641.


Название листовки (или первая строка):
№ 18. Ко всем, работающим на Сибирской ж.д.: в депо, мастерских, конторах, по службе движения и тяги


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.642.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
К КАЗАКАМ
Стонет русский крестьянский люд, и не одну сотню лет слышатся стоны его, измученного, забитого, изголодавшегося. Еще лет триста тому назад правительство стало законами при¬креплять крестьян к земле, сделало их подневольными холо¬пами, рабами богатых дворян-помещиков. Власть царей мос¬ковских (с 14—15 века) становилась все сильнее, свобода народная все меньше, подати выколачивались огромные и ло¬жились тяжелым бременем на крестьянскую бедноту. Обирало правительство, обирали, угнетали, кровь сосали помещики, крестьянин весь — и тело и душа, и совесть, и помыслы — был во власти своего господина; тяжело и позорно было рабство, невмочь становилось терпеть его.
Тогда-то наиболее смелые, храбрые, вольнолюбивые решали сбросить с себя цепи, зажить свободной человеческой жизнью. Толпами убегали крестьяне от своих мучителей на Дон, на Волгу, на Днепр и устраивали там вольные казацкие общины, где не было богачей — обирателей голодающего на¬рода, не было господствующих и подчиненных. Вся община владела всей землей, все крестьяне-казаки были совершенно равны и не повиновались никому, кроме своего выборного атамана.
Не по душе пришлась московским царям свобода казацкая; все больше становилась власть московского правительства над казаками, постепенно оно стало накладывать свою тяжелую лапу на жизнь станицы и по частям пожирать ее свободу.
Землей владели все сообща — правительство дало право отдельным лицам владеть ею; войсковой начальник выбирал-ся — его стали назначать; отбывающих военную службу стали вывозить в другие области. Но казаки крепко любили свою волю и  славно умели постоять за нее/'Их становилось все больше; к ним громадными толпами убегали крестьяне, кото¬рым невтерпеж становилось рабство и нищета; у них спаса¬лись преследуемые за веру раскольники. А в станице появи¬лись богачи домовитые и голытьба казацкая. Вчера крестья¬нина обирал помещик и прижимало правительство; сегодня, когда он стал казаком, его притесняют его же богачи станич¬ные и давит то же правительство, и в этой массе обездоленных, угнетенных порой ярким пламенем вспыхивало недовольство, и ужас наводили на всех кровопийц-помещиков загоравшиеся бунты. Первый крестьянский мятеж вспыхнул под начальством Стеньки Разина в царствование Алексея Михайловича. Поды¬мая крестьян, Разин опирался на голытьбу казацкую. Мятеж¬ники решили идти на Москву, избить всех злодеев и землю отдать народу. Много казацкой крови  было   пролито тогда палачами  царскими;  много  казацких голов  погибло,  и сам Стенька подвергся ужасной мучительной казни. Царь Петр I окончательно убил казацкую волю: он уничтожил свободный выбор атамана, лишил казаков права не выдавать беглых, усилил военную службу. Казаков бесчеловечно обирали их же старшины, а правительство отвечало на их жалобы, отвечало выстрелами в безоружную толпу. Новый бунт под начальством казака Емельяна Пугачева вспыхнул в царствование Екатери¬ны II. «Мы жалуем всех верноподданных вольностью», гово¬рил Пугачев в своем обращении к всему русскому народу, «без всяких требований в казну податей. Дворянство крестьян отягощать  не  будет».   Мятежники   были   усмирены  военной силой, а Пугачев казнен. Так отстаивали свою свободу казаки, и так боролись они вместе с крестьянами против народных злодеев и палачей. А теперь? Теперь вас самих сделали пала¬чами народными, теперь одно имя казака вызывает у кого  
страх, у кого омерзение. Казацкие пули и нагайка усмиряют тот самый трудящийся измученный народ, вместе с которым вы сами когда-то боролись за свободу и лучшую жизнь; разве вы не знаете, чего хотят эти «бунтовщики», крестьяне и рабо¬чие, обессиленные нищетой и голодом, измученные вековым рабством и издевательством над ними. Разве вы ничего не слыхали о том, как обирают помещики вечно голодных кре¬стьян, как прижимают рабочих фабриканты и заводчики, как давит всех их правительство, как стонет под этим ярмом вся русская земля. А вам самим то легко ли живется? Одинна¬дцать лет прошло со времени раздела казацких земель; о новом разделе ни слуху ни духу. А сколько казаков угоняет правительство на военную службу? У каждого казака должна быть собственная лошадь, обмундирование, снаряжение, аму¬ниция, а где денег взять на все это? Свой же атаман притес¬няет казаков — они ведь не выборные самими же казаками, а назначаются царем, и заботятся они не о нуждах станицы, а о том, чтобы карманы набить потуже. Они входят в согла¬шение с поставщиками амуниции и бракуют все, что не у них куплено, за небольшое упущение казака посылают служить не в очередь и отнимают землю. Не видите ли вы разве, что и вас самих обирает и гнетет царское правительство.
Чего же ждать-то еще? Крестьяне и рабочие, которым нев¬мочь больше ждать, начали борьбу не на жизнь, а на смерть со всеми гнусными порядками, борьбу за правду, братство, справедливость. Они хотят уничтожить теперешний строй, где кучка дармоедов обирает многомиллионную народную массу, и создать такой строй, при котором все люди будут совершенно равны и совершенно свободны; будут работать для себя, а не для праздных трутней. А для этого нужно прежде всего устра-нить власть той шайки воров, которая именуется русским пра¬вительством, и создать другое, народное. Сам народ будет выбирать своих представителей, которые будут издавать за¬коны и управлять страной. Эти рабочие и крестьяне борются за те порядки, которые вы сами хотели создать у себя в ста¬ницах, которые вы сами отстаивали в борьбе с русскими ца¬рями. А теперь вас заставляют их колоть, стрелять, полосовать нагайками те самые злодеи народные, которых вы когда-то вешали сотнями, желая вернуть народу украденную у него землю. Ведь вы же часть этого народа, ведь они братья ваши, виноватые только тем, что жить хотят, ведь их свобода — ваша свобода, их счастье — ваше счастье. Вспомните это, когда вас поведут избивать безоружную толпу, вспомните это, и у вас не подымется рука на позорное братоубийство. Не продавайте своей души проклятым палачам народным, не исполняйте их зверских приказаний, присоединяйтесь сами к своим восстав¬шим за народную волю братьям, и все вместе мы с корнем вырвем царскую власть и положим прочное начало делу рус-ской свободы.
Долой врагов народных!
Долой царское правительство!
Да здравствует свобода и борьба за нее!
Одесский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
(Объединенная  организация Одесского комитета
и Южной группы)


Подпись под листовкой:
ЦК Всеобщего еврейского рабочего союза в Литве, Польше и России"


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.643.


Название листовки (или первая строка):
Признавая, что самым важным условием развития рабочего движения является самодеятельность рабочего класса…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.644.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем кондукторам и вагоновожатым екатеринославского трамвая


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим гвоздильного з-да Гантке


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.732.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.645.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! В память о недавно произшедшей смуты…


Название листовки (или первая строка):
№ 19. К рабочим Красноярских мастерских и депо


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.646.


Название листовки (или первая строка):
Правительство собирается совершить новое преступление - оно собирается беззаконно судить мирных демонстрантов.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.647.


Текст листовки:
ТОВАРИЩИ САМАРСКИЕ РАБОЧИЕ!
Неужели еще мало насилия и произвола творится над на¬шим братом, чтобы мы все еще продолжали молчать и покорно гнуть свою спину? Посмотрите. Повсюду в России рабочий народ встает на борьбу со своими врагами — капиталистами и пра-вительством. То там, то здесь рабочие устраивают демонстра¬ции. С красными знаменами и песнями выходят они на улицы и смело заявляют, что им живется плохо и что они требуют лучшей жизни для себя. На их знаменах выставлены надписи: «Долой самодержавие!», «Да здравствует политическая свобода» и «8-часовой рабочий день!». Да, эти рабочие поняли, кто их враги. Они не хотят царя, от лица которого издаются все зако¬ны, стесняющие рабочий люд. Они требуют политической сво боды, потому что тогда рабочий народ наравне с другими бу¬дет участвовать в управлении государством; они требуют 8-ча¬совой рабочий день, потому что им нужно свободное время. Товарищи! Будем и мы готовиться к борьбе с нашими врагами. Будем собираться в свободное время и между собой толковать о нашем рабочем деле. Будем читать наши книжки, в которых говорится о том, как мы должны бороться за лучшую долю. Не будем забывать, что дело освобождения рабочих от гнета правительства и капиталистов есть наше кровное дело. Освобо¬диться от этого гнета мы можем только непрерывной борьбой. Будем же выходить на демонстрации, это — одно из главных средств нашей борьбы. Недалеко то время, когда рабочие, со¬единясь в одну великую русскую армию, станут могуществен¬ной и непобедимой силой, против которой не устоит ни прави-
тельство, ни капиталисты. Решительным усилием они сбросят с себя вековой гнет и создадут такой государственный строй, при котором земля, фабрики, заводы и все орудия производст¬ва будут принадлежать всему народу. Тогда не будет ни рабов, ни господ—все будут равны и все будут иметь одинаковые права.
Откликнитесь же, товарищи, на наш призыв! Присоединяй-тесь к нам! Чем больше нас будет, тем быстрее мы будем при-ближаться к светлому царству социализма.
Самарский комитет Российской социал-демократической рабочей партии.


Название листовки (или первая строка):
№ 20. К рабочим Красноярских мастерских и депо

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.648.


Название листовки (или первая строка):
№ 78. Из материалов "Революционной России".


Название листовки (или первая строка):
К рабочим мастерских Владикавказской ж.д.


Название листовки (или первая строка):
№ 21. К рабочим Красноярских мастерских и депо

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.649.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим Владикавказской ж.д. мастерских: Батайск, Тихорецкая, Минеральные Воды, Кавказская, Новороссийск


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.650.


Название листовки (или первая строка):
№ 23. К рабочим Красноярских мастерских и депо

Текст листовки:
Прочитай и другому отдай
Пролетарии всех стран, соединяйтесь! К рабочим Красноярских мастерских и депо
Товарищи! Грабительский приказ начальника дороги касается не нас одних, а всех, работающих на Сиб[ирской] ж. д.; но мы взяли на себя почин в деле борьбы против этого приказа. Надо думать, что в этой борьбе мы не останемся одинокими; надо ду¬мать, что рабочие других мастерских и депо услышат наш при¬зыв, присоединятся к нам и поддержат нас. Но мы первые всту¬пили в бой и должны подавать пример другим; никаких колеба¬ний, никаких уступок не должно быть с нашей стороны.
Завтра (в четверг) Клочковский хочет открыть мастерские; завтра утром, после недельного молчания, снова раздастся при¬зывный гудок; но пусть ни в ком из нас он не пробудит жела¬ния идти на работу! Пусть каждый из нас, услышав гудок, вспом¬нит, что теперь идти на работу — это значит добровольно обре¬кать на каторгу себя н всех товарищей! Пусть каждый из нас вспомнит, что мы боремся сейчас за свои права, за возможность свободно переезжать с места на место! Пусть каждый вспомнит, что, уступив в этой борьбе, мы дадим начальству возможность вводить какие ему вздумается, порядки и сами лишим себя воз¬можности сопротивляться; пусть каждый вспомнит все ото, и он не только сам не захочет сделаться изменником общему делу, но и другим посоветует не ходить на работу.
Пусть завтра мастерские останутся так же пусты, как сегодня, вчера и всю неделю, пусть ни один человек не выходит на ра¬боту, и тогда только начальство увидит, что мы действительно умеем бороться за свои права, тогда только оно серьезно отне-
сется к нашим требованиям; пусть Клочковский увидит, что не
он, а мы прекратили работу, что мало позвать нас на работу,
а нужно раньше удовлетворить наше требование.
Мы требуем отмены циркуляра начальника дороги и не будем
работать, пока это требование не будет удовлетворено.
6 нояб[ря] 1902 г.
Красноярский комитет Сиб[ирского] соц [иал] -дем [ократического]    союза


Название листовки (или первая строка):
К солдатам и казакам Красноярского гарнизона

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.651.


Название листовки (или первая строка):
Речь Воеводина на суде над саратовскими демонстрантами 6 ноября 1902 г.

Текст листовки:
Речь Воеводина на суде над саратовскими демонстрантами
6 ноября 1902 года

Господа судьи! Я предан вашему суду. Три дня Вы разбираете мое якобы преступление, а через несколько часов вынесете приговор. Спрашивается: кто же я такой? Какое преступление я совершил, что вы меня судите?
Я обыкновенный заводской рабочий, один из тех тысяч, которые с раннего детства обречены на непосильный труд и всевозможные лишения.
Уж шестнадцати лет я был ни за что, ни про что арестован, посажен в тюрьму, а затем выслан из Екатеринослава, где я имел заработок, работая литейщиком на заводе, в Саратов, в город, совершенно мне незнакомый. Почти целый год, несмотря на все мои старания, я не мог получить работы, потому что таких безработных, как я, было много, а главным образом потому, что вследствие доносов полиции и жандармов мне всюду отказывали от работы. Были дни, когда я не имел не только квартиры, но даже и хлеба.
Возмущенный всем этим до глубины души, я узнаю, что и саратовским рабочим жить стало невмоготу и что они по примеру рабочих других городов решили выйти на улицу публично протестовать и заявить свои требования. Вполне естественно, что я всей душой присоединился к их протесту против существующего политического порядка, при котором мы, рабочие, должны жить в нужде, невежестве и зависимости от эксплуататора-капиталиста и его защитника – царского правительства. 
В настоящее время капиталист, ничего не делая, живет в роскошных помещениях, носит дорогие платья, получает всевозможные удовольствия, бывает в театре, читает разнообразные книги и изучает разные науки, рабочие же не только не имеют ничего этого, но зачастую бывают без крова и хлеба.
А при малейшей попытке хоть немного улучшить свое положение, остановить бессовестный грабеж эксплуататоров, они жестоко преследуются царским правительством; рабочих арестуют без всякого основания, сажают в тюрьму и насильно высылают из мест, где они имели заработок, в места им совершенно неизвестные, где в их труде не нуждаются и где они испытывают разные лишения, не имеют пристанища, терпят холод и голод, унижения и оскорбления со стороны властей, начиная с последнего городового.
Испытывая на себе всю тяжесть безысходной нужды, весь гнет своего бесправия и беззащитности, могут ли рабочие молчать? Могут ли они не протестовать и не бороться за лучшую жизнь? 
Нет и нет!
Потому что самый ничтожный червяк, самая последняя козявка и те ищут, где им лучше, а рабочие – такие же люди, как капиталисты, так же хотят жить и так же чувствуют, хотя со стороны хозяев и правительства и прилагаются все усилия, чтобы убить и подавить в них все человеческое и превратить их в бессловесных рабов, чтобы легче было жить за их счет.
Итак, мы, рабочие, не можем молчать, не можем не протестовать, не можем не бороться со своими угнетателями и преследователями, не можем не стремиться к изменению своего положения.
Положение же наше изменится лишь тогда, когда в корне изменится все теперешнее общественное устройство, а именно, когда, с одной стороны, не будет богачей-хозяев, а с другой, бедняков – наемных рабочих, когда все фабрики, заводы, машины и земля будут принадлежать не одной кучке ничего не делающих капиталистов, фабрикантов и помещиков, а всему обществу, тем людям, которые сами работают, только тогда, когда рабочие будут получать полностью все, что они сработают.
Добиться же такого справедливого экономического порядка возможно лишь при условии, когда обществом будет управлять не одно самодержавное лицо, а весь народ через своих представителей, другими словами: первым шагом для достижения такого порядка должно быть свержение самодержавия и учреждение народного правления.
За участие в демонстрации пятого мая 1902 г. и за эту речь Воеводин, как несовершеннолетний (ему 18 лет), приговорен к заключению в тюрьме на 1,5 года.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.652.


Название листовки (или первая строка):
Судебная трагикомедия. Суд над демонстрантами окончен.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.653.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! С 4-го по 7 ноября в Саратове происходили заседания суда, приговорившего…


Название листовки (или первая строка):
№ 25. К рабочим Красноярских мастерских и депо

Подпись под листовкой:
Красноярский комитет РСДРП Сибирского с.-д. союза

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.654.


Название листовки (или первая строка):
По поводу правительственного сообщения от 8 ноября.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.655.


Название листовки (или первая строка):
№ 26. К рабочим Красноярских мастерских и депо


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.656.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.657.


Где листовка распространялась:
в станице Каменской Донского окр. Области Войска Донского


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.658.

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
ВОЗЗВАНИЕ ДОНСКОГО КОМИТЕТА РОССИЙСКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ  РАБОЧЕЙ  ПАРТИИ.
Стачка объявлена; теперь мы ни на одну минуту не должны забывать, что от нас самих зависит успех. Стойко, спокойно мы должны держаться наших требований. Вспомните стачку 1894 г., когда, благодаря нашему воздержанию, спокойному поведению, мы добились своего; помните, что тогда мы держались 12 дней. Смело же и теперь мы предъявим свои требования. Требовать; 9-часового рабочего дня, прекращения работы по субботам и накануне праздников в 2 часа дня с оплатой за день, повышения расценков, чтобы они составляли не менее 50'% жалования; пол-ной отмены всех штрафов; удаления мастеров Вицкевича и Чер-нявского; вежливого и человеческого обращения мастеров с ра-бочими; устройства бесплатной школы для детей рабочих; выве-шивания табелей расценок во всех цехах; увеличения платы чернорабочему не менее одного рубля в день; немедленной вы-дачи пособия раненым рабочим; выдачи казенных инструментов-малярам и плотникам; едущим в командировку служащим пла¬тить за 30 часов в сутки, работающим в обед платить за 2 часа, при поступлении учеников, платить им жалование с первого дня; сверлильщикам платить сдельно, а не поденно; вежливого обра-щения докторов; работающим поденно повысить плату; рабо-тающим в бригаде выдавать при расчете полное заработанное жалование; выдачи каждому служащему по шести проездных билетов в год; электрический цех подвести под об¬щее условие, т. е. работать не поденно, а сдельно; открытия но-мерной доски до свистка за десять минут, а после него на 15. минут; полной безответственности рабочих и депутатов за стач¬ку; расширения проходной будки и устройства новой со сторо¬ны станции; в день аванса кончать работы в 12 часов дня, счи¬тая за день; в случае рождения ребенка выдавать служащим по. 15 рублей, то же самое в случае смерти кого-нибудь из семьи
 
рабочего. Помните, товарищи, правда и справедливость на на¬шей стороне. Смело же вперед, товарищи! Борьба началась. Отступление невозможно. Докажем всем притеснителям нашим, что мы умеем твердо стоять за наше право. В единении — наша сила, в спокойствии, стойкости — наш успех. Помните это, то-варищи! Все за одного, один за всех! Защищайте друг друга и не выдавайте своих товарищей. Вперед, в борьбу! Да здравствует свобода!


Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Российская социал-демократическая рабочая партия.  
 КО ВСЕМ ГРАЖДАНАМ.
Первый снег — и вместе с ним первый отдаленный раскат надвигающейся революции. Рабочие Владикавказских мастерских бросили работу и выставили свои требования. В них нет ничего политического и революционного, но самый факт такой. крупной стачки своим могучим напором рвет старые, заржавлен¬ные средневековые цепи самодержавия. И ее дождемся мы, быть может, будущего «первого снега», как те же рабочие строй-ной тысячной толпой пройдут под красными знаменами социал-демократии с громким криком: «Долой самодержавие! Да здравствует свобода!», и пройдут по улицам Ростова, которые еще никогда не слышали вольных криков свободы. Они, и только они в силах разрушить смрадное здание проклятого самодержавия, они, и только они в силах дать свободу задушенной голодной Руси.
. Придите же к ним на помощь в их первых трудных шагах борьбы. Придите вы, втайне ненавидящие запятнанное кровью гнуснейших преступлений самодержавие, придите вы, втайне болеющие за вымирающий от голода народ, придите вы, втайне робко мечтающие о свободе. Придите на помощь, чем можете. Окажите борющимся хоть материальную поддержку. Проснитесь, граждане!


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.659.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Во всех газетах напечатана телеграмма…

Подпись под листовкой:
Пермский комитет Уральского союза с.-д. и с.-р.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.660.


Название листовки (или первая строка):
Бюллетень о ходе забастовки в Ростовских мастерских Владикавказской железной дороги.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.661.

Текст листовки:
СОБЫТИЯ В РОСТОВЕ
В субботу, 3 ноября, рабочие котельного цеха Владикав-казской   железной   дороги   числом около 3 1/2 тысяч человек забастовали и   предъявили   администрации   28   требований. К 7 ноября число забастовавших увеличилось до 7 тысяч че¬ловек. Так как железнодорожный двор не мог вместить всей толпы, сходки были перенесены за город в балку Темерник. Все время говорились речи. К 8 ноября число забастовавших увеличилось до 10 тысяч. Забастовали пекаря бубликов, у Па¬нина (гвоздильный завод), у Токарева, у Асмолова (табачная фабрика)   и у Панченко   (бумажная   фабрика). Прибывшие 300 казаков окружили балку со всех сторон и выжидали даль¬нейших распоряжений. Но  рабочие,  храня гробовое  молча¬ние, слушали несмолкавшие речи ораторов, требовавших от них солидарности и корректности. К 10 ноября из Новочеркасска прибыл сам атаман с новыми силами казаков Жандарм-ский полковник Иванов потребовал разойтись, а говоривший в то время в толпе оратор приказал ему «замолчать». Скон-фуженный жандарм с позором удалился и натравил на толпу казаков. По призыву оратора 10-тысячная толпа, как один человек, присела на землю и говоривший указал казакам, что они — те же рабочие, что, вернувшись к своей обычной жиз-ни, они также должны будут отстаивать свои права. Казаки удалились. Жандарм Иванов попросил забастовавших послать атаману свои требования, что и было исполнено. Глава па¬лачей принял депутатов грубо и потребовал услугу за услугу, то есть обещал удовлетворить стачечников только после вы¬дачи главарей. Понятно, что депутаты не-согласились на по¬зорную сделку, так как заранее знали, что будут обмануты. В воскресенье, 11, на сходку явилось около 30000 человек. Настроение у всех воинственное. Общество свидетельствова¬ло рабочим свою симпатию присутствием на сходке и больши¬ми пожертвованиями. В понедельник, 12, собравшуюся толпу казаки стали разгонять нагайками, что и вызвало самозащиту со стороны рабочих. Они толпами двинулись в глубь селения, выломали заборы, набрали камни и стали храбро защищать¬ся. Свалка была отчаянная, но к 2 часам побоище закончи¬лось. Один казак убит, один офицер ранен в голову. Со сто¬роны рабочих пока убитых нет, а из публики 6 человек убито и 10 ранено. Сходки продолжаются, в городе сильно возму¬щены царем и его опричниками. .Вот вкратце описание звер¬ской расправы. Всякий культурный человек обязан протесто¬вать против нагайки царского правительства. Пора обществу из пассивного наблюдателя сделаться активным членом той семьи, которая осуществит идеал освобождения русского на¬рода из-под рабского ига. Ростовцы поняли и доказали это. Честь и слава истинным гражданам!
Не надо нам стеснений, мук,
Вооружись на бой со злом,
	Не опускай бессильно рук,
Иди без страха напролом.
Керченская социал-демократическая рабочая организация


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Понедельник 11 ноября - знаменательный день в истории сибирского рабочего движения.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.662.


Название листовки (или первая строка):
Отдельный оттиск из № 2 "Красного знамени".


Название листовки (или первая строка):
К товарищам нефтяного промысла Манташева


Название листовки (или первая строка):
Бюллетень № 1. Настоящим листком открывается новая серия изданий Тверского комитета.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.663.


Название листовки (или первая строка):
№ 29. К рабочим Красноярских мастерских и депо

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.664.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.665.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! С возмутительной наглостью царское правительство объявляет в газетах о своем собственном новом преступлении.


Название листовки (или первая строка):
№ 8. Из материалов "Революционной России".


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.666.


Название листовки (или первая строка):
Никогда еще наша родина не рвалась так стихийно-сильно к свободе и свету…


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.667.


Текст листовки:
ГРАЖДАНАМ ВСЕЙ РОССИИ.
Правительство изменило своей обычной тактике — замалчивать рабочие волнения или сообщать о них тогда, когда уже вся Россия знает о происшедших событиях из частных слухов, писем или подпольной печати. 4 ноября рабочие мастерских Владикавказской железной дороги в Ростове забастовали, а 19, в разгар стачки, в «Правительственном вестнике» появляется официальное сообщение, по обыкновению полное лжи и лицемерия; оно стремится приписать «буйной» толпе рабочих «назойливость», «глумление» и полную бессознательность требований, а войска и администрацию представить в умилительном образе ангела-хранителя порядка и законности. Дипломированные писатели департамента полиции пытаются придать рабочим «беспорядкам» в Ростове и Тихорецкой исключительно экономический характер, — и в этом первая, самая грубая и возмутитель¬ная ложь официального сообщения. Правда, начав стачку, ростовские рабочие предъявили ряд требований, не заключавших в себе политической тенденции — иного характера и не могла но¬сить их первоначальная борьба с хозяевами. Но достаточно было агитаторам приложить усилия, — и смутное политическое брожение превратилось в ясное политическое сознание. Да и са¬мо правительство способствовало этому. Уже на третий день стачки рабочим стало известно, что в их борьбу с предпринима-телями вмешалось правительство, что их требования встретили отказ не в управлении дороги, а со стороны правительства, в лице министра путей сообщения. Рабочие увидели, как вся несметная стая царских слуг слетелась для того, чтобы задушить рабочее движение, подавить стремление рабочих к счастью и сво¬боде, Тысячи казаков были мобилизованы против ростовских рабочих. Весь город превратился в военный лагерь, двинули даже артиллерию... Пользуясь смятением властей, растерявшихся в первое время, Донской Комитет, пока не прибыли войска, организовал народные собрания, каких еще не знало революционное движение в России.
В течение целой недели, сперва   в мастерских, затем в громадной «балке»,  самой   природой   предназначенной для народных митингов, собиралась многотысячная толпа рабочих, чтобы впервые услышать свободное,  смелое  слово  о рабочей нужде, о политическом гнете, давящем Россию, чтобы впервые открыто читать ежедневно появляющиеся   прокламации.   Несколько ораторов в ряде речей разъяснили рабочим значение выставленных стачечниками требований,  подвергали   резкой   критике самодержавно-полицейский    строй,    выясняли   сущность   политической борьбы, ее необходимость для рабочих. Собрания эти, протекавшие в изумительном порядке и ничем не отличавшиеся от митингов ка Западе, не могли не оставить глубокого следа в рабочих, не могли не вывести экономической борьбы на широкую дорогу политической демонстрации  и протеста всего рабочего населения Ростова. Проклятия по адресу самодержавного правительства и призыв к политической свободе встречали взрыв энтузиазма в рабочей массе, которую не теория, не фраза, а сама жизнь приблизила к сознанию необходимости свободы стачек и союзов, собраний и печати, к сознанию, что без участия народных представителей   в управлении   страной   масса   никогда   не   добьется лучших условий жизни. Удивительно ли, что правительственное сообщение ни словом   не обмолвилось   об   истинном   характере ростовской стачки? Организованные 20—и даже 30-тысячные собрания рабочих, политические  речи,   строгая   дисциплина стачечников и единодушные резолюции  в   пользу  политических прав народа,— как все это далеко от «буйной шайки нарушителей общественной тишины и спокойствия», этого трафарета, по которому строятся все   сообщения   правительства   об   освободительном движении народных масс!
Зато для восхваления храброго воинства правительственное послание не жалеет слов и красок... «рабочие позволяли себе глумиться над войсками»... «назойливость рабочих достигла крайних пределов»..., «рабочие не только не пожелали разойтись, но даже стали бросать в войска камни»...—-этим правительство пытается оправдать ружейные залпы в беззащитную толпу. Здесь все от первого до последнего слова — гнусная ложь!
В Ростове бойня была произведена 11 ноября. С раннего утра казаки стали разгонять прикладами и пиками являвшихся на сходку. И тогда началась героическая борьба. В кровавом бою, ценой человеческих жизней - рабочие покупали себе свободу сходок и свободу слова. Десять раз они отбивали и обращали в бегство казаков. В конце концов казаки отступили, обычный митинг состоялся. И уже после собрания, когда на месте сходки остались дети да кучка любопытных, брошенный мальчишкой камень попал в казака, и этого было достаточно, чтобы воспламенить воинственный пыл донских башибузуков. Казаки врезались в кучу женщин и детей; началось избиение, и вот среди этой свалки, без всякого предупреждения, раздался  
внезапно залп, рассеявший толпу. Убитых оказалось, вопреки сообщению правительства, не 4, а 6, а раненых больше двух десятков.
Еще ужаснее были действия войск в Тихорецкой.   Здесь в малонаселенном поселке, среди пустынной степи, вдали  от нескромных   взоров   любопытствовавших   горожан,   зверства царских опричников достигли высших размеров.   17 ноября не успели рабочие собраться, как на них была пущена дикая рать ка-заков. Рабочие, по примеру ростовских товарищей, сели, а по¬том даже легли на землю   в   надежде,   что  казацкая нагайка не коснется лежачего. Напрасная надежда! Казаки врезались в пруду    человеческих    тел,   рассекая    ее    шашками   и   нагайками. Рабочие   поднялись   на   ноги, с беспримерным   мужеством   отбивались от казаков и обратили   их   в   бегство. Тогда в толпу посыпались ружейные  выстрелы.  Подавленные силой,  рабочие разбегаются по домам, но казаки, опьяненные   жаждой   крови, преследуют их, как загнанных зверей и колотят, никого и ничего не разбирая...
Рабочий Обоенко, не бывший даже на сходке, идет домой с ведрами воды на плечах; казак, выстрелив в упор, убивает его наповал; другой, преследуя рабочего, врывается в его домишко; жена рабочего пытается остановить бандита, но тот   выхватывает шашку и одним взмахом распарывает ей живот...    Не   доволь-ствуясь дикой расправой,  атаман отдает приказ выселить всех рабочих  из железнодорожных   казарм.  Начинается   настоящий погром.  Убогие  пожитки пролетариев   летят   на   улицу. Грудных   младенцев    швыряют   через  окно.  Кубанцы  ломают   сундуки   и грабят   имущество   бедняков. На   месте   сражения валяются    отрубленные    части    человеческого    тела,   несколько трупов и масса тяжело раненых. Так действовало «славное русское воинство»,  так  расправлялось  со  стачечниками   «народолюбивое» правительство! Так правда глаголет устами: департамента полиции.
Тяжела  и  самоотверженна борьба рабочих; многими жертвами и поражениями сопровождается она; но каждый день приближает нас к победе, все больше появляется фактов, свидетельствующих о силе революционной энергии, скрывающейся в недрах их массы.   Кто   мог   предвидеть,   что в 1900 г. харьковские рабочие впервые подымут красное   знамя   политической демонстрации? Кто за неделю до стачки мог предсказать, что рабочие почти всех   ростовских   фабрик   обнаружат   чисто   европейскую дисциплину, с сочувствием будут слушать политические речи и на   вопрос,   поставленный   собранию,   «нужна   ли  политическая свобода», — единодушно ответят: «Да, нужна».
Вихрь событий, пронесшийся в течение нескольких дней по Юго-Востоку России, показал пробуждение рабочего класса, силу развившейся в нем классовой солидарности и политического сознания. Достаточно было возникнуть стачке в ростовских железнодорожных мастерских, чтобы забастовали рабочие еще нескольких крупных фабрик; стоило проникнуть прокламациям в Тихорецкую и Новороссийск, как там все рабочие бросили работу. Движение сразу приняло яркополитический характер; тысячи рабочих, до того слабо затронутые пропагандой, воочию убеждались в истинном значении самодержавного строя и до боли осязательно почувствовали насущную потребность политической свободы. Такой характер ростовской стачки, охватившей насколько тысяч рабочих, не должен пройти бесследно. Теперь, в минуту крайней реакции, общественной растерянности и пред-смертных судорог самодержавия, в то время, как университетская молодежь колеблется и готова примириться с объедками жалкой «автономии», а либералы, польщенные учреждением комитетов о нуждах сельского хозяйства, изобретают подпорки для гнилого здания самодержавия и униженно выслушивают издевательства лейб-жандарма Плеве, — один только пролетариат высоко держит знамя борьбы и среди всеобщего мрака не угашает светоча свободы. Эта позорная трусость командующих классов в настоящую минуту особенно рельефно оттеняет революционную и социально-прогрессивную роль пролетариата.
Политическая тенденция ростовских событий дает лишний повод подчеркнуть первенствующее значение пролетариата в освободительном движении и потому должна повсюду вызывать сочувствие и поддержку, чтобы этим подкрепить их значение и показать солидарность всего рабочего класса России.
Зверская расправа со стачечниками, трупы убитых борцов и страдания сотен раненых взывают к протесту и открытому негодованию. Стыдно сказать — насилия против рабочих проходили до сих пор для правительства безнаказанно. Мученическая смерть Марии Ветровой, избиение московских студентов двор-никами, побоище на Казанской площади в Петербурге приводили к протесту и даже демонстрациям в то время, как смертоносные выстрелы в рабочих «молодцов-фанагорийцев», кубанских и донских зулусов замирали с последним вздохом жертв... Пора положить конец столь постыдному равнодушию. Пора дать почувствовать правительству, что каждый выстрел в рабочих, каждая пущенная в ход нагайка всколыхнет революционную волну, которая с увеличенной силой прокатится по всей Руси, как грозное напоминание о смерти дряхлому самодержавию, как заря грядущей молодой России.
Ростовская стачка, как честное дело ростовских рабочих, закончена; требования рабочих, по всей вероятности, будут удовлетворены, а политическое значение происшедших волнений не замедлит сказаться в будущем. Но этого, конечно, мало.
Для великого дела политического освобождения страны ростовская стачка только тогда сыграет свою роль, когда она встретит сочувствие среди всех протестующих элементов и когда в той или иной форме ее поддержат революционные организации русского пролетариата. Пусть же пожар, вспыхнувший на Дону, разгорится грозным пламенем, пусть в ответ на ружейные залпы могучим эхом прогремят демонстрации, пусть стоны жертв покроет гром протеста, пусть повсюду так же единодушно, как в Ростове, вынесут смертный приговор самодержавию, гнетущему страну.
Долой самодержавие! Да здравствует грядущая революция!


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.668.


Текст листовки:
КО ВСЕМ РАБОТНИКАМ И РАБОТНИЦАМ г. ХАРЬКОВА
По поводу бойни над ростовскими рабочими
	(см. харьковские газеты от 20 ноября с. Г.)
«Вы жертвою пали в борьбе роковой, Любви беззаветной к народу»…
Товарищи! 20 ноября наше правительство известило всю Россию о своей новой победе: «Радуйтесь, россияне! Мы милостью божией убили еще шестерых, тяжело ранили семь человек и легко 29. Это не турки и не разбойники — не бойтесь! Это просто голодные рабочие… Они осмелились просить хлеба, а мы наполнили их брюхо штыками и пулями. Их брюхо не переварило на-шего угощения, и они перестали хотеть хлеба навсегда… Как видите, недаром мы с народа берем сотни миллионов на воо¬ружение армии; ведь не для себя, а для безоружного голод¬ного народа мы покупаем ружья новейшей системы. Кричи¬те же в честь русского правительства «ура!» и радуйтесь
его победе!!
Но… вместо радости, вместо криков «ура» наше гневное проклятие гремит по всей стране по адресу «обагряющих руки в крови», по адресу защитников самодержавия и капита¬лизма, и негодование степным пожаром охватывает сердца всех, кто в правду верует… А на чело своих честных и смелых борцов, сложивших свои головы за нас всех, мы все кладем лавровый венец… Они не умерли… Они будут жить всегда в наших сердцах… Они пали на площади среди своих това¬рищей!
Ростовские рабочие по нескольку тысяч собирались на улицах Ростова, объединенные одним интересом, одним чув¬ством, одной мыслью. Рабочие вели себя спокойно и сдер¬жанно, поражая даже жандармов своей дисциплиной… Со¬знавая, что их заработок падает в зависимости от всей системы, они в своих речах говорили о необходимости политической свободы — первой ступени к освобождению труда от власти капитала. Речи говорили и студенты. Горячее, свободное сло¬во гремело под навесом штыков и плетей… И пули заговорили тоже… Не глумились рабочие над войсками, и напрасно пра¬вительство глумится над рабочими, сваливая на убитых вину за их убийство. Под градом пуль рабочие не разбежались трусливо, а защищались против пуль камнями, защищались, как герои.
Кому же нужна была смерть наших товарищей, арест 120 человек? Самодержавию и капитализму! Во славу и бла¬годенствие этих двух идолов вот уже многие годы приносятся великие жертвы. У нас отнимается имущество, у нас умень¬шают заработок, у нас отнимают честь, свободу, здоровье и жизнь! Вспомните только, кто содержит солдат, шпионов и царя? С кого сдирают шкуру? Откуда набрал Сипягин 60 000 неблагонадежных, которых он разослал без суда по Сибири, Вятке и Вологде? У кого убили братьев в Риге, Гуте-Банковой, под Ярославлем, в Петербурге, Мариуполе, Валках, Ростове за эти немногие годы мирного царствова-ния?! У нас, бедняков сиротливых, у нас!!!
А что же получила наша родина в обмен за эти великие жертвы? В деревне — голодную смерть от «недорода», в го-роде— голодную смерть от «заминки в производстве». Вот и все!
Зато жиреют капиталисты и министры. Самодержавие строит железные дороги и порты. Ежегодно переплачивает нашим капиталистам на рельсах, паровозах и вагонах 16 мил¬лионов из наших же денег! Гнилые предприятия растут, как грибы. В честь самодержавия кричат «ура» наши обиратели, а мы нищаем все больше…
Где же этому конец? Этому конец там, где конец политическому и экономическому гнету!
За последние два года не проходит дня, чтобы не разда-вался крик «Долой самодержавие!»
Напрасно правительство в своих сообщениях трусливо молчит об этом, молчит и в сообщении о Ростове и Тихорец-кой. В Саратове на суде, в Воронеже в комиссиях о нуждах сельского хозяйства, в Ростове на улицах — всюду про-износятся речи о гнете самодержавия и необходимости смести его как ненужную ветошь, мешающую жить и дышать сотне миллионов. Напрасно правительство ссылается в своем сооб¬щении на свои законы. Законы не пишутся кровью народа, законы не пишутся на спинах голодных людей. Законы, вред¬ные для блага родины, не законы, а цепи. Порядок, вечно вызывающий беспорядок, не порядок, а отживающая систе¬ма, которую нужно устранить во имя нового и лучшего по¬рядка, за который легли наши братья.
Наши убитые братья оставили нам великое наследство — СВОБОДУ и СОЦИАЛИЗМ, но это наследство за семью замками, за семью печатями, охраняют его царь и жандармы и капиталисты, но мы получим его!
Пусть же над могилами павших героев раздадутся наши крики с призывом к жизни:
Да здравствует политическая свобода! Да здравствует социализм! Долой самодержавие!
Харьковский комитет Российской социал-демократической рабочей партии
г. Харьков, ноябрь 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
№ 14. Товарищи! Опять убивают рабочих. Опять солдаты и казаки стреляют в наших братьев.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.669.


Название листовки (или первая строка):
Стачка типографских рабочих в Житомире. Ко всем киевским типографщикам

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
.Стачка  типографских  рабочих  в Житомире 
КО ВСЕМ КИЕВСКИМ ТИПОГРАФЩИКАМ      
Товарищи!   Нами   получено   важное   для   вас   известие:
в настоящее время в Житомире в полном разгаре всеобщая стачка ваших братьев по труду, типографских рабочих. Они долго терпели невыносимые условия типографского труда, одного из самых гибельных для здоровья человека; покорно и безропотно несли они свой тяжелый труд в душных и тем¬ных мастерских, где свинцовая пыль наполняет воздух, едкой ржавчиной садится на легкие, съедает глаза, убивает лучшие годы жизни и ежегодно сводит в могилу сотни молодых, пол-ных жизни людей…
Казалось, жизнь издевалась над ними: все свои силы, свое здоровье эти труженики отдавали хозяевам для того, чтобы те могли бездельничать и жить припеваючи, урезывая плату, выжимая лишний труд и заставляя к тому же рабочих сплошь да рядом печатать книги и журналы, в которых защищаются интересы богачей и правительства и нагло оплевываются за-ветные стремления рабочего люда к свободной и счастливой жизни. За этот убийственный труд вашим житомирским това-рищам давали ничтожную плату, которой едва хватало на их жизнь…
«Мы не хотим так жить!» — решили они.
«Мы не хотим штрафов, нищенской платы, непосильного труда и ругательств!» — заявили они хозяевам и вступили в открытую борьбу со своими угнетателями. Началась стачка.
Владельцы житомирских типографий не могли найти себе рабочих в Житомире, даже безработные отказались идти к ним из чувства товарищества к забастовщикам. Увидав, что им не сломить стойкости наших товарищей, капиталисты на днях приехали в Киев для того, чтобы здесь найти изменников рабочему делу и заменить ими своих забастовавших рабо¬чих. Как нам известно, владельцам житомирской типогра¬фии удалось уже нанять 12 типографских рабочих, любезно уступленных им киевскими предпринимателями.
Капиталисты давно уже поняли, что им выгодно помогать друг другу в борьбе с рабочими: они знают, что в одиночку каждому из них не устоять перед натиском решительных и смелых рабочих. И вот чуть только где-нибудь загорается борьба, отовсюду капиталист встречает протянутые к нему руки помощи своих собратьев — капиталистов и служащего им самодержавного правительства.
Для взаимной поддержки, для выработки одинакового об-раза действий капиталисты и помещики соединяются в синди-каты, союзы, съезжаются на съезды, пользуются для той же цели печатным словом. Все капиталисты, вся знать, чинов-ники и богачи прекрасно понимают, что в солидарности и единении их сила. Недаром сказал поэт (Гейне):
«Братья, взгляните в любую страну: Гады всюду семью составляют одну!»
Все эти «гады» вполне основательно боятся, что, победив одного из них, рабочие примутся за другого, третьего и, за-калившись в борьбе, доберутся наконец до стоглавой гидры — русского самодержавия, поддерживающего и защищающего весь современный строй, основанный на неравенстве, нищете одних и непомерной роскоши других. Поэтому они благора¬зумно держатся друг друга.
Что же касается рабочих, то среди них покамест еще не укрепилась мысль о необходимости дружного товарищества: это видно хотя бы из того, что теперь 12 типографщиков согла¬сились поехать в Житомир.
«Понимаете ли вы, что вы делаете? —спросим мы этих рев¬ностных добровольцев, спешащих на выручку к капиталу в его борьбе с трудом,— вы должны знать, против чего борются типографщики в Житомире; они не хотят прежней жизни: ни¬щенской платы, непосильного труда, штрафов и ругательств. И все это киевским рабочим предстоит восстановить сначала там, а затем укрепить у себя дома. Вы знаете теперь, чего добиваются житомирские товарищи и что самим предстоит искоренить. Вас посылают нарочно из опасения, чтобы воз¬можная победа житомирцев и пример их борьбы за свои права не вызвали того же в Киеве и в других местах. Что же, поезжайте .в Житомир, помогайте капиталистам, становитесь предателями для того, чтобы укрепить старые порядки, оста¬ваться бесправными, всегда получать ругательства и нищен¬скую плату!»
Житомирские капиталисты всполошились, киевские также, начальство в тревоге: до сих пор все было хорошо — жито¬мирские рабочие получали мало хлеба, но много ругательств и были довольны. Теперь же иное у них на уме, они думают отказаться от старых порядков. Если в Житомире рабочие победят, то, может быть, придется и у наб распроститься со старыми порядками, а там, пожалуй, и никто не захочет их. Надо принимать меры против этого, говорят хозяева, и чем скорее, тем лучше. Оттого-то и порешили во что бы то ни стало сломить упорство житомирских рабочих: дело это возлагает¬ся на вас, киевлян. Двенадцать из вас приняли на себя эту обязанность. Спешите же, добровольцы, навстречу победе, но знайте, что ждет вас: после выигранного сражения хозяева получат барыши и избавятся от грозящей опасности, а вы получите нищенскую плату, укрепленную вами навеки, кучу ругательств от хозяев и кличку предателей от рабочих на придачу.
Итак, поезжайте в Житомир, приветствуйте победу капи-талистов: «Да здравствует нищенская плата, да здравствует непосильный труд! Никаких перемен для рабочих! Счастли-вая жизнь только для богачей!»
Товарищи! В вашей разрозненности и неорганизованности, в отсутствии у вас товарищества — ваше несчастье, ваше бес¬силие.
Если в товарищеском единении нуждаются даже сильные мира сего — капиталисты, к услугам которых всегда готовы жандармерия и солдаты, полиция и бесчисленная армия все-возможных чиновников, то для угнетенных и обездоленных, замученных жизнью и нищетой рабочих, могущих рассчиты-вать лишь на себя, товарищеская солидарность и взаимная поддержка в борьбе с врагами тем более необходимы. Как для того, чтобы нанести врагу удар, нужно крепко сжать пя-терню — палец к пальцу, так и для борьбы с капиталистами нужно дружно — плечо к  плечу — стать солдатом великой свинцовой армии труда.
Подрывая стачками могущество и силу капитала, забастов¬щики тем самым вступают в борьбу за лучшее будущее всех трудящихся. Помните поэтому, что вы должны оказать им поддержку. Помните, что их права — это ваши права! И если капиталист предложит кому-нибудь из вас поехать в Жито¬мир, вы должны ему ответить: «Прочь, я не предатель! Я не изменю моим товарищам, я не изменю нашему святому об¬щему рабочему делу».
Поступая так, вы ускоряете победу ваших житомирских товарищей. Вы приблизите время крушения самодержавия, день победы организованного русского пролетариата над «га¬дами», сплоченными в одну семью!
Киевский комитет Российской   социал-демократической рабочей партии


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.670.


Название листовки (или первая строка):
Ростов-на-Дону. 17 ноября. Приводим дословно письмо из Ростова…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.671.


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 1. Новое преступление царского правительства.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи солдаты! Вас силою забрало правительство в солдаты.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.672.


Название листовки (или первая строка):
№ 15. Еще о ростовской и тихорецкой бойнях. К рабочим и работницам г.Иркутска


Название листовки (или первая строка):
ПК РСДРП. Мы рассчитываем, что уже всем здешним рабочим известно о том, как рабочие Владикавказской ж.д. в Ростове-на-Дону в начале ноября устроили стачку.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.673.


Название листовки (или первая строка):
В силу ужасных условий данного исторического момента развития государственного устройства России…


Название листовки (или первая строка):
№ 16. От Иркутского комитета Сибирского с.-д. союза. К рабочим и работницам


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.674.


Название листовки (или первая строка):
Несколько дней тому назад в газетах было напечатано "Правительственное сообщение" о стачках рабочих ж.-д. мастерских в Ростове-на-Дону и на станции Тихорецкая.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.675.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.676.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим и работницам. Жертвы эксплуатации.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем русским работницам и рабочим. Ростовские события (4-26 ноября 1902 г.).

Подпись под листовкой:
Организационный комитет (ОК) Российской с.-д. партии

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.677.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ   РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
КО  ВСЕМ  РУССКИМ  РАБОТНИКАМ   И   РАБОТНИЦАМ РОСТОВСКИЕ СОБЫТИЯ (4—26 ноября 1902 г.)   
В мастерских Владикавказской железной дороги работают около 4000 рабочих. Донской комитет Российской социал-де¬мократической рабочей партии вел среди них деятельную аги¬тацию, пользуясь всевозможными предлогами для выпуска разъяснительных листков. Особенно живую деятельность про¬явил он в 20 числах ноября, непрерывно выпуская ряд лист¬ков, призывающих рабочих к борьбе за улучшение своего положения. Возбуждение рабочих росло. Каждое новое на¬силие, молчаливо переносившееся прежде, вызывало теперь волнение и ропот. И скоро возмущение прорвалось.
2 ноября, без всякого предупреждения, вдруг было объяв-лено рабочим котельного цеха, что расценки за сделанную уже работу понижены. Рабочие, ожидавшие получки по преж¬ним расценкам, встретили эту весть ропотом и криками и сей¬час же бросили работу (23 из 25 человек). Мгновенно при¬бежал начальник мастерских Дзевонский и успокоил волную¬щихся рабочих, надбавив расценки обочтенным. Но было поздно. Решительное и дружное поведение маленькой кучки котельщиков расшевелило остальных рабочих, и выпущенная 3 ноября прокламация комитета, призывающая рабочих объя¬вить стачку, встретила полное сочувствие. Правда, 4-го на работу пришли все в полном составе. Однако рабочие были смущены. Призыв звал их на борьбу, нужда толкала рабо¬тать. Волнение и толки не прекращались. Но работа шла своим чередом до 10 часов. Рабочие как будто ждали толч¬ка, нового призыва. И призыв раздался.
В 10 часов несколько человек ворвались в ворота и с кри-ком «Долой работу! Стачка!» промчались по мастерской. Это¬го было достаточно. Один цех за другим с криком бросали ра¬боту, выбегая во двор, куда призывал их тревожный гудок. Когда все мастерские высыпали во двор, ораторы один за другим стали произносить речи, тут же на месте вырабатывая требования и условия переговоров.
Вот главнейшие требования: 9-часовой рабочий день, пре-кращение работы по субботам и накануне праздников з 2 ча-са, повышение заработной платы на 20 процентов, повыше-ние расценок так, чтобы они составляли не менее 50 процентов жалования, полная отмена штрафов за неявку на работу, уда¬ление мастеров Вицкевича и Чернявского, вежливое обраще¬ние мастеров, устройство школы для детей рабочих, выве¬шивание табеля расценок во всех цехах и др.
Немедленно были вызваны жандармы, но рабочие свист-ками и криками прогнали их. Тогда в переговоры вступил Дзевонский и объявил, что сам не может удовлетворить тре-бований рабочих, но немедленно сообщит министру путей сообщения.
Весть об объявлении стачки мгновенно разнеслась по го-роду, и работа была брошена еще на нескольких заводах (к стачке примкнули рабочие плугостроительного завода «Ак-сай», цементного завода, петельной фабрики и др.).
5-го и 6-го были созваны сходки для обсуждения ответа министра, отказавшегося удовлетворить требования рабочих. Собралось от 6 до 8 тысяч человек.
Перед этой громадной возбужденной толпой тут же, во дворе мастерских, произносились речи, где выяснялось поло-жение рабочих, говорилось о необходимости политической борьбы. Из рук в руки передавались листки комитета, выхо-дившие почти каждый день. Открыто и смело произносимые речи, массами выходящие прокламации, многотысячные сход¬ки — все эти необыкновенные события поддерживали бод¬рость забастовщиков и волновали работающих. На сходку шли даже семьи рабочих, так что огромный двор мастерских уже не вмещал всех желающих услышать свободное слово. 7-го сходка перешла в город (в Темерникскую балку), так как собралось больше 9 тысяч человек. Стачка выходила за пре¬делы мастерских. Тревожные вести о сходках взбудоражили весь город. Полиция с несколькими сотнями казаков не смела тронуть многотысячной толпы, не смела арестовать ни одного из говоривших и бессильно шныряла кругом. 8-го снова со-бралась сходка. Снова явился атаман с полицией и казаками. Казакам был дан приказ броситься на рабочих, но рабочие сели на землю; казакам пришлось отступить. В присутствии этих необычайных слушателей: полиции, казаков, атамана, окру¬женного солдатами и шпионами, произносились самые смелые, самые возбужденные речи, раздавался призыв к политической борьбе. Молчаливо терпеть этого атаман не мог: он обещал «простить» рабочих, если они выдадут своих ораторов и за¬чинщиков, и разрешил созвать новую сходку для обсуждения
этого предложения. Начальство, видимо, теряло голову: оно то посылало казаков разгонять сходки, то само разрешало их, то пыталось успокоить рабочих, расклеивая по городу, подбрасывая рабочим «Душевные слова» Богдановича, то пускало среди них провокаторские воззвания, призываю¬щие к грабежу и насилию. Но рабочие пользовались разре¬шенной, как и неразрешенной сходками, плевали на «Душев¬ное слово» и рвали на клочки провокаторские листки, как рвали, не читая, все, на чем не было печати комитета. 9-го состоялась сходка. Руководители и ораторы объявили, что, согласно предложению атамана, они сейчас же отдадутся в руки полиции и жандармов, если только рабочие хотят этого. Толпа ответила негодующим криком, и предложение было от¬вергнуто. На следующий день было воскресение. Поэтому на сходку явились рабочие из всего города с женами и детьми, ремесленники, мужчины и женщины, всего около 30 000 че¬ловек. В продолжение нескольких часов перед этой толпой произносились речи: о фабричной инспекции и фабричном законодательстве, о положении рабочих и крестьян, о кресть¬янских волнениях, о том, что значит клич: «Долой самодержа¬вие!» и. др. Каждая речь заканчивалась вопросом: справед¬ливо ли это? И потрясенные рабочие единодушным криком отвечали: нет.
11-го на сходку пришло 15000 рабочих. Сходка шла обыч¬ным порядком, но когда толпа стала расходиться, вдруг вы¬скочили казаки, марш-маршем поскакали на оставшуюся куч¬ку и осыпали рабочих градом пуль. Поднялось смятение. Рабо¬чие хватали камни с земли, бросались врукопашную, женщи¬ны бросались на казаков, пытаясь столкнуть лошадей в овраг. Страсти разгорались. Пронзительные женские крики и крики раненых, выстрелы, общее смятение, ужас безоружной толпы перед шайкой пьяных, полудиких и остервеневших казаков доводили нервное напряжение до крайних пределов. Нервы не выдержали: под впечатлением только что пережитых ужа->сов один из наиболее горячих (Брагин, 19-летний юноша) бро¬сился с рыданиями и проклятиями в жандармское управление, вбежал в кабинет полковника с криком «Палачи! Убийцы! Как вы смели стрелять!» и был немедленно арестован. Безо¬ружная и уже разрозненная толпа должна была уступить. Но уступка эта обошлась недешево казакам: в свалке несколь¬ко казаков были тяжело ранены; со стороны рабочих убито 8, ранено 23. В толпе арестовано несколько человек. Но ни бойня, ни аресты не запугали рабочих; на следующий день  на сходке было 18000 человек. Сходка открылась страшной картиной: рабочие ввели женщину, израненную казацкими пиками, и принесли труп убитого товарища. В молчаливом ужасе товарищи сняли шапки, и в наступившей гробовой тишине над трупом была произнесена речь. Здесь-то были ра-зорваны в клочки книжки генерала Богдановича «К рабочим». Аресты продолжались. Тем не менее каждый день в обычном месте, в Темерникской балке, снова собирались тысячные сходки.
13-го вспыхнула забастовка на станции Тихорецкой, куда Донской комитет отправил воззвание, звавшее товарищей к борьбе. Такие же воззвания были отправлены в Новороссийск, и 18-го он присоединился к стачке; 17-го в Тихорецке произо¬шла бойня. Масса убитых и раненых. Но забастовка не пре¬кращалась. Рабочие, руководимые комитетом, держались бод¬ро. Тогда был отдан приказ произвести опрос рабочих: поли¬ция и жандармы бросились в рабочие кварталы, опрашивая рабочих поодиночке, пойдут ли они на работу. Но большин¬ство ответило: «Пойду, когда все пойдут». Решили снова прибегнуть к казакам. 19-го вечером казаки промчались по рабочему поселку со свистом и криками: «Сдавайтесь, а то плохо будет!» А ночью был произведен погром. Рабочие кварталы оцепили казаками. Казаки и полиция ворвались в рабочие каморки, били нагайками и шашками мужчин и женщин, под предлогом обыска взламывали сундуки и шкафы и грабили имущество рабочих. Арестовано было около 300 че¬ловек. Но и эта страшная ночь поколебала лишь немногих малодушных; на рассвете, почти еще ночью, в мастерские тай¬ком прокралось около 100 человек. Но товарищи прогнали: их, грозя разнести мастерские.
21-го утром поселок принял необычный вид: по всей доро¬ге, от рабочего квартала до входа в мастерские, были расстав¬лены в 2 ряда солдаты и казаки с обнаженными шашками. Рабочих, несмотря на праздник, прогоняли через этот ряд и, доведя до ворот мастерских, опрашивали: «Идешь на рабо¬ту?» После отрицательного ответа их массами высылали в глухие станицы. Аресты, побои, насилия и высылки терроризи¬ровали рабочих. Многие начали колебаться. 23-го на работу явилось 1000 человек. Смущенные и пристыженные, чувствуя свою вину перед товарищами, явились они в мастерские. Но вслед за ними ворвалась толпа рабочих с криками и свист¬ками с целью помешать работе. Этим моментом замешатель¬ства воспользовался начальник мастерских. Он объявил, что очень рад видеть рабочих, явившихся к нему уже не в качест¬ве бунтовщиков, но в качестве рабочих вверенной ему мастер¬ской, и тут же дал обещание в недельный срок удовлетворить 26 требований (всех было 28; требования о 9-часовом рабо¬чем дне и об отмене штрафов [принять] отказался).—«Если же,— сказал он,— требования эти по независящим от меня причинам удовлетворены не будут, то отдаю себя в ваши руки, господа. Судите меня как знаете». Враг шел на уступки, 25-го комитет выпустил листок, в котором советовал принять эту уступку, и в тот же день работы начались: работало 2 1/2 ты-сячи человек. 26-го работы возобновились вполне.
Стачка кончилась. Какие же непосредственные результаты принесла она нашим товарищам, мы пока не знаем. Быть может, правительство не решится предложить правлению до¬роги идти на уступки сейчас же после такого решительного отказа министра, чтобы не показать, что уступка вызвана стачкой. Быть может, боязнь новой стачки заставит удовле¬творить эти требования постепенно. Но пусть даже этого не будет. Допустим, что требования ни сейчас, ни после удов¬летворены не будут. Что же, считать нам эту стачку бесплод¬ной, думать ли, что рабочие даром отдали то, что дороже все¬го для человека — свою жизнь? Или стачка дала нам какие-либо приобретения, которые стоят этой дорогой цены? Нам вспоминается при этом другая драма, такая же страшная, как ростовская, по своим жертвам, драма, 50 лет тому назад про¬исходившая в действительности и описанная писателем Гауп-тманом. В его драме перед нами развертывается мрачная картина голодовки и стачки ткачей, потом картина бойни. В поселке ткачей слышится тревожный грохот барабана. Идут солдаты. Раздается залп. Рабочие отвечают градом камней и с топорами бросаются на солдат. Но один старый ткач упорно остается на месте и продолжает работать. «Здесь — говорит он,— указано мне место господом богом и здесь я за работой останусь. Я рабочий и буду терпеть до конца». Он удерживает сына, когда тот рвется на улицу и сурово приказывает ему положить топор. Но крик толпы за окном долетает до моло¬дого ткача и зовет его на улицу; он срывается с места, хва¬тает топор и исчезает, бросаясь туда, где стреляют. Мы остав¬ляем книгу, потрясенные жестокостью человеческой борьбы. Но образ молодого ткача, боровшегося с привычкой молча¬ливо терпеть и бросившегося потом в ряды защищающихся братьев, встает перед нами, вырастает для нас, заслоняя дру-гих, и примиряет с жертвами. Борьба создала его, борьба пробудила в нем сознание, что он человек, а не только рабо-чий. И потому пусть будет борьба! Пусть рабочий не останав¬ливается в смущении, если борьба сейчас же, завтра же не принесла ему улучшения его доли. Пусть он помнит всегда, что каждый новый шаг в борьбе создает ему новых товари¬щей, что только из таких отдельных актов, удачных или не¬удачных—'все равно, слагается великая борьба целого клас¬са, которая ведет его к победе. Если стачка ткачей полсто¬летия тому назад дала такой результат, то во сколько же раз
всколыхнулось сознание рабочих теперь, когда каждый шаг их борьбы разъяснялся в листках и речах? Во сколько же раз больше те знания, которые стачка принесла рабочему? Грубо и резко, огромной дозой она дала ему то сознание, которое понемногу воспитывалось в повседневной борьбе. Бесправие личности, отдельные акты насилия, аресты и высылки в мир¬ное время — вот мелкие звенья той цепи, которая звенит при каждой попытке рабочего шагнуть свободнее. Здесь на войне он сильнее рванулся вперед, и цепь развернулась во всю дли¬ну. Здесь ярко предстало перед рабочим, что не может он бороться, пока не волен собираться, когда хочет, пока не бу¬дет иметь газеты с вольного станка. Никогда еще русский рабочий не становился так близко к руководителям, как на этих многотысячных сходках, где в продолжение трех недель звучало свободное слово, где вслух высказывались заветные желания, где определялся каждый шаг борьбы!
На месте, на практике борьбы чувствовал он важность и ценности своевременного совета, своевременно виходящего листка. Никогда, быть может, русская жизнь не рисовала ему так ярко, что ему нужно и чего у него нет. На мгновение он завоевал свободу, и это мгновенное обладание, как волшеб-ный фейерверк осветило ему сразу всю ценность такой сво-боды. В этом особенность ростовской стачки. Свобода, завое¬ванная так быстро, так же быстро исчезла, но ее исчезновение лишний раз дало почувствовать рабочему, кому ненавист¬на свобода: он видел, что против него были министр, атаман, полиция, жандармы, казаки — все, кем держится русский престол. На них натолкнулся он в своем порыве. Они поме¬шали свободно бросать работу, они уничтожили вольную ти¬пографию, разогнали выстрелами свободную сходку. И этого сознания не отнимут ни ссылки, ни аресты. Словом и делом закреплено оно. Но еще одно знание укрепила стачка. Ни¬когда еще не видали мы такой стройной, организованной борьбы. За 10 лет движения мы научились ценить единение. Но здесь мы видели дисциплину, видели, что сила движения не только в том, что борется м а с с а, но и в том, как она бо¬рется. Здесь видели мы, что не случай руководил стачкой. Рабочие шли за своим комитетом; его листки, его советы на¬правляли борьбу. Тысячи рабочих, как стройная армия рево¬люционеров, доверчиво подчинялась своим вождям. Только при таком доверии возможно руководство, осуществимо един¬ство действий. Эта мысль закрепится в сознании ростовских рабочих, сама жизнь показала им ценность организованности. Но крупные общественные события запечатлеваются своими разными сторонами не только в душе тех, кто сам участвовал в них. Мы, рабочие всей России, в мыслях переживали то, что испытали наши товарищи на деле. Их дружная борьба станет
уроком для нас. Своей борьбой они доказали, что рабочий сознательно пошел в ряды революционеров и сумел подчинить непосредственные чувства интересам борьбы. Он показал нам свою зрелость, отличая и защищая своих руководителей и друзей. Он показал, что понимает борьбу как борьбу целого рабочего класса. Частные требования железнодорожных рабо¬чих поддержали тысячи других рабочих. Сходки по поводу стачек он превратил в политические манифестации против рус¬ского правительства, тысячами собираясь слушать политиче¬ские речи ораторов, поддерживая их дружным одобрением, требуя речей на политические темы. Вот те приобретения в деле революционного воспитания рабочих, которые дала нам стачка. А жертвы, спросите вы? Судите сами, остановиться ли нам перед жертвами? Не хуже ли приносить их ежеднев-но, час за часом, убивая себя в непосильной работе? Не хуже ли приносить повседневно в жертву не только тело, но и душу, склоняя робко голову перед насилием и унижением? Нет, товарищи, жертвы будут, где будет борьба. Но пусть все-таки будет она. А жертвы почтите вы тем, что пойдете их путем, понесете вперед знамя, выпавшее из их рук.
Не нужно ни песен, ни слез мертвецам Воздайте им лучший почет: Шагайте без страха по мертвым телам. Несите их знамя вперед!
Организационный комитет Российской социал-демократической рабочей партии


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.678.


Название листовки (или первая строка):
К двинским христианским работникам и работницам

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.679.


Где листовка распространялась:
на Русско-Бельгийском печном з-де в пос. Амур - Нижнеднепровск


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.680.

Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
К РАБОЧИМ ЮЖНОРУССКОГО ЗАВОДА
Товарищи! Вы, вероятно, не раз задумывались над тем, почему это ваша тяжелая жизнь, проходящая в вечном тру-де, в заботах о куске хлеба, нисколько не улучшается, тогда как довольство и роскошь других людей все увеличивается: кругом вас с каждым часом вырастают сказочные богатства; как грибы растут роскошные дома, в которых вы никогда не будете жить; открываются богатые магазины, где вы никогда не будете покупать. Для капиталистов, знати  и чиновников жизнь — сплошной  праздник:  званые обеды,   ужины,   балы, театры следуют один за другим; из газет вы знаете, что пер¬вый  и богатейший фабрикант   на   Руси — русский   царь не отстает от прочих народных угнетателей, утопающих в празд¬ности и наслаждениях; он и царица с чисто азиатской рос¬кошью устраивают в Зимнем дворце один за другим приемы и балы, поглощающие  миллионы трудовых народных денег. Посмотрев же вокруг себя на свою темную, беспросветную жизнь, вы видите, что на вашу долю достаются лишь тяже¬лые лишения, что вы, создающие своим трудом все окружаю¬щие вас  богатства  и наполняющие царскую казну, лишены радостей жизни, не имеете подчас даже куска хлеба и при¬нуждены жить в грязных, сырых подвалах… Каждым случаем капиталисты  пользуются для того, чтобы уменьшить ваш и без того небольшой заработок и  увеличить львиную долю, получаемую ими в производстве.
Посмотрите, например, что делается в литейном цехе. За колонну в 12 пудов литейщики получали прежде попудно — 30 коп. и зарабатывали таким образом—3 руб. 60 коп., теперь же им дают только 2 руб. За комплекс бус раньше пла¬тили 40 коп., теперь же 25 коп. В токарном и слесарном цехах тоже понижение расценок, тоже вырывание ваших грошей… Подлые слуги капиталиста, разные дейчманы, неедли и пилиповские, стремясь угодить своему хозяину, всячески уве¬личивают время вашего труда. Посмотрите на ваших товари¬щей шипельников,— они изнурены от работы, они еле дер¬жатся на ногах, они бледны, как мертвецы…
Заботясь лишь о своих барышах, капиталисты не жалеют вас. Им нет дела до того, что, надрываясь над непосильной работой, вы теряете свое здоровье, даже самую жизнь… Да! Вы не только лишены довольства и радостей жизни, ваш труд уменьшает вашу жизнь, убивает ваши лучшие годы: в то время как «средняя жизнь чиновников, капиталистов, духов¬ных, оптовых торговцев составляет 60—69 лет, сапожники жи¬вут в среднем 49 лет, книгопечатники — 48,3, портные — 46,6, столяры — 44,7, кузнецы — 41,8 токари — 41,6, каменотесы — 33 года» (Исаев, «Начала политической экономии», стр. 207) .
Итак, только каменотесы, жизнь которых наполовину ко¬роче жизни капиталистов и чиновников, находятся в худшем положении, чем вы, рабочие, занятые в металлургическом производстве!
Почему же все это происходит? На чем основана эта страшная, вопиющая несправедливость? Причина этого та, что богачи объединены, организованы, имеют всегда в своем распоряжении газеты и книги, чтобы сговариваться, имеют всегда к своим услугам жандармов, войско, полицию и шпио¬нов, для того чтобы держать народ в темноте и подавлять тре¬бования рабочих.
Причина творящихся несправедливостей та, что весь со-временный порядок защищается и поддерживается самодер-жавным правительством.
Бороться в одиночку с таким страшным и сильным врагом немыслимо, но все вместе рабочие представляют из себя мощ¬ную силу, перед которой трепещут угнетатели. Для того, что¬бы победить врага, рабочие должны соединиться в грозную рабочую партию и примкнуть к социал-демократическим ко¬митетам; эта партия свергнет самодержавие, завоюет для ра¬бочих свободу, предоставит им возможность дружно и смело бороться за лучшую жизнь, за уничтожение теперешних по¬рядков, когда
«кажется сказкой из мира волшебного, если кто  получает  то, что заслуживает, или  заслуживает то,  что получает»
Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии
Киев, 29 ноября 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Листок № 3. 5-го мая с.г. Была демонстрация в Саратове по поводу казни Степана Балмашева


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Правительство - этот ярый враг народа - не дремлет!

Где листовка распространялась:
в столярном цехе Главных мастерских Закавказских ж.д. и в депо "Тифлис"


Название листовки (или первая строка):
Киевский с.-д. листок. № 1. Новые подвиги преступного правительства.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.681.


Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Российская социал-демократическая рабочая партия. 
К СТАЧЕЧНИКАМ.
Товарищи! Мы собрались здесь, у мастерских, не как при-давленные и загнанные рабы хозяев, а как боевая дружина пере-довых рабочих. Мы выставили свои требования... Мы потребовали, чтобы рабочий день был уменьшен до десяти часов, чтобы с нами вежливо обращались, мы потребовали, чтобы нам больше платили; теперь мы, кроме того, требуем, чтобы доктор Попов-был удален и на его место пригласили женщину-врача, чтобы рабочих, проболевших более двух месяцев, не увольняли и чтобы браковки литья за раковины оплачивались; мы просто и открыто заявляем, что не хотим работать в мастерских на прежних условиях. Мы держали себя спокойно, ни одного камня не тронули, ни одной щепки не сломали у заборов; мы не совершили никакого преступления, не украли, не ограбили, не убили... Зачем же на наше собрание явилась полиция? Почему у проходной стояла кучка жандармов? Что им было нужно? Кого пришли они защищать? Нас ли, угнетенных и порабощенных, или их - наших угнетателей, поработителей? Зачем шныряют шпионы среди нас, а не среди наших врагов-капиталистов?
Дело ясно — жандармы и шпионы вышли против нас, они наши враги. Они вышли против нас по приказу тех, которые прячутся за их спиной, т. е. полицмейстеров, губернаторов и министров. За ними стоит наш враг — самодержавие. Вместо одного, врага — капиталистов, перед нами теперь два врага — капиталист и самодержавие, мы начали борьбу против одного врага и не трогали самодержавия. По оно само нагло вмешивается в нашу борьбу. Что же? Мы сумеем ответить и ему, когда будет необходимо.
 

 


 
Наши требования пока не удовлетворены. Будем же про-должать стачку, пока не добьемся своего. Но будем помнить, что самодержавие — наш враг, будем помнить, что и против са-модержавия мы также поведем борьбу. Так будем же готовы, товарищи, к этой жестокой борьбе!
Да здравствует наша стачка! Долой самодержавие! Долой буржуев с их рублями! И пусть погибнет пошлый мир! Иную жизнь создадим мы сами! Иной мы создадим кумир! Да здрав-ствует свобода!


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.682.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.683.


Название листовки (или первая строка):
К польскому рабочему классу Королевства Польского и Литвы


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим мельниц г.Екатеринослава


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.684.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи рабочие! Второй год нового века, с началом которого многие из нас соединяли надежду на новое счастье…


Название листовки (или первая строка):
Речь рабочего Михайлова 30-31 октября 1902 г. В Нижнем Новгороде

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.685.


Название листовки (или первая строка):
Речь обвиняемых ха участие в демонстрациях 1 и 5 мая, произнесенные перед судом Московской судебной палаты 28-31 октября 1902 года.


Название листовки (или первая строка):
О демонстрациях. Перепечатано из Нижегородской рабочей газеты. Ноябрь, 1. РСДРП.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.686.


Название листовки (или первая строка):
Уральский летучий листок № 3. К рабочим Мотовилихи

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.687.


Где листовка распространялась:
в Петербурге среди рабочих Обуховского з-да


Название листовки (или первая строка):
К рабочим Полтавских мастерских и депо Харьково-Николаевской ж.д.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.688.


Название листовки (или первая строка):
Воззвание к бедному угнетенному люду и вечным труженикам-рабочим.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.689.


Название листовки (или первая строка):
Речь сормовского рабочего Заломова, произнесенная перед судом Московской судебной палаты 28 октября 1902 года.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.690.

Текст листовки:
РЕЧЬ СОРМОВСКОГО РАБОЧЕГО ЗАЛОМОВА,
ПРОИЗНЕСЕННАЯ  ПЕРЕД  СУДОМ   МОСКОВСКОЙ  СУДЕБНОЙ
ПАЛАТЫ 28 ОКТЯБРЯ  1902 ГОДА
Я сознательно примкнул к демонстрантам, но  виновным себя не признаю, потому что считал себя вправе участвовать в демонстрации, посредством которой был  выражен протест против тех законов, которые, защищая интересы привилеги-рованного класса  богачей,   не   дают   рабочим   возможности улучшать условия своей жизни. А условия эти настолько не¬нормальны, что рабочие принуждены во что бы то ни стало бороться с препятствиями, стоящими на их пути, хотя бы эта борьба   была сопряжена с потерей  свободы и даже жизни. Я с раннего детства чувствовал тяжесть, взваленную на тру¬дящийся   класс.   Благодаря  преждевременной   смерти  отца, потратившего все свои силы на непосильную работу, нашему семейству пришлось вести полуголодное существование. Впо¬следствии я сам стал  рабочим, сам стал затрачивать   свои силы  и здоровье, содействуя этим   накоплению богатства   в руках немногих людей. Я видел, что и членам моего семей¬ства, если б я пожелал иметь таковое, грозит та же участь, что и мне. Отсутствие всякого света и понимания действитель¬ности, вынуждающее рабочих на вечное рабство, невозмож¬ность рабочим  не только жить, но и  мечтать о культурной жизни, весь этот заколдованный круг, из которого я не видел выхода, приводил меня  в отчаяние. Бессмысленность подоб¬ной жизни заставляла меня страстно мечтать о самоубийстве, как о единственно возможном выходе из невозможного поло-жения. Но знакомство с историей других народов, трудящиеся классы которых благодаря   неустанной борьбе выбились из положения, одинакового с нашим, привело меня к мысли, что такая борьба возможна и у нас. Возможность хотя бы в от¬даленном будущем поднять экономический и нравственный уро¬вень трудящейся темной массы дала мне богатый запас жизнен¬ных сил. Я видел, что тяжела будет борьба для рабочих, труд¬но бороться с беспросветным мраком невежества, в котором насильственно держат рабочих и крестьян, что много-много жертв будет с нашей стороны, но какой человек, у кого, в гру¬ди не вложен камень вместо сердца, которого не удовлетворяет чисто физическая жизнь, за дело всего народа не отдаст свободы, жизни и личного счастья? Из личного опыта, выне-сенного за 10 лет жизни по заводам, я пришел к заключению, что рабочий единичными усилиями не в состоянии добиться нормальных   условий   жизни.   Эксплуатация   заставляет его довольствоваться   положением  вьючного  животного.  Многие думают, что благодаря сдельным работам рабочие имеют воз-можность  при старании заработать больше. Действительно, рабочий может усиленно работать, но это ведет лишь к пре-ждевременному истощению сил, потому  что невозможно до бесконечности усиливать напряженность труда, а удержать на известной высоте заработок возможно только при этом усло-вии, так как больший заработок, вызванный усиленным тру-дом, ведет к сбавке расценок, сбавлять же расценки никогда не устанут. Дело сводится   к   тому,   что  рабочие благодаря сдельной  плате  и   сбавкам   расценок лишаются  последнего отдыха, будучи принуждены работать по ночам и по празд-никам сверх обычной денной работы, не имея в то же время возможности при самом непосильном труде заработать сред-ства, необходимые хотя бы для сносной жизни. Точно так же не  может   рабочий   единичными  усилиями   поднять  уровень расценок  до высоты,  необходимой  для  удовлетворения   на-стоятельных потребностей. А потребности эти увеличиваются, так как просвещение, хотя и медленно, но все же проникает в народные массы. Рабочие всеми  силами стараются своим детям дать образование. Народные  библиотеки могут дока-зать,   насколько сильна   жажда   знаний   среди рабочих.   Во многих библиотеках, несмотря на то, что большинство полез-ных  книг запрещено,   число   подписчиков   превышает  число книг. Рабочих не удовлетворяют грязные засаленные тряпки, заменяющие им одежду. Насколько сильно у рабочих желание прилично одеться, видно из того, что многие отказывают себе даже в пище ради приличного платья. Разумеется, не ради своего удовольствия рабочие ютятся и в каморках, не удов-летворяющих    самым   примитивным   требованиям   гигиены. Понимают также рабочие, что питательная пища и более про-должительный отдых восстанавливают затраченные на тяже-лый труд силы.  Вообще-рабочие нуждаются  в   культурных условиях жизни, и не видеть этого могут только люди, нарочно закрывающие глаза. Несоответствие условий, в которых при-ходится жить рабочим, с запросами, предъявляемыми к жиз¬ни, заставляют их сильно страдать и искать выхода из ненор-мального   положения, в  котором   они находятся   благодаря несовершенству существующего порядка. На гуманность пред-принимателей  рассчитывать нельзя, так как они, признавая сами себя людьми, на рабочего смотрят не как на человека, а как на орудие, необходимое для личного обогащения, и чем
короче срок, в который можно выжать все соки из рабочего, тем для них выгоднее.
Для более успешной эксплуатации труда рабочих предпри-ниматели  соединяются   в   акционерные  общества.  Для  того чтобы удержать на желательной высоте цены на  продукты, производимые трудом рабочих, но принадлежащие предпри-нимателям, образуются союзы и синдикаты. Например, союзы сахарозаводчиков и нефтепромышленников. Для этой же цели предприниматели добиваются и  запретительных   пошлин  на ввозимые в Россию более доброкачественные и дешевые ино-странные товары. Отдельный рабочий, защищаясь от эксплу¬атации, не может оказать предпринимателям большего сопро-тивления, чем кусок свинца давлению гидравлического пресса. Отдельный рабочий не может не соглашаться на условия тру-да, предлагаемые предпринимателем, так как без работы он существовать не может. И даже объединенными силами при отсутствии благоприятных условий рабочие не  могут проти-востоять предпринимателю, которому от временной приоста¬новки производства не грозит голод, как рабочим.   Рабочие не могут добиться участия   в   прибылях, получаемых   от   их труда, не соединившись все вместе в один братский союз. Но и этого единственного выхода они   лишены, так как  закон, разрешая   предпринимателям   эксплуатировать  рабочих,   за-прещает последним защищаться от эксплуатации, преследуя союзы и стачки. Чтобы добиться более культурных условий жизни, рабочим  необходимо иметь право устраивать стачки против предпринимателей, иметь право организовать союзы, иметь право свободно печатать и говорить на сходках о своих нуждах, и, наконец, через своих выборных принимать участие в законодательстве, так как всякая победа рабочих над пред-принимателями может быть прочной лишь после ее узаконе¬ния.  В силу  всех вышеизложенных причин,  считая рабочих вправе   добиваться  за свой труд лучших условий жизни, я сознательно примкнул к демонстрантам.  Узнав о предпола-гаемой демонстрации, я решил принять в ней участие и сде¬лал знамена с надписями: «Да здравствует социал-демокра-тия!» — на одном, «Да   здравствует   восьмичасовой рабочий день!» — на другом и «Долой самодержавие! Да здравствует политическая свобода!» — на третьем. Три знамени,  с кото-рыми я пошел на демонстрацию, оказались очень кстати, так как у демонстрантов таковых не  имелось, и они  выражали свой  протест   лишь  криками   «Долой  самодержавие!»,  «Да здравствует политическая свобода!» и пением революционных песен. Я знал, что за участие в демонстрации грозит каторга. Наказание страшное, в моих глазах — хуже смерти, так как человеческая личность там совершенно уничтожается и бес-человечно унижается на  каждом шагу.  Но  надежда на то, что, жертвуя собой, принесешь хоть микроскопическую пользу своим братьям, дает полнейшее удовлетворение за все стра¬дания, которые пришлось и придется перенести. Личное нес-частие, как-капля в море, тонет в великом горе народном, за желание помочь которому можно отдать всю душу. Мелкими протестами рабочим  до сих пор не удалось добиться чего-нибудь существенного, начальство и общество сквозь пальцы смотрят на злоупотребление и на  явное нарушение законов со стороны предпринимателей. Следовательно, требуется что-нибудь из   ряда  вон  выходящее,  чтобы обратить   внимание общества на ненормальное положение рабочих и на игнори-рование их интересов правительством. Рабочие, создавая бо-татства и защищая своей грудью общество от внешних врагов, все свои силы отдают государству, но им не дано никаких прав, так что всякий, обладающий капиталом и покладистой совестью, может  обратить человек не  имеющего возмож¬ности жить без работы, в рабство.
Я видел, что существующий порядок выгоден лишь для меньшинства, для господствующего правящего  класса, что, пока самодержавие-не будет заменено политической свободой, дальнейшее культурное движение развития русского народа невозможно; что рабочие в борьбе с предпринимателями на каждом шагу наталкиваются на их союзников в лице само¬державных   порядков;   что   самодержавие   является врагом русского народа. И вот почему я написал на своем знамени «Долой самодержавие!» и «Да здравствует политическая сво¬бода!».
Харьковский комитет Российской социал-демократической рабочей партии Ноябрь 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Только что мы получили еще известие о том, что в ряды борцов за свободу и права рабочего человека с каждым днем все прибавляются новые и новые силы…

Подпись под листовкой:
Группа борьбы за политическое освобождение народа

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.691.


Название листовки (или первая строка):
Еще не успело остыть чувство негодования по поводу зверских расправ в Ростове, как снова новые жертвы.


Название листовки (или первая строка):
Уральский летучий листок № 1. Что такое Уральский союз?


Название листовки (или первая строка):
Устав Гомельского ремесленного рабочего союза.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.692.


Подпись под листовкой:
СПб.комитет РСДРП. Союз борьбы за освобождение рабочего класса


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.693.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.694.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.695.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.696.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим трубопрокатного з-да Акц. о-ва Трубопрокатных з-дов

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.697.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Почти во всех газетах от 20 ноября напечатано правительственное сообщение о том, какие дела были в Ростове и на ст.Тихорецкая

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.698.


Текст листовки:
К О   В С Е М  С А М А Р С К И М    Р А Б О Ч И М
И РАБОТНИЦАМ
Товарищи! Под нашим первым воззванием вы читали для многих из вас неизвестную подпись: Самарский комитет Рос-сийской социал-демократической рабочей партии. Что должно говорить нам, рабочим, это новое название?
А говорит оно очень много.
Это значит, во-первых, что рабочие нашей Родины, подобно своим западноевропейским товарищам, поняли уже необходи-мость взять в свои собственные руки все дело борьбы за луч¬шую долю, что они решили сплотиться для этого в свою соб¬ственную рабочую партию. Созданием Российской рабочей пар¬тии русские рабочие свидетельствуют всему миру, что они уже достаточно окрепли, чтобы не нуждаться более в чьей-либо опеке, и сами сумеют постоять за себя, и под двумя коротеньки-ми словами «рабочая партия» читается гордое признание рос¬сийского пролетариата: «Дело рабочее, дело народа в мощных народа руках».
Почему же эта рабочая партия называет себя еще социал-демократической? Мы все знаем, как сложны те отношения, в которых стоят друг к другу граждане любого из государств. 
Особенно характерными и ощутительными являются имущест-венные отношения людей, создающие огромные неравенства в материальной обеспеченности, разделение на бедных и бога¬тых, сытых и голодных. Эти-то имущественные отношения и называются социальными, а социализм есть тот отдел науки об обществе, который со всей строгостью и точностью науки изучил причины неравенства люден и указал пути для его уст¬ранения, пути к тому, чтобы снять со всех людей проклятую заботу о куске насущного хлеба, чтобы смело и свободно для удовлетворения своих высших потребностей жил человек. На-зывая себя социальной, рабочая партия тем самым говорит, что в своей работе над переустройством современного общества она следует указаниям науки социализма, конечный вывод ко¬торой гласит, что в мире только тогда исчезнут нищета, голод и порабощение одних людей другими, когда все фабрики, за¬воды и земля перестанут быть частной собственностью кучки богачей-эксплуататоров, а перейдут в общую собственность всего народа.
Рабочая партия России именует себя еще демократической, то есть такой партией, которая защищает не интересы горсти привилегированных лиц, а интересы широких народных масс, всего народа. Будучи демократической, рабочая партия стре-мится к тому, чтобы у нас в России прекратилось полновла¬стное хозяйничанье кучки — чиновников и министров с само-державным царем во главе, никому ни в чем не отдающих от-чета, чтобы народ управлялся через посредство им же самим выбранных лиц, по точному смыслу тех законов, которые най-дет для себя полезными и нужными, сам же он управляемый и правитель народ.
Так вот, товарищи, каковы в общих чертах те великие за-дачи, которые ставит себе Российская социал-демократическая рабочая партия. Самарский комитет этой партии, являясь одним из многочисленных, покрывающих ныне всю Россию, комите-тов, ни на минуту не упускает из виду этих основных общепар-тийных задач. Комитет — это организованный отряд рабочей армии. Он состоит из сознательных рабочих и людей, посвя-тивших свою жизнь для свободы и счастья рабочих, делу луч-шего будущего всего народа.
Будучи местной организацией, в своей практической еже-дневной работе комитет опирается на местные назревшие нуж¬ды рабочих масс, направляя и развивая самосознание самар¬ских рабочих, указывая им на их непосредственных врагов. Самарский комитет будет постоянно связывать их борьбу с борьбой всего рабочего класса России, будет неустанно на-стаивать на том, что самарские рабочие только тогда добьются лучшей доли, когда станут деятельными членами единой армии борющегося пролетариата. Зорко следя за местными нашими врагами и обличая их своим вольным словом, Самарский ко-
митет будет указывать связь этих насильников с насильника-ми и эксплуататорами всей страны и тем прибивать к позорно¬му столбу всенародного презрения. Обращая внимание на тя¬готеющие к Самаре крестьянские массы, Самарский комитет внесет свой вольный призыв и в их среду; объясняя им связь их дела с делом рабочих и всех обездоленных и угнетенных русских граждан, развертывая перед ними виды на лучшее будущее, он будет указывать на их задачи и положение в общей освобо¬дительной борьбе.
Обращаясь к местному сочувствующему освободительным стремлениям обществу, Самарский комитет будет бичевать его позорное равнодушие к бедствиям народа, будет подталки¬вать его к более деятельному проявлению гражданской энер¬гии и указывать пути к полезной для народа работе.
К нам, товарищи, с вашим горем и нуждами! В нас вы най¬дете верных, ни перед чем не останавливающихся защитников вашего дела, вашей борьбы за лучшую жизнь.
Да здравствует Российская социал-демократическая рабочая партия!
Самарский комитет Российской социал-демократической рабочей партии


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.699.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Нет сил больше терпеть несправедливость и беззакония русского правительства.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.700.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.701.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим и служащим ст.Панютино Курско-Харьковско-Севастопольской ж.д.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.702.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех  стран, соединяйтесь!
КО ВСЕМ РАБОЧИМ И СЛУЖАЩИМ СТ. ПАНЮТИНО 
К. X.  С  ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ
Товарищи!  Тяжело живется рабочему на  нашей  дороге! Работаешь изо дня в день до поздней ночи, трудишься не раз-гибая спины, а толку мало. У нас в мастерских ввели сверх-урочную работу, благодаря которой наш  рабочий день рас-тянулся на 15 1/2 часов в сутки. А машинистам и их помощни¬кам, так тем   зачастую   приходится   ездить   с   поездами   по 30 часов кряду, потом дадут 2 часа передышки, а там опять отправляют в дорогу на 30 часов, и только после 5 таких по¬ездок им полагается суточный отдых, да и этот отдых сокра¬тили вдвое. Так-то вся наша жизнь превращается в сплошной каторжный труд без радостей. Где уже тут думать о хорошем развлечении, о книжках; придешь с работы усталый, разби¬тый, завалишься спать, а там опять вставай, опять работай. Выдастся праздник — вот и идешь в  кабак, чтобы  хоть   во хмелю позабыть свою горькую долю. А какая нам награда за это? Жалкие гроши, которых едва хватает на скудное про¬питание. В мастерских, например, лишь немногие получают свыше одного рубля, а  все остальные зарабатывают копеек 50—60, много 75. Подростки же 16—18 лет, поступившие уже 2 года тому назад, получают на своем столе 20 копеек. Ведь этого не хватит даже на стол, не то что на квартиру; между тем  это уже вполне обученные рабочие, которые с успехом могут заменить подмастерьев.
Вот как расплачивается с нами наша администрация за наш каторжный труд. Что ей до того, что мы живем впро-голодь? Ей одна забота: как бы заставить нас работать по-дольше, а заплатить поменьше. Так-то и царской казне хоро-шо, да и ей неплохо.
Но и этот нищенский заработок не всегда удается полу-чить рабочим. Администрация и эти крохи старается урвать. Чтобы подчинить себе рабочих, чтобы заставить их беспре-кословно повиноваться ей, она широко пользуется штрафами. 
Опоздаешь на 10 минут — штраф, не придешь почему-либо на работу — штраф, не понравишься мастеру — опять штраф и т. Д. без конца, за каждый пустяк. В этом отношении про¬извол администрации не знает никаких пределов. Вся она свер¬ху до низу, от начальника до помощника монтера беспощадно штрафует рабочих. Но куда идут эти штрафы, этот кровный заработок, вырванный у рабочего? Нам говорят, что эти день¬ги образуют какую-то кассу. Что же с ними делают? А про то начальство молчит.
Кажется, что в обирании и грабеже рабочего дальше и идти-то некуда, да не тут-то было. Завели наши грабители-эксплуататоры потребительную лавку. Основали ее на сред-ства рабочих, вычитая из жалованья  15%, а распоряжаются сами. Что же вышло? А то, что в нашей потребилке все това-ры продаются гораздо дороже, чем в частных лавках. Товар забирается по книжке и к концу   месяца   оказывается,   что большая часть рабочих не получает жалованья. Но рабочие не могут обойтись без денег, и вот они снова берут товар  на книжку и перепродают его частным мелочным лавчонкам, ко-нечно, по уменьшенной цене. Все жалобы рабочих на такое наглое и беззастенчивое обирательство не привели ни к чему. Двое рабочих, один машинист, а другой токарь, особенно на-стойчиво  поспорили с сидельцем лавки и  были рассчитаны начальником мастерских, который, не выслушав их жалобы, прямо рассчитал «за дерзкое отношение к начальству». А меж¬ду тем это же начальство в этой же лавке берет товары по их оптовым ценам. Нужно принять еще во внимание, что пе-ревозка товаров для этой лавки по железной дороге даровая. Так-то царская казна через своих верных слуг эксплуати¬рует  рабочих, выматывает их силы и здоровье,  сколачивая себе  миллионы. Так-то царское правительство, этот всерос¬сийский кулак, выжимает из рабочих, занятых на казенных за¬водах и железных дорогах, последние соки. Да,   наше   под¬лое   правительство   только   грабежом    и    дер-жится. Грабит оно голодного крестьянина, в виде разных податей выколачивая из него розгами последнюю  копейку; грабит оно и весь трудящийся люд, облагая жизненные при¬пасы разными акцизами, пошлинами, устраивая монополии — царские кабаки,  и опаивая в них обездоленный, изголодав¬шийся народ, загребает в свои руки ежегодно сотни миллио¬нов   рублей.   И   этот    наглый   грабеж    держится только    нашей     забитостью,     нашей    рабской покорностью и безответственностью.
Товарищи! Оглянитесь кругом да поразмыслите о своем положении, о своей горькой доле. Ведь так дольше жить нельзя. Неужели мы так задавлены, неужели мы настолько по¬теряли чувство человеческого достоинства, что и дальше позволим так гнусно эксплуатировать нас и не будем протесто¬вать против наглого издевательства нашего начальства?
Нет, нет! Мы не можем дальше терпеть, мы должны бороться. На насилие можно отвечать только силой же. Прочь, рабский дух! Наша сила, товарищи,— это наш союз, наше дружеское товарищеское единение. С отдельным протестующим рабочим нашему начальству справиться легко, стоит только его рассчитать. Но не так-то легко справиться со всеми нами. Ведь всех рабочих не рассчитаешь.
Товарищи рабочие, соединяйтесь! Сходитесь друг с другом, объединяйтесь в кружки, обсуждайте свое положение и обдумывайте, как нам его улучшить.
«Все за одного и один за всех» — вот клич, ко-торый должен быть у вас на устах. Только в товарищеском единении скрасим мы свою однообразную темную жизнь. Только в дружеском союзе мы разберемся в своем положении и поймем свои интересы.
Да здравствует солидарность среди рабочих!
Долой царское правительство, правительство насилия и произвола, правительство хищников и грабителей!
Да здравствует Земский собор из выборных от всего наро¬да, издающий законы и управляющий страной!
Организованные рабочие панютинских
железнодорожных мастерских
Екатеринославский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
Типография   Екатеринославского   комитета
Прочитав, передайте товарищам!


Название листовки (или первая строка):
Борьба за освобождение трудящихся классов выдвигает на первый план необходимость объединения…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.703.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим и работницам города Кишинева

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

КО  ВСЕМ  РАБОЧИМ  И  РАБОТНИЦАМ  ГОРОДА  КИШИНЕВА!

Товарищи! На днях мы хоронили нашего юного собрата, рабочего на фабрике Двантмана. Слабого, 14-летнего мальчика хозяин заставил надеть на движущийся вал пас, и вот его, неопытного, ослабевшего, захватывает трансмиссией, и в одну секунду живой человек превращается в бесформенную груду мяса. Ноги и руки переломлены, голова разбита, все тело искрошено, изувечено, исковеркано… клочья кожи, лужи, крови, мозг… Ужасная картина!.. Дети, работавшие на фабрике, начали испускать нечеловеческие крики, а мать, пораженная страшной вестью, разрешилась выкидышем.
И вот два дня висит на трансмиссии страшно изуродованное тело, не видно ни полиции, ни врача, ни следователя, а на 3-й день волочат тело на кладбище и зарывают в землю. Многие об этом знают, но многие об этом и забудут, как забывают все те сотни и тысячи несчастных случаев, которые везде и всегда происходят на фабриках и заводах, где озверевшие от жадности хозяева жалеют лишний грош, чтобы какими-нибудь улучшениями и приборами хоть сколько-нибудь оградить столь дешевую жизнь рабочих. Никакими законами, никакими штрафами нельзя уничтожить эти ужасы до тех пор, пока фабрики и заводы, рудники будут находиться в руках хозяев, которым медный грош дороже жизни человека. Да и что за нужда тратиться, когда мелкой взяткой можно прекрасно устроиться у полиции за пазухой и при ее помощи избегнуть самого высокого штрафа. Охота капиталисту в самом деле хлопотать и думать об удобствах и безопасности работы, когда всегда в случае несчастья он может рабочим просто-напросто глотку заткнуть, угрожая им за малейший протест выкинуть их на улицу. Вот Двантман, когда по его вине погиб мальчик, запер на ключ всех своих рабочих, а сам побежал поговорить, попросить, кланяться, купить кого надо – и все вышло чинно и благородно. Не задавались ли вы, товарищи, вопросом, почему тело висело два дня, почему не явился следователь для дознания, почему не пришел освидетельствовать труп врач и дал свидетельство о смерти, сидя дома, почему не совершили вскрытия, почему не производится дознание… Да, товарищи, не даром хозяин запер своих рабочих. И кто ему станет мешать в его изворотливости? Продажная полиция? Но ей всегда выгодно идти заодно с капиталистами, потому что от их барышей и ей кое-что перепадает, да это ведь и главная ее задача: охрана богатых и сильных. Обезумевшие от горя родные, у которых жадность и небрежность хозяина отняли последнюю опору, единственную радость жизни, где им тягаться с всесильным фабрикантом, который может найти тысячи средств заставить их молчать? А что преждевременно, по преступной небрежности прервалась молодая, еще не распустившаяся жизнь, что к тысячам жертв наших хищных грабителей прибавилась еще одна – что им до этого? Им ведь не человек важен, им рабочие руки нужны, которые потом и кровью увеличивали бы их барыши. Ну, а рук этих гораздо, гораздо больше, чем требуется. Ведь сколько рабочих, не находящих себе работы, рады будут освободившемуся месту, забыв, что место это досталось им ценой гибели их товарища, забыв, что их, быть может, ждет та же участь и никого из них не пожалеют и выбросят на улицу, лишь только больше уже нечего будет из них сосать. Забудут они это и пойдут работать, как это заведено на ватных фабриках Кишинева, от 5 час. утра до 9-10 часов ночи, будут дышать затхлым воздухом темного вонючего сарая, будут слепнуть от едкой и густой пыли, будут коверкать и крошить себе руки и ноги, будут свою кровь и тело превращать в хозяйский барыш – ибо не могут они не идти, ибо в хозяйские сети их гонит лютая нужда – страшная сила голода и холода. Но нет! Даже при этих каторжных условиях в нашем строе, при господстве капитала, все еще можно не умереть с голоду самому и не дать умереть своей семье, и вот несчастный труженик, скрепя сердце, посылает на фабрики и заводы свою жену, своих истощенных недоеданием, худосочных измученных детей. Будем ли мы, товарищи, удивляться, что ребенок, которому еще место на школьной скамье, становится жертвой несчастного случая, что случаев гибели и детей, и взрослых страшно много, что это даже уже не случайности, в что-то такое, без чего немыслимы, невозможны грабеж и угнетение рабочего народа. Да, товарищи, капитал не только медленно высасывает из рабочего все соки, нет, он еще с сокрушительной быстротой перемалывает своими машинами его кости, руки, ноги, ребра, душит его в рудниках и шахтах, варит его в своих котлах, жжет его в своих огненных фонтанах. И что ему за печаль?! Голод в крепком союзе с насилием пригонит, наготовит все новые и новые тысячи бедняков, которые из-за грошевого куска хлеба хоть в подземное царство, хоть в огненную печь полезут!.. Разве не идут люди работать на спичечные фабрики и серные рудники, зная заранее, что очень скоро они совсем будут задушены ядовитыми испарениями.
Вы ужасаетесь, когда читаете о кровопролитной войне с бурами, а знаете ли вы, что от «несчастных случайностей» гибнет в год куда больше народу! Да, товарищи, все царство капитала, весь теперешний мир – это одна страшная война, но в которой всегда гибнет одна сторона – это рабочий народ. Он гибнет и в солдатском мундире и в рабочей блузе, он гибнет от царских нагаек и пуль, когда потребует для себя человеческой жизни, он гибнет на каторге, в тюрьмах Сибири за то, что борется за счастье и свободу своих несчастных братьев. 
Ужасен этот мир – этот капиталистический строй. Вот отец, который шлет своих детей и жену на фабрику, а фабрикант, обрадовавшись низкой плате женщин и детей, выбрасывает этого самого отца на улицу. Вот эти дети, едва выношенные беременной работницей-матерью, калечатся на всю жизнь, вот юные девушки-работницы, которым хозяин на их жалобу, что заработок мал, советует продать самый ходкий ныне товар – свое свежее тело, вот толпы голодных перед фабричными воротами, молящие о работе, а за воротами – рабы, работающие за двоих и троих, а вот оно чудовище – самодержавное правительство, розгами, нагайками, тюрьмами, каторгой и Сибирью защищающие и поддерживающие этот самый строй.
Заграничным товарищам от самодержавия уже удалось избавиться. Для них борьба с капиталом уже не так тяжела, не так страшна, как для нас. Для них есть и свободные рабочие газеты, для них не запрещены рабочие собрания, кассы, библиотеки, союзы, для них и стачки не преступление, как у нас, а главное – они могут посылать в высшее государственное управление (парламент) своих выборных, которые защищают их интересы. Вот почему там и несчастных случаев с рабочими гораздо меньше, чем у нас, вот почему рабочие заставили там правительство издать строгие законы, защищающие жизнь рабочих, заставили государство всех их застраховать на случай лишения способности к труду, вот почему там фабрикант в случае несчастья с рабочим не может отделаться, как у нас, одним штрафом, а несет еще наказание, как всякий другой преступник.
Будем же, товарищи, помнить, что пока существует капитал, пока все богатство и вся власть будут находиться в руках капиталистов, пока фабрики, заводы, машины, здания, железные дороги, земли, леса, копи, промысла, моря, реки и горы будут принадлежать не всему народу, а кучке капиталистов, а рабочий должен будет продавать им свои силы и жизнь, до тех пор на земле вечно будут царствовать голод и холод, лютая нужда, позорное рабство, мрачное невежество; до тех пор все будет проливаться кровь человеческая, все будут раздаваться стоны, все будут литься слезы, до тех пор злоба и вражда будут заполнять весь мир.
Но будем также крепко помнить, товарищи, что борьба против этого ужасного капитала немыслима и невозможна, покуда его охраняет чудовищный пес – русское самодержавное правительство. С ним мы зовем вас на тяжелую, но славную борьбу. Борьбе с этим кровожадным правительством отдадим все свои силы, ради нее объединимся, сдвинемся в одну плотную массу сознательных рабочих борцов за святую свободу.
Товарищи! Когда мы, озлобленные страшной смертью нашего юного брата, прошли на кладбище мимо тысячной толпы сытых господ и крикнули им, что мы ненавидим их строй с господством капитала, они нас обругали, глумились над нами, называли нас босяками. Что же, товарищи! Нам ли смущаться их бранью? Ведь они пока еще не научились говорить по-человечески с рабочими! Пусть они глумятся, сколько им угодно, но настанет время, и мы, «босяки», растопчем их гнилое царство капитала и своими «грубыми» руками воздвигнем новое царство – царство свободного труда, царство братства, равенства и свободы, светлое и радостное царство социализма.
Так да будет же проклят этот мир капитала!
Проклятие его защитнику – царскому правительству!
Да здравствует политическая свобода!
Да здравствует социализм!
КОМИТЕТ КИШИЕВСКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТ.
ОРГАНИЗАЦИИ
Кишинев, 18 декабря 1902 г.


Название листовки (или первая строка):
Новые жертвы, новые раны, новые страшные потери!

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.704.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Широкой волной разливается по нашей необъятной России пламя народного недовольства на существующий русский государственный строй.


Название листовки (или первая строка):
Не успел Волынский комитет партии социалистов-революционеров сообщить о трех жертвах бюрократического произвола…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.705.


Подпись под листовкой:
Отделение Красного Креста при Тверском комитет РСДРП


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.706.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Громким эхом разнеслось по чердакам и подвалам нашей деспотической столицы.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.707.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим и работницам г.Чернигова


Название листовки (или первая строка):
Летучий листок № 3. К рабочим и работницам ф-ки Берга


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.708.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.709.


Название листовки (или первая строка):
Среди преступного индифферентизма, который проявляет наше общество ко всем ужасам самодержавия…

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.710.


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
К  ТОВАРИЩАМ!

Товарищи! Мы взяли на себя святое, но тяжелое дело: святое, так как мы боремся за социализм, за великую идею свободы, братства и равенства; тяжелое, так как на каждом шагу нам приходится сталкиваться с ненавистью эксплуататоров, травлей жандармов, полицейских шпионов и всей нечестивой клики самодержавного правительства. Провозглашая идею солидарности рабочих, будя сознание в наших закабаленных, замученных современным строем братьях-пролетариях, мы рискуем попасть в тюрьму и ссылку. Наши попытки вызвать рабочих на борьбу, пробудить в наших товарищах негодование против тяготеющего над ними гнета, возмущение против дикого произвола и насилия достаются нам дорогой ценой; годы одиночного заключения, лишение свободы – таковы приемы борьбы русского правительства с социалистами, и чем шире развивается рабочее движение, чем громче заявляем мы свое недовольство, тем сильнее обрушивается на нас самодержавно-полицейская свора, с тем большей яростью вырывают наши враги из рядов наших дорогих товарищей-борцов. С каждым годом все больше товарищей наших отправляют в ссылку, все больше единомышленников наших заточают в тюрьмы.
При таких-то условиях приходится нам работать, таких-то лишений стоит нам борьба. Но если нас не должны смущать все эти жертвы, если на правительственные преследования мы должны отвечать все более и более настойчивой борьбой, то вместе с тем мы должны стараться с наименьшими жертвами добиваться наибольших успехов. Помните, товарищи, что дорого нам обходится каждый неосторожный шаг, малейшая оплошность. Зорко следит за нами правительство, не дремлют царские лакеи; за каждую ошибку мы расплачиваемся тяжелыми нравственными лишениями, страданиями людей, лишней потерей товарищей. И все эти потери вредно отзываются на нашем деле, тормозят дорогое нам социалистическое движение, помогают ненавистному нам самодержавию преследовать нас. Товарищи кишиневские рабочие, прошло два года с тех пор, как искра социализма упала в нашу среду. Мало нас было с самого начала сознательных рабочих, велико было недоверие к ним со стороны рабочей массы, но не напрасны были усилия наших товарищей: на плодотворную почву упало зерно социализма. За эти два года идеи братства и равенства проникли глубоко в среду наших братьев. И если, несмотря на усиленную охрану, на постоянные обыски и преследования полиции, нам удалось разбудить кишиневских рабочих, вызвать их на борьбу с хозяевами-эксплуататорами, пробудить в них ненависть к притеснениям и зверской политике царских разбойников, то мы в значительной степени обязаны той конспиративности, с какой мы вели дело, тому умению, с каким мы совершили свое подпольное дело незаметно, невидимо для недремлющего ока жандармов и шпионов. И если с первого шага своей деятельности мы должны были оберегать себя от назойливых розысков жандармско-полицейской швали, то теперь, когда движение наше разрослось, когда потребности проснувшихся товарищей выросли, когда выпуск прокламаций участился – мы с тем большим уменьем должны выполнить свое трудное дело, тем сильнее должны оберегать нашу работу от ударов врагов наших. Товарищи! Во всех городах, где движение выросло, где, следовательно, с усилием полицейских преследований усложняется конспиративная работа, где необходимо большое уменье защищать дорогое дело от провалов – основываются комитеты, т.е. такие учреждения, в которых сосредотачивается вся конспиративная, тайная работа. Члены этого комитета в интересах дела никому не должны быть известны, втайне должны они выполнять свою работу, чтоб тем сильнее прорвалось наружу движение против врагов наших, тем сильнее проник повсюду жгучий протест против эксплуататоров и душителей всего правдивого. И у нас, товарищи, в Кишиневе, ради дальнейших успехов взятой нами на себя задачи, учреждается комитет. Это вызвано разросшимся и у нас движением; сама жизнь заставила нас основать такое учреждение. И это тем более необходимо, что в последнее время события быстро следуют одно за другим; что ни день слышны все новые и новые вспышки народного гнева; все чаще возгорается борьба с деспотизмом различных, самых отдаленных уголков порабощенной страны. Основывая комитет, мы тем скорее, тем своевременнее будем откликаться на все случаи протеста против зверской политики царских палачей. Но не забывайте, товарищи, что деятельность комитета будет плодотворна только при общей, дружной поддержке всех нас. Пусть же наше новое учреждение послужит одним из орудий усиления движения. Пожелаем, чтобы он способствовал дальнейшему успеху общего нам святого дела, чтоб комитет как одно из звеньев нашей организации расширил борьбу против современного строя жестокого насилия, грубого топтания правды и справедливости, угнетения слабых.
КОМИТЕТ  КИШИНЕВСКОЙ СОЦ.-ДЕМ. ОРГАНИЗАЦИИ
Декабрь, 1902 г.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.711.

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РАБОЧАЯ 
ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Товарищи-рабочие! Снова пролита кровь, снова царским правительством совершено злодеяние, от которого волосы дыбом встают; невольно сжимаешь кулаки и скрежещешь зубами, до того ужасно это новое преступление самодержавной банды. Само правительство должно было сообщить о нем, так как при всем желании скрыть его оно не может. Слушайте же, что пишет казенная газета «Правительственный вестник»: «4 ноября в Ростове-на-Дону в числе 3000 человек забастовали рабочие железнодорожных мастерских, принадлежащих казне. Рабочие требовали увеличения платы, сокращения рабочего дня и удаления некоторых мастеров. Министр Путей Сообщения объявил, что их требования незаконны. И когда 11 ноября рабочие устроили сходку, против них высланы были войска, которые стреляли в безоружную толпу. Четверо рабочих было убито, 16 ранено. Рабочие железнодорожных мастерских станции Тихорецкой, узнав про ростовскую бойню, также побросали работу в числе 3000 человек, чтобы поддержать своих товарищей. 15 ноября и против них были высланы солдаты, и в них стреляли, убив двоих и ранив 19». Вот что сообщает правительственная газета, вот как описывает свое преступление само правительство. И если так рисует дело правительственная шайка, если так описывает она свои разбойничьи подвиги, то мы, зная, как она душит всякое слово правды, должны предположить, что в Ростове и на Тихорецкой творилось что-то ужасное. Без сомнения, убитых нужно считать десятками, раненых сотнями. «Мы купаемся в крови, в больницу привезено до 150 раненых», - так пишет частное лицо из Ростова.
Товарищи! Наши братья, измученные тяжелой работой, захотели облегчить свою каторжную жизнь, они потребовали увеличения платы и увольнения опостылевших им мастеров, а царские холопы ответили им ружейными залпами. Они требовали укорочения рабочего дня, а правительство ответило кровавой бойней. Это не первое преступление русского самодержавия, не впервые проливает оно кровь рабочего люда, не впервые высылает оно солдат стрелять в своих родных братьев. Вспомните, товарищи, крестьянские беспорядки в Харьковской и Полтавской губерниях, вспомните, как ужасно секли и истязали в этих местах кормильцев народных крестьян. Секли и старого и малого, женщин и детей, секли до потери чувства, били до смерти. И за что? За то, что умирающие с голоду мужики пытались отнять у обворовавших их помещиков-дармоедов хлеб для своих голодных детей. И в то время, когда истерзанные, измученные крестьяне умирали по деревням, царь всенародно благодарил их палача, князя Оболенского.
Всякий раз, когда мы, измученные поборами и притеснениями, изголодавшиеся, заявляем, что невмоготу нам далее так жить, что нет у нас более сил терпеть, правительство расправляется с нами самым жестоким, самым зверским образом. Когда мы высыпаем на улицы и кричим, что требуем правды, что добиваемся справедливости, нас колотят казацкими нагайками, нас бьют ружейными прикладами. Тысячи братьев наших томятся по тюрьмам, тысячи друзей народных заброшены в глухие места холодной Сибири. Ничто не останавливает правительство, преступление за преступлением совершает оно, лишь бы задушить слово правды, лишь бы заглушить голос тех, кто старается открыть глаза нашему брату-страдальцу. Глухо самодержавие к стонам избиваемых, не смущают его хрип замученных умирающих жертв. И если не помогают нагайки и ружейные приклады, если ни ссылка, ни толстые стены мрачных тюрем не могут погасить искру недовольства, правительство отдает приказ убивать беззащитных людей, стрелять в безоружную толпу. И солдаты, одуревшие от казарменной жизни, запуганные насмерть каторжной военной дисциплиной, отупевшие от маршировки и учений, не ведая, что делают, стреляют в своего кровного брата. Стреляли они по приказу царских разбойников в Риге и Ярославле, в Домброво и Батуме. Стреляли они теперь в Ростове-на-Дону и на станции Тихорецкой. Так вот сколько злодеяний совершает царское правительство, вот сколько крови проливает оно. И впредь, товарищи, когда голодные и измученные всякими несправедливостями, мы захотим улучшить свое положение, добиться правды, когда мы попытаемся собраться, чтоб потолковать о своем тяжелом житье-бытье, чтобы поговорить о своей горькой доле – дорого придется нам платить за это страданиями, кровью наших ближних, жизнью наших детей. И до тех пор будем мы страдать, до тех пор будет царить насилие и преступление, до тех пор будут душить в казематах, ссылкой друзей народных, пока править нами будет кучка разбойников, пока царь и его лакеи-министры будут властны в жизни миллионов тружеников, пока будет существовать самодержавие.
Товарищи! Наши заграничные братья, англичане, французы, немцы, тоже страдали от самодержавия, и они страдали от грабительства и разбоя кучки самозванцев, но пришло время, сбросили они с себя эту банду и добились новых порядков. Теперь в этих государствах правят депутаты, то есть выбранные народом люди, теперь там ведают народным делом народные избранники. И мы также должны этого добиваться, и мы должны уничтожить самодержавное правительство. Много нас, тружеников, десятки миллионов, но мы слабы потому, что не понимаем собственных интересов, не понимаем, что стоит нам соединиться и не устоять самодержавию, не устоять царю и министрам перед гневом народным, как не устояли они в иностранных государствах.
Кричите же, товарищи, повсюду о новом преступлении русского правительства, толкуйте на улицах и в мастерских, в трактирах и на базарах, повсюду, где скопляется рабочий люд, о новом злодеянии царя и его холопов. Повсюду будем разносить весть об этой бойне, повсюду будем зажигать ненависть к кровожадному чудовищу самодержавию, сидящему по горло в крови невинных людей, повсюду будем провозглашать:
			Долой преступное правительство!
				Долой проклятое самодержавие!
КОМИТЕТ  КИШИНЕВСКОЙ  СОЦИАЛ-
ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ  ОРГАНИЗАЦИИ
Декабрь, 1902 г.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.712.


Название листовки (или первая строка):
К сормовским рабочим судостроительного цеха


Название листовки (или первая строка):
Листовка "Рабочей мысли" № 3. Друзья и враги.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.713.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим и работницам Невской ниточной м-ры Штиглица


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.714.


Название листовки (или первая строка):
6 ноября кончился суд над демонстрантами с сословными представителями в Саратове.


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ   РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Рабочие всех стран.,  соединяйтесь!
К РАБОЧИМ г. ЕЛИЗАВЕТГРАДА
Товарищи! Вероятно, всякий из вас слыхал или читал о том, что происходило в Ростове и Тихорецкой. Это происхо-дит не только в Ростове, но и во всех городах и селах матушки России,   где  только   есть   наш   брат — рабочий   человек. А происходит вот что: везде рабочие начинают понимать, что все те машины, станки, перед которыми мы работаем, все те фабрики, заводы, мастерские, где мы всю жизнь проводим в рабском труде; весь тот шелк, бархат,   золото,  в    которые одеваются наши хозяева, их жены и дочери,— все это ведь сделано нашими руками. Все это ведь мы добыли своим тру-дом. Мы кормим и поим наших хозяев. А они — эти хозяева? Что они делают? Они ведут   роскошную,   праздную   жизнь, распутничают, одеваются в роскошные, дорогие платья, про-гуливают целые тысячи в ресторанах и клубах за картами. А мы-то что получаем за  все те богатства, которые созда¬ем? Мы за все наши труды, за все потраченные наши силы получаем только жалкие объедки, несчастные гроши, на кото¬рые мы не можем иметь даже куска хлеба и сносной кварти¬ры. Посмотрите на детей богача и детей рабочего. Дети бога¬ча живут в роскоши, учатся в  гимназиях  и  университетах; дети же рабочего не могут учиться даже в народных школах, потому что с малолетства они принуждены идти на фабрику и в душные мастерские, вредные для здоровья, и там увеличи-вать   богатства  фабрикантов,  а  самим  жить  впроголодь   и сокращать свою жизнь, преждевременно умирать. Мы остаем¬ся безграмотными, а если кое-как научаемся грамоте, то пра-вительство разрешает нам читать только сказку про Бову Ко-ролевича да такие книги, в которых разные продажные пи¬саки, прихвостни фабрикантов и правительства пишут о том, -что мы должны безропотно трудиться, повиноваться началь¬ству да молиться богу. А за хорошие книги, которые объяс¬няют нам наше положение, учат, как улучшить нашу беспро¬светную жизнь,— такие книги у   нас отбираются, за   такие книги, если находят, сажают в тюрьмы. Когда же, поняв все это, мы начинаем громко заявлять свои права на пользова¬ние теми богатствами, которые мы создаем, то нас называют бунтовщиками, которых нужно усмирять штыками, нагайка¬ми и пулями, тюрьмой да ссылкой. Этих казаков с нагайками, ;солдат с заряженными ружьями посылает против нас наше самодержавное правительство, которое таким образом само заявляет, что оно и капиталисты — союзники, что как капита-листам, так и правительству выгодно держать рабочих в нуж¬де и темноте. Им выгодно, чтобы мы работали, а они чтобы пользовались плодами наших трудов. Так эта шайка поступи¬ла с нашими товарищами в Ярославле, где стреляли в мирных, безоружных рабочих, не разбирая ни пола, ни возраста, и где был убит грудной младенец на руках у матери. Так поступили в Иваново-Вознесенске, в Питере на Обуховском заводе; так поступили с голодающими крестьянами Харьковской и Пол-тавской губерний, а потом еще над ними суд учинили.
Да где только у нас на Руси так не поступают!.. Вот так же и расправлялись с нашими товарищами в Ростове и на станции Тихорецкой, когда они предъявили свои требования об укорочении рабочего дня до 9 часов вместо 11 —12 часов (которые и мы, Елизаветградские рабочие, работаем) и мно¬го других требований. Они бросили работу и тихо, мирно ре-шили ждать того дня, когда хозяева удовлетворят их требо-вания. И хозяева уступили бы, так как каждый день стач¬ки причинял им громадные убытки; но министр путей сооб-щения строго-настрого приказал никаких уступок не делать: не нужно, мол, давать повадку рабочему. И как только рабо-чие стали собираться, чтоб спокойно обсуждать свои дела, так самодержавное правительство, несмотря на тишину и спо-койствие рабочих, прискакало с нагайками, пиками, ружья-ми и устроило кровавое побоище. Каменное сердце должно было дрогнуть и расколоться при виде царских опричников, этих диких башибузуков, расправляющихся с мирными рабо-чими, которые захотели хоть немного улучшить свою каторж¬ную жизнь. 6 человек было убито, а ранеными переполнены все больницы. Вот видите, товарищи! Наша кровь льется и на фабрике, где мы тяжко работаем от зари до зари, и на ули-цах, где мы требуем улучшения нашей жизни. Нет, товарищи! Дальше так продолжаться не может! Довольно сосали из нас пот и кровь! Мы не хотим больше быть рабами капита¬листов и правительства; мы знаем, что эта кучка преступни¬ков не сможет просуществовать долго, если мы не будем ра-ботать на них; мы сознаем, что мы являемся такой силой, пе¬ред которой не устоит эта шайка грабителей с самодержав-ным правительством во главе, с их штыками и пулями. Они сильны только до тех пор, пока мы не объединены. Соединим¬ся же, товарищи, ибо в единении — наша сила. При-соединим же, товарищи, и свой голос к могучему уже раздав¬шемуся голосу наших братьев рабочих и потребуем низвер¬жения тиранов и грабителей, низвержения самодержавного правительства. Потребуем политической свободы, т. Е. свобо-ды сходок и стачек, свободы слова, печати и вероисповеданий и участия народа в управлении страной.
Долой   самодержавие!
Да здравствует  политическая свобода!
Да здравствует   социал-демократический рабочий   союз!
Елизаветградская организация Российской социал-демократической рабочей партии
Елизаветград, декабрь  1902 г.
Прочитав, передайте товарищам!


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.715.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.716.


Название листовки (или первая строка):
К мастеровым чугунолитейных и механических з-дов Калашникова, Смолякова, Анонимного о-ва и других

Где листовка распространялась:
в Иваново-Вознесенске в рабочих кварталах


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.717.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.718.


Название листовки (или первая строка):
К дворникам и ночным сторожам г.Екатеринослава

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.719.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.720.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Правительство в борьбе с нами принимает самые бесчеловечные средневековые меры.

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.721.


Подпись под листовкой:
С.-д. группа Гомельских ж.-д. мастерских


Название листовки (или первая строка):
№ 2. Положение рабочих плохо потому, что они эксплуатируются имущими классами…


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.722.


Название листовки (или первая строка):
К сормовским рабочим фасонно-литейного цеха

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.723.


Название листовки (или первая строка):
К рабочим з-да Кекишева и ф-ки Максимовых

Текст листовки:
К РАБОЧИМ ЗАВОДА КЕКИШЕВА И ФАБРИКИ МАКСИМОВЫХ

Товарищи! До сих пор мы продолжаем покорно тянуть тяжелую лямку. До сих пор, как волы, мы изнываем над непосильным трудом. До сих пор нас томят на работе по 11 ½ часов в сутки, тогда как на других фабриках и заводах работают 10 часов. До сих пор по-прежнему с нами обращаются хуже, чем со скотиной, беспрестанно ругают, оскорбляют нас. По-прежнему в тянульной стоит ядовитый чад, который разъедает тело, от которого чернеют и крошатся зубы; по-прежнему в кузнице жарятся живые люди. По-прежнему рабочие глохнут от беспрерывного грохота машин. До сих пор в распиловочном отделении на фабрике стоит густая, вредная пыль. Расценки остаются до сих пор низкими, и рабочим приходится страшно изнурять себя невыгодной сдельной работой и надрывать свое здоровье, свои силы. А полиция после выхода первых прокламаций, - вместе с жандармами, - страшно переполошились, - они думали, что рабочие проснутся и потребуют от хозяев улучшения всех порядков. Поэтому после прокламаций всех рабочих с фабрики и заводов таскали на допрос, отрывали от работы, грозили разными бедами.
Зачем, спрашивается, вмешались сюда полиция и жандармы? Ведь рабочие никого не собирались грабить, убивать или обворовывать. Ведь они только хотели улучшить свое положение! Но дело в том, что капиталисты и полиция составляют одну шайку. Фабриканты грабят рабочих, обворовывают и обсчитывают их, а полиция и жандармы следят за тем, чтобы рабочие молчали и терпеливо сносили гнет своих грабителей. Поэтому, когда рабочие хотят, чтобы фабриканты не высасывали из них все соки на каторжной работе, чтобы они уменьшили рабочий день и увеличили заработную плату, со всех сторон набегает полиция, налетают жандармы на помощь капиталистам, на беду рабочим. Ясно, что ни от полиции, ни от жандармов, ни от фабричного инспектора не можем мы ждать помощи и защиты. Все они вместе с фабрикантами – заклятые враги рабочих! Наша сила – в нас самих. Мы сами должны бороться за свои интересы.
Довольно мы страдали и терпели, довольно мы спокойно выносили гнет наших грабителей. Пора взяться за ум, объединиться и предъявить нашим врагам-хозяевам наши справедливые требования. Мы требуем:
1)	10-часового рабочего дня,
2)	замены сдельной платы поденной,
3)	устройства вентиляции,
4)	вежливого обращения.
Товарищи! Наша судьба в наших руках. Дружной борьбой против наших хозяев мы добьемся лучшей жизни, лучшей доли. Если не поможет стачка, если хозяева не согласятся выполнить наши требования, то мы забастуем, побросаем работу и не будем работать до тех пор, пока не добьемся своего. Лучше потерпеть несколько дней, чтобы наша жизнь стала краше, чтобы всю жизнь не оставаться покорной и бессловесной скотиной, которую дуют и в хвост, и в гриву. Итак, вперед! На борьбу! Устраивайте стачку, бастуйте дружно и смело, боритесь до конца!
Да здравствует борьба! Да здравствует великий союз рабочих социал-демократической рабочей партии!
						Донской Комитет 
Российской Социал-Демократической Рабочей Партии


Название листовки (или первая строка):
К рабочим Добрянского з-да, рабочим Урала

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.724.


Название листовки (или первая строка):
Уральский летучий листок № 2. К рабочим.


Название листовки (или первая строка):
Уральский рабочий листок № 3. Что такое рабочие (пролетариат).

Подпись под листовкой:
Уральский союз с.-д. и с.-р. Восточная группа

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.725.


Название листовки (или первая строка):
Рабочим и работницам конфетной ф-ки Воловника

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.726.


Название листовки (или первая строка):
О кризисе. Ко всем рабочим и работницам г.Николаева


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.727.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим и работницам г.Николаева


Название листовки (или первая строка):
Уральский летучий листок № 5. Обращение рабочих к солдатам.

Где листовка распространялась:
в Перми, Екатеринбурге и на Мотовилихинских з-дах


Название листовки (или первая строка):
Уральский летучий листок № 6. Что такое всеобщее избирательное право?

Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.733.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.728.


Название листовки (или первая строка):
Товарищи! Новая тактика, усвоенная правительством в молодом веке…


Название листовки (или первая строка):
Начало текущего года в России ознаменовалось повсеместными проявлениями массового протеста против произвола правительства.


Ссылка на "Хронику":
Хроника. 1902. Вып.VIII. Ч.II. 2002. Стр.729.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем. Что говорил Христос? За что его гнали, истязали и убили?


Текст листовки:
Российская Социал-Демократическая Рабочая Партия

П р о л е т а р и и  в с е х  с т р а н,  с о е д и н яй т е с ь!

С  НОВЫМ  ГОДОМ!

«С новым годом, с новым счастьем», - раздаются повсюду поздравительные возгласы… Какого же счастья могут желать друг другу рабочие? Вдумайтесь в ваше положение! Со всех сторон окружают вас темные силы ненавистного строя! Молот капитала тяжело обрушивается на ваши головы, сокрушая жизни, дробя кости, губя молодость, силы, здоровье в мрачных пропастях шахт, пред пылающим горном заводов, в насыщенных отравленной пылью мастерских.
Полицейское правительство отнимает у вас всякую возможность жить по человечески, кровью затопляя всякое стремление к свету, к свободной и осмысленной жизни, пулями и нагайками сохраняя карман капиталистов…
Значит, нет счастья для рабочих? – Нет, оно есть! Но это – не счастье сытого капиталиста, вся жизнь которого служение наживе, не счастье капиталиста, довольного своим мещанским покоем, старательно закрывающего глаза на весь ужас современного строя, на все растущую бедность и необеспеченность существования трудящихся.
Счастье рабочих – это счастье борца, который с гордостью сознает всю правоту,  все величие своего дела.
Борется рабочий класс против гнета самодержавного правительства за свободу России, за правление народа. Борется рабочий класс против гнета капитала за социализм, за то светлое будущее, когда уничтожится деление общества на классы, когда прекратится эксплуатация человека человеком, когда не будет частной собственности и «нужды беспросветной, мертвящей нужды», когда все машины, фабрики, заводы и вся земля будут принадлежать не отдельным капиталистам, а всему трудящемуся обществу. 
Эта великая борьба за полное освобождение человечества от всякого гнета поглощает всего человека: он всем сердцем своим, всеми помыслами отдается дорогому делу. Эта великая борьба вносит светлый луч в те темные углы и подвалы, где ютится голодный рабочий люд, она – эта борьба – придает великий смысл существованию тех, кого современное производство стремится обратить из людей в простые «придатки машин». Где нет этой борьбы, там – слепая покорность и тупое отчаяние, там нет человека, там жалкое прозябание животного. Но рабочие хотят жить человеческой жизнью, а потому должны бороться – и они борются: в этой борьбе они находят свое счастье.
Такого счастья, и только такого, пожелаем мы вам, товарищи. Вам! Бодро смотрите в лицо новому году! Плотнее стройтесь в ряды Российской Социал-Демократической Партии под красные знамена, на которых написаны дорогие заветы рабочего класса:
Долой самодержавие! Да здравствует политическая свобода! Да здравствует социал-демократия!

Киевский Комитет Российской Социал-Демократической Рабочей Партии
Киев, 1-го января 1903 года.


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ  СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ  ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

С  НОВЫМ  ГОДОМ!

Товарищи! Еще прошел год нашей борьбы с капиталистами-фабрикантами и с жандармским царским правительством. Подсчитаем же, к чему он привел. Мы не будем говорить о том, что наше положение ухудшилось в этом году еще более, чем в прошлом, благодаря расчетам наших товарищей с фабрик и заводов; что армия безработных растет с каждым днем, и с голодухи мрет не только крестьянин, а и наш брат городской рабочий. Мы это все отлично знаем и ищем выхода из этого ужасного положения и найдем его, но, конечно, не в тех шпионских Зубатовских кассах взаимопомощи, которые нам советуют устраивать Слеповы, Соколовы и другие шпионы, как московские, так и питерские. Мы знаем, что до тех пор, пока грабят народ не только капиталисты, а и Николай Романов со своими министрами, жандармами и прочими дармоедами чиновниками, нам придется вымирать от голодовок. Поэтому первым нашим делом должно быть свержение самодержавного строя и замена чиновничьего правительства выборным правительством из наших представителей. По всей России происходит борьба со старым строем. Против него восстают все классы населения. Даже темные крестьяне Полтавской и Харьковской губерний, восстав против помещичьей кабалы, столкнулись с царскими войсками и поняли, что прежде чем вести войну с помещиками, им нужно свергнуть царя с его прислужниками. Крестьяне других губерний бессознательно тоже борются с правительством: не повинуются чиновникам и их законам, оказывают сопротивление властям – одним словом, борются так, как мы боролись в былое время, устраивали стачки против фабрикантов и сопротивляясь царским чиновникам. Мы поняли, что для борьбы с фабрикантами нам нужна свобода, поймут это и крестьяне-землепашцы… Студентам и другим интеллигентам (образованным людям) царь совсем житья не дает; их только в тюрьмы да в Сибирь ссылают. Им не то, что писать и говорить, а даже и думать запрещают. Конечно, они за свободу и голову сложить рады, и в борьбе с царем они нам главные помощники – это они доказали 3 марта, когда вышли с нами на демонстрацию. Но главный и самый сильный враг царского правительства – рабочий класс. И он дружно встает на борьбу со старым строем, объединяется и организуется под знаменем Российской Социл-Демократической Рабочей Партии с требованием лучшей свободной жизни. Нам нужна свобода, как воздух. Мы хотим свободно собираться, чтоб говорить о своих нуждах, и будем отстаивать это право своей кровью, как отстаивали ростовские товарищи, убитые царскими палачами на улицах Ростова. Мы хотим свободно организовываться для борьбы с нашими притеснителями – капиталистами. Мы хотим свободного рабочего слова, свободной рабочей газеты, чтоб говорить о своих нуждах, о воровстве и грабеже наших эксплуататоров. Нам нужна свобода для свободной борьбы труда с капиталом, и мы ее добьемся, свергнув произвол самодержавия. Долой же самодержавие! Объединиться мы должны под одним знаменем – знаменем Российской Социал-Демократической Рабочей Партии с требованиями, которые выработают наши представители на Социал-демократическом съезде.
Пожелаем же, товарищи, чтобы в новом году мы все объединились под знаменем нашей Рабочей Партии и, организовавшись, успешно повели бы борьбу с нашими врагами. В единении наша сила.
				Дружно, товарищи, в ногу,
				Сердцем окрепнув в борьбе,
				В царство свободы дорогу,
				Грудью пробьем мы себе.
Да здравствует социал-демократия! Долой самодержавие!

1 января 1903 г.


Название листовки (или первая строка):
Сегодня мы вступаем в новый 1903 год жизни

Подпись под листовкой:
Харьковская вольная община (комитет) РУП


Название листовки (или первая строка):
Ко всем. Минувший 1902 год ознаменовался рядом событий…

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ  РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
КО ВСЕМ
Друзья, дадим друг другу руки 
И смело двинемся вперед! 
И пусть под знаменем свободы 
Союз наш крепнет и растет .
Минувший 1902 год ознаменовался рядом событий, пока-завших, что в недрах народной жизни идет горячая работа, подрывающая основы самодержавного строя. Февральские и Мартовские дни с их грандиозными демонстрациями, невидан¬ные доселе по их размерам крестьянские волнения, пожаром охватившие почти 10 губерний, грандиозное ростовское дви-жение с его 20-тысячными сходками, принимавшими глав-нейшие требования социал-демократической пар-тии, неустойчивая, шаткая политика царского самодержавия, Растерявшегося перед натиском революционных сил,— все это показывает, что близок час последнего решительного сраже¬ния с царизмом.
Эту задачу освобождения своей родины от политического гнета в других странах брала на себя буржуазия — у нас она выпала на долю социал-демократической партии, которая, свергнув самодержавие, поведет рабочий класс к осуществле¬нию светлого социализма.
Идите же в ряды этой партии все, кто хочет видеть Рос-сию освобожденной от царского ига, и под дружным напором революционных сил иго будет сломлено.
Долой самодержавие и да здравствует политическая сво-бода! — вот тот клич, с которым мы должны встретить на-ступающий новый год.
Одесский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
1 января 1903 Г.	Типография Одесского  комитета


Текст листовки:
ПРОЛЕТАРИИ  ВСЕХ  СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!
Российская Социал-Демократическая Рабочая Партия.

К  200-ЛЕТНЕМУ ЮБИЛЕЮ РУССКОЙ  ПЕЧАТИ

3-го января наши журналисты и писатели собираются праздновать 200-летнюю годовщину существования печати в России. Лучшие из них уже заявили, что нет основания праздновать этот юбилей, что юбилейным днем русской печати будет тот, в который она получит свободу. Двести лет существует печать в России и до сегодняшнего дня она находится под позорным игом цензуры. До сегодняшнего дня честное печатное слово преследуется, как самый опасный враг.
Многомиллионному народу русскому правительство преграждает доступ к знанию, свету, истине. Оно – это самодержавное правительство – содействует распространению самых пошлых, бессодержательных, коверкающих ум и душу лубочных книжек и картинок, поучений, побасенок о чудотворных иконах и т.п. и налагает запрет на разумную хорошую книжку, могущую просветить и хотя отчасти ответить на волнующие, животрепещущие вопросы. Журналы и газеты, которые ставят себе задачей раскрыть глаза на существующий строй, внося в среду читателей толковое понимание общественных явлений – немедленно приостанавливаются за «вредное направление». На наших глазах задушены были цензурой «Отечественные записки», «Голос», «Порядок», «Русская Жизнь», «Новое Слово», «Начало», «Жизнь», «Северный Курьер», «Самарский Вестник»… Каждый день почти появляются правительственные распоряжения, направленные против той или другой газеты, против того или другого журнала. Редакции получают бесчисленное множество приказов, что о том или другом факте и вопросе печатать запрещается. Страницы газет должны обязательно наполняться всякими официальн. сообщениями, елейными описаниями придворных балов, парадных обедов, маневров, царских приемов и т.п. вздором. Причем – согласно недавнему секретному циркуляру – некоторые из таких правительственных сообщений должны печататься не в официальном отделе, а от собственного имени газеты: правит. чувствует, что никто ему уже не верит и боится печатать сообщения от своего имени.
На каждую мало-мальски хорошую книжку или статью царские цензора накидываются, как хищные коршуны, и вырывают из нее все, что дышит жизнью и силой. Но всего этого мало! Даже эти литературные выжимки, остающиеся в результате хищнической работы цензурных тисков в глазах правительства еще слишком сочны и опасны для народа! С народа достаточно самых негодных отбросов литературы: поэтому в бесплатные народные библиотеки допускаются только такие произведения, которые написаны в угоду попам и полиции. Между тем никогда еще так сильно не ощущалась потребность в свободной печати, как именно в наше время; еще лет сорок, пятьдесят тому назад сравнительно лишь небольшая доля интеллигенции испытывала тяжелый гнет цензуры. Но теперь крупно дело изменилось! На историческую сцену России выступил народ! Многомиллион. русский пролетариат, как и пролетариат всего мира, жаждет знания, понимания и освещения тех общественных явлений, которые совершаются перед его глазами. Знание – это его сила, залог его лучшего будущего, в знании его победа! Но царское правительство боится нашей силы, его страшит наша победа. Поэтому полной свободой пользуются лишь продажные газеты, издаваемые разными отставными генералами, придворными льстецами и другими корыстными слугами императора, враждебными интересам народным; свободой пользуются лишь газеты, отстаивающие святость розги, занимающиеся травлей всех тех, кто стоит за просвещение и права народа. Такие газеты получают даже от правительства многотысячные подачки. Недавно московский генерал-губерн., брат Александра III, издал приказ, чтобы трактир 3-го разряда посещаемые рабочим людом, допускались только «Свет», «Московские Ведомости» и «Гражданин». Разве такой приказ не говорит ясно, что правительство хочет отравить ум и душу рабочего народа? У более же порядочных журналистов отнята всякая возможность высказать открыто свои мысли и чувства…
Только жалкие продажные души могут жить в этой отвратительной атмосфере, все благородное подвергается жестоким преследованиям. Всех наших лучших писателей, начиная с Радищева (сосланного Екатериной II в Восточную Сибирь за правдивое изображение страданий угнетенного народа), русское правит. всегда ссылало, сажало по тюрьмам, всячески мучило и терзало… Пушкина и Лермонтова ссылали на Кавказ. Благородного поэта Полежаева сдали в солдаты и сослали; чуть ли не умирающего Белинского III-ье отделение еще пыталось захватить в свои лапы. Достоевский был сослан в каторгу; Щедрин был в ссылке; Писарев и Шелгунов просидели несколько лет в Петропавловской крепости. Чернышевского правительство гнусно изловило и сослало в каторгу… Не будем удлинять этого перечня имен, которыми гордится русская литература!
Честным людям душно стало жить в этой затхлой, мертвящей атмосфере, и вот 50 лет тому назад, в жестокое царствование самодержавного деспота Николая I, один из таких честных благородных писателей, Александр Иванович Герцен, поставил в Лондоне первый вольный типографский станок. Только таким путем русское печатное слово могло получить свободу! В 1855 г. Герцен еще обращался к Александру II со словами: «Государь, дайте свободу русскому слову! Уму нашему тесно; мысль наша отравляет нашу грудь, от недостатка простора она стонет в цензурных колодках. Дайте нам вольную речь». Но вскоре он увидел, что обращаться за этим к  русскому царю – значит унижать и обманывать себя. Он убедился, что Александр такой же самодержец, как и Николай. Русскому слову свобода не была  д а н а  ц а р е м – она была  д о б ы т а  р е в о л ю ц и о н е р а м и ценою нескончаемых жертв. В 1861 г. появились первые прокламации к народу, и в том же году разбиралось в сенате дело о первых тайных типографиях. Число революционных изданий, печатавшихся за границей, стало с того времени все умножаться. В 1877 г. основана была в Петерб. вольная типография, в которой печаталсь «Народная Воля». Полиция напрягала все усилия для того, чтобы захватить эту типографию, - и ей это, наконец, удалось. Но нашим товарищам еще лучше удавалось вызывать к жизни одну типографию за другой; целыми десятками их захватывали, десятками же они вновь возникали в разных концах России. Правительству не удалось задушить свободного слова! В настоящее время сотни тысяч людей читают в России революционную печать. Она проникает в самую глухую провинцию, в деревню и даже в твердыню самодержавия – в солдатскую казарму. У нас имеется масса революционных органов на русском, польском, еврейском, латышском, грузинском и армянском языках! Сотни тысяч городских и сельских раб. жадно впитывают в себя свободную мысль и призыв к борьбе с политич. и социальным гнетом. Самодержавное правит. со всем своим сложным полицейско-жандармским аппаратом беспомощно стоит перед этой грозной стихией свободного слова! Оно не перестает, начиная с появления первых русских прокламаций, самым жестоким образом преследовать его: каторжные работы, арестантские роты, многолетняя тюрьма, расстреливание, виселица – все, все пускается в ход, но потока революционной печати ничем задержать нельзя! Народ открыл глаза и он не хочет более довольствоваться теми поддельными знаниями и правдой, которыми его потчуют царские приспешники.
Мы, товарищи, тоже справляем сегодня праздник! Мы чествуем 50-летний юбилей нашего свободного типографского станка. Страшны, неизмеримы жертвы, которые приносились и приносятся ради него!
Пора, чтобы этих жертв не было! Пора, чтобы в России можно было открыто, а не тайно писать, печатать и читать обо всем. Нам нужна полная свобода печати, как хлеб насущий. Но нечего обманывать себя! Свобода печати несовместима с самодержавным правительством: для того, чтобы завоевать первую, необходимо свергнуть второе! Русский рабочий класс доказал, что свобода печати для него дороже, чем для кого бы то ни было! «Цензурные колодки» являются тяжелыми цепями, сковывающими наш народ! Эти цепи необходимо разбить!
В сегодняшний день – в годовщину 200-л. кабалы печатного слова – перед умственным взором нашим проносятся тени борцов за его свободу. Во имя этих дорогих теней, во имя лучшей доли рабочего люда, во имя блага и достоинства народа мы обязаны смело и открыто выйти на борьбу с самодержавным строем, с этим главным врагом свободы народа. Нам нельзя сложить оружия прежде, чем враг будет уничтожен!
Долой самодержавие!
Да здравствует свободное слово!
Да здравствует демократическая республика!

С.-Петербургский Комитет Российской Социал-Демократической Рабочей Партии.
С.-ПЕТЕРБУРГ.  ЯНВАРЬ 1903 Г.
ПРОЧИТАЙТЕ  И  ПЕРЕДАЙТЕ  ТОВАРИЩАМ.

Типография С.-Петербургского Комитета


Название листовки (или первая строка):
Весь добросовестный рабочий люд с прискорбием и душевной болью глядит на вражду между грузинскими и армянскими рабочими…


Название листовки (или первая строка):
№ 5. Киевский с.-д. листок. Ценные признания генерала Драгомирова

Текст листовки:
П р о л е т а р и и  в с е х  с т р а н, с о е д и н я й т е с ь!

КИЕВСКИЙ  СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ  ЛИСТОК
7-го января 1903 года.

Ценные признания генерала Драгомирова.

«Заповедей Христа никто не знает, даже и не учили,… обязанности часового и дневального знают» (140 стр. Приказ № 56 от 16 июня 1890 г.). «Заповеди Моисея солдаты знают все отлично, а заповедей Христа не знали даже фейерверкеры» (44 стр.). Так скорбит в своих секретных приказах ген. Драгомиров. А знает ли заповеди Христа сам командующий войсками? Всякому, кто читал «Солдатскую памятку» Толстого известно, как искажает Драгомиров евангельские тексты, поучая солдат, как согласовать учение Христа с требованиями дисциплины и страх Божий со страхом полицейским.
Уже двадцатое столетие идет с тех пор, как родился на свет Иисус Назареянин, проповедовавший мир и любовь, для которого убийство было величайшим грехом и который на кресте молился за спасение своих врагов. В памяти людей Иисус остался Сыном Божьим и Богом; в честь его построены храмы, и перед его изображением горят неугасимые лампады. Перед ними священники, служители Бога небесного и в еще большей степени Бога земного, возносят свои моления. О чем они молятся? «О покорити под  нози его (царя) всякие враги и супостаты». Они молятся о ниспослании победы над неверными. Они благословляют оружие и войска, отправляющиеся на войну; и лучшим украшением храмов Бога любви и мира нередко служат пушки, взятые у неприятеля после кровавой бойни.
Не только врагов внешних должны убивать солдаты. «Когда молодые солдаты в состоянии будут давать осмысленный ответ на вопрос о назначении солдата, тогда ротный командир выясняет им,  что врагом государя может быть не только иноземец, но и свои бунтовщики, воры и другие, не исполняющие законов и идущие против властей». Так говорится в составленной по приказания ген. Драгомирова «Подробной программе обучения молодых солдат пехоты» (Изд. 16. Киев 1900 г. 2 стр.). И это, конечно, главное. Войн с врагами внешними (если не считать китайцев, которых резали русские вместе с немцами, французами, англичанами, японцами; если не считать также той помощи, которую русские в 1897 г. оказали туркам в усмирении греков, Россия не вела уже четверть века и, вероятно, долго еще вести не будет.
Но войны с врагами внутренними делаются все чаще и чаще, и в них русское воинство всегда торжествует победу, - совсем не то, что в войнах с врагами внешними. Когда Россия в 1877-78 г вела войну с Турцией, страной во много раз слабейшей, то турки не раз одерживали победы. Так, главнокомандующий русской армией великий князь Николай Николаевич приказал во что бы то ни стало взять турецкую крепость Плевну к 30 авг., дню именин тогдашнего императора. Ничто не было готово для такого предприятия; тем не менее войска были поведены на приступ, и бессмысленный и бесполезный приступ был отбит со страшным уроном.
В именины царя для забавы его
Тридцать тысяч своих уложили. – 
Именинный пирог из начинки людской
Брат подносит державному брату.
А на родине ветер холодный шумит
И разносит солдатскую хату!
Только через 10 месяцев войны и ряда поражений русские одержали наконец победу.
Нелегко далась победа даже над плохо вооруженными разрозненными китайцами, среди которых своя своих не познаша, - когда одни китайцы помогли нам резать других китайцев, чтобы потом, в свою очередь, быть избитыми или подавленными нами. Наконец победа одержана нами, - и до сих пор мы за эту  победу платим по 3 коп. на каждой бутылке водки, по 5 коп. на каждом железнодорожном билете стоимостью выше 8 р. и несем некоторые другие налоги, наложенные специально для войны с Китаем и до сих пор не снятые.
Совсем иное дело – борьба с собственными, внутренними врагами. В марте 1889 г. два десятка политических ссыльных в далеком сибирском городе Якутске получили приказ ехать еще дальше на север за 1000 и более верст по снежной, совершенно безлюдной пустыне, им не дали даже собраться в дорогу. Они собрались вместе, чтобы обсудить свое положение. Им было приказано немедленно разойтись, а когда они не послушались, то на них двинули отряд войска. Произошло сражение, - и тут храброе православное воинство покрыло себя неоспоримыми воинскими лаврами. Шесть безоружных бунтовщиков – мужчин, женщин и детей было убито; в том числе 16-летняя девочка Гуревич поднята на штыки. Остальные взяты в плен, и трое повешены, другие посланы на каторгу.
Совершенно такие же легкие победы одерживает русское воинство, когда его посылают на рабочих, требующих прибавки нескольких копеек к заработной плате, удаления какого-нибудь издевающегося над ними мастера или сокращения рабочего дня. Такие победы были одержаны недавно в Ростове и на Тихорецкой, а перед тем в апреле месяце при усмирении бунтующих крестьян. В этом случае победа была особенно полная. После нее солдаты были расквартированы в побежденных деревнях, как во всякой побежденной неприятельской стране, и могли вволю тешиться над усмиренным неприятелем, вплоть до изнасилования женщин.
Каким образом может иметь место подобная гнусность? Ведь солдаты – дети и братья тех же крестьян, тех же рабочих! Каким образом солдат обращается не только в безгласное орудие власти, но даже хуже того, является сознательным помощником властей? Каким образом удается властям до такой степени разнуздывать его кровожадные, животные инстинкты и заглушать в нем голос сердца и рассудка?
Чтобы понять это, взгляните на то, как солдата воспитывают, что из него делают.
«Нужно помнить, что человек в строю – труп, и должен исполнять то, что ему приказывают, а не от печки и не умничая», - говорит ген. Драгомиров в циркуляре к офицерам от 24 июня 1891 г. «Избегайте как самого гнусного и вредного отмены приказания… этим подрывается доверие», - пишет он же в другом циркуляре (стр.57 сборника его циркуляров, раздаваемого «только офицерам»; на некоторых циркулярах красуется надпись: «оглашению не подлежит»). Солдатам предписывается: «Если видишь, что входит начальник, отвори дверь перед ним. Если начальник хочет снять шинель – помоги ему, а если надеть – подай ему» («Программа обучение солдат», стр.8). «Лучше лишний раз отдать честь, чем прозевать» (стр.10). Еще бы: всегда лучше перекланяться, чем недокланяться. «Жандарм потребует твоей помощи – помоги ему» (стр.17). Зачем же только сам ген. Драгомиров прячется от общества, издавая свои циркуляры тайно и делая на них надпись: «оглашению не подлежит»*). Ведь у кого совесть чиста, тому прятаться нечего. И чего боится генерал, когда предписывает солдатам: «купил или дали тебе книгу, - покажи отделенному; без подписи ротного командира не держи книг» (с.14).
Так обучают солдат, и жестокими наказаниями за малейшую провинность обращают их  в машины. Но дешево ли дается самим солдатам это обращение их в машины или в трупы, по удачному выражению ген. Драгомирова?
Не очень. Сам Драгомиров в тайном циркуляре от 27 февр. 1890 г. признает: «пища у нас, слава Богу, хороша, насколько позволяют средства, но в расходовании сил солдата мы не церемонимся. Мы деньги и пули считаем больше, чем людей». (Приказ № 330, 3 мая 1889 г.). «Нижние чины пасмурно смотрят, точно (!) им не совсем (!) хорошо живется», - жалуется с удивлением Драгомиров (стр.109 сборника циркуляров). В другом месте Драгомиров указывает на обычаи, установившиеся в армии. «К имуществу населения мы до сих пор не выучились относиться по-человечески: разобрать на дрова плетень, помять безо всякой надобности засеянное поле, попортить баштан или фруктовый сад, покормить лошадей на чужом лугу и помять некошеную траву мы, по-видимому, считаем делом самым естественным» (сбор. С.205). С откровенностью, допустимой лишь в секретном приказе, ген. Драгомиров продолжает: «… солдат сам только что был землепашцем, он отлично знает насколько обременительно для населения такое отношение к его имуществу, а мы портим его» (стр.206).
Таким образом, по откровенному признанию ген. Драгомирова, само начальство развращает солдата. 
Такого рода воспитание получает солдат, и этот характер воспитания признает сам генерал Драгомиров, командующий войсками целого округа. Такое воспитание делает, к сожалению, свое дело. Генералы и священники, генералы, которые как Драгомиров, кощунствуют, говоря солдатам: «Бог ваш генерал!» (в «Солдатской памятке»), и священники, которые кощунствуют, благословляя армию и оружие, достигают своей ближайшей цели; именем Бога и штыком, молитвой и нагайкой, кадилом и розгой поддерживать тот строй, который дает возможность немногим жить в дворцах в полнейшей праздности, заставляя до изнеможения работать других за медные гроши.
Неужели это никогда не кончится?
Это зависит от всех, и от нас в том числе. Из нашей среды вербуются солдаты, и если мы будем ясно понимать, откуда происходит все зло, то никакое кощунство и ложь Драгомировых и их товарищей в рясах и мундирах не одурманят наших детей и братьев.
_____________________________________________
*) Генерал обращает в своих секретных беседах с офицерами серьезное внимание на то, чтобы его намерения не стали широко известны: «… нельзя не обратить серьезного внимания на неуместную откровенность, а еще вернее халатность, - пишет он в секр. приказе № 76 4 апреля, - с которой отправлялись даже секретные бумаги. Нередко они получались распечатанными, так как открывались дорогой. … Если что из этого попадет в периодическую печать, будет бесчестно со стороны того, кто это сделает», - взывает он на стр. 79 к мундирной чести г.г. офицеров. «Мы мало умеем держать язык за зубами. Сведений доставлять не умеем; но болтать зря, не справляясь – ни что, ни перед кем болтаем, - это мы можем» (76 стр.). 
Обращаясь к человечности и гражданскому долгу г.г. офицеров, просим их сообщать нам текст того секретного циркуляра ген. Драгомирова, в котором он недавно предписал ротным командирам объяснять солдатам значение прокламаций.
Приезд Зубатова. Около недели тому назад в Киев приехал по делам службы чиновник особых поручений при министре внутренних дел известный Зубатов и его бывший сотрудник по Москве Сазонов, заменивший теперь Петербургского жандарма Пирамидова на посту начальника охраны. Как нам достоверное известно, все эти ищейки присланы в Киев минис. внутр. дел фон-Плеве со специальным поручением очистить Киев от вредных элементов и открыть нашу типографию; с ними вместе приехало одиннадцать испытанных агентов тайной полиции, начавших уже усиленную слежку. Деятельную помощь этим столичным гастролерам оказывают местные силы. В связи с учреждением в Киеве охранного отделения всерос. Начальником которого является Сазонов, киевская «политическая полиция» значительно увеличена: в минувшем декабре при каждом пол. участке прибавлено по 10 городов. и одному околоточн. для слежения за политическими. Остерегайтесь, товарищи, шпионов и провокаторов; готовьтесь к зубатовским хтростям; готовьтесь к обыскам и арестам!
______________________________
Присылка рабочими корреспонденций и писем весьма желательна; они будут напечатаны в ближайших «Листках» по возможности полностью.
Изд. Киев. Ком. Рос. Соц.-Дем. Раб. партии.


Название листовки (или первая строка):
Самарским рабочим, крестьянам и всему самарскому обществу

Текст листовки:
С А М А Р С К И М  Р А Б О Ч И М, КРЕСТЬЯНАМ И ВСЕМУ САМАРСКОМУ  ОБЩЕСТВУ
Самарский архиепископ Гурий, приехав на освящение церк¬ви в село Царевщину и не... найдя в ней никого, кроме древ¬них стариков и старух, сказал им укорительное слово. В своей речи он упомянул о каких-то самозванных учителях. Что же это за «самозванные учителя»? По-видимому, это те, кто говорит с народом не по приказанию начальства, а даже вопреки этому приказанию. В качестве представителей Российской социал-де¬мократической рабочей партии, мы, Самарский комитет этой пар¬тии, объявляем господину архиепископу, что за свое право гово¬рить народу правду мы платим дорогой ценой — тюрьмой, ссыл¬кой, гонениями и лишениями, а архиереям и священникам за их правду правительство платит жалованием и обеспечением до¬хода с населения посредством принуждения его к исполнению обрядов под угрозой наказаний и преследований. Они называ¬ют нас сынами погибели, но прежде чем ответить на это обви¬нение, мы рассмотрим, что за спасение, которое готовят народу они. Они предлагают ему искать утешения у церкви. Но утеше¬ние — плохое лекарство от мучений голода и других лишений. Сам основатель христианской религии Христос не утешал только голодных, но и кормил их. А они? Уделяли ли они на¬роду что-либо из своих доходов? Нет, они только брали и бра¬ли с народа и продолжают брать, не брезгуя последним кус¬ком хлеба. А взамен забранного у народа учат его терпению и смирению перед властями. Пусть страдает народ, пусть
закрывает глаза на все, что с ним делают. Беспомощность и не¬вежество  заставляют его надеяться  на  чудеса, которыми так бесцеремонно торгуют  попы.  А  мы,  сыны  погибших, не  видя чудес нигде,    зовем народ к борьбе   за лучшую долю, думая, что под лежачий камень и вода не течет. Преосвященный гово¬рит,  что  мы   призываем   народ   к  своеволию.   Неправда!   От своеволия к свободе зовем мы народ. Своеволия и произвола слишком много в русской жизни. Своеволие царя н министров, издающих законы в пользу богатых и знатных и во вред бед¬ным  и слабым,  облагающих бедняков непомерными  податями и  налогами для  удовлетворения  прихотей  богачей;  своеволие чиновников,   сидящих   на   шее   у   народа   и   кормящихся   на его счет: полиции, жандармов, этой шайки бездельников, над¬зору  которых правительство  поручает домашнюю, обществен¬ную жизнь русского человека; своеволие земских начальников, наблюдающих за тем, чтобы крестьяне  не выходили из зави¬симости кулаков   и   помещиков, своеволие  солдат  и казаков, направляющих ружья  и нагайки на  народ;  своеволие  попов, заставляющих всех верить по ихнему: не словом убеждения, а силой; своеволие фабрикантов, заводчиков и помещиков, кото¬рым наши законы позволяют морить рабочих непосильной рабо¬той, платить нищенскую плату и облагать штрафом. Своеволие это прекратится только тогда, когда народ добьется политической свободы. Издавать законы и назначать подати будут тогда не царь и министры, а   выбранные всем народом    лучшие люди земли, каждый чиновник будет назначаться и меняться  наро-дом   и  ему  служить.  Все действия   и   распоряжения   властей будут подлежать свободному обсуждению — и устному, и пе¬чатному  (свобода слова и печати). Для защиты своих закон¬ных интересов  против  произвола властей  —  и  корыстолюбия и алчности частных лиц — все будут иметь право собираться и соединяться друг другом (свобода собраний, стачек и сою¬зов); каждый будет иметь право верить по-своему и открыто заявлять о своей вере (свобода веры и убеждений). Вот к этой-то свободе мы и призываем народ.
Кроме своеволия, мы, по словам архиепископа, еще призы¬ваем народ к грабежам. Мнение такое он составил на осно¬вании правительственного сообщения о бунте полтавских ч харьковских крестьян. Не о грабежах, а о прекращении их думаем мы. Открыто заявляя, что при так называемом осво¬бождении крестьян от помещичьей власти они были нагло ог¬раблены (громадная часть земли оставлена за помещиками, за другую часть, также извека принадлежащую крестьянам, они уплатили правительству и продолжают платить чудовищ¬ные по размерам выкупные платежи). Мы требуем возвраще¬ния крестьянам отрезанной у них земли и всех уплаченных ими выкупных платежей и уничтожения всех вообще повинностей н податей, лежащих на мелкой земельной собственности, это-
го налога на нищенскую суму, и приглашаем народ требовать похищенное у него и не допускать себя больше обворовывать.
Мы, социал-демократы, пришли к убеждению, что насилие и обирание трудящегося большинства меньшинством тунеяд¬цев не прекратятся, пока не исчезнет самый худший вид кра¬жи — кражи рабочей силы, здоровья и жизни рабочих, еже¬дневно открыто производящейся на всех заводах, фабриках, мастерских и во всех помещичьих имениях, и призываем рабо¬чий народ к трудной и долгой борьбе за социализм, то есть за такой строй жизни, при котором все орудия труда (земля, фабрики, заводы) и все плоды труда будут принадлежать са¬мим рабочим и только им одним, когда не будет ни рабов, ни господ, ни слуг, ни хозяев.
Да здравствует социализм и политическая свобода, да по-гибнут все насильники и лицемеры, подавляющие и затемняю¬щие народное самосознание!
Самара.


Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Российская социал-демократическая рабочая партия. КТО ПРИДУШИЛ НАС.
Борьба ростовских рабочих против капиталистов и самодер-жавия вызвала у всех наших товарищей сочувствие. Отовсюду— из-за границы, из Сибири, из Петербурга, Екатеринослава, Воронежа — наши товарищи шлют нам привет и собирают деньги для пострадавших. От нас ждут новых подвигов, новой борьбы против врагов рабочего класса — капиталистов и самодержавия. И наша обязанность теперь — оправдать надежды наших товарищей, которые ведут борьбу против тех же врагов. Приготовиться ко второй схватке с врагами — вот наша первая, ближайшая задача теперь. А для того, чтобы лучше приготовиться, нам необходимо посмотреть, каким урокам научила нас стачка и как лучше всего бороться с самодержавием и капиталистами. Этим мы и хотим теперь заняться.
Многие ростовские товарищи думают, что враги победили нас. Это неверно, потому что для наших врагов победить — зна-чило бы с корнем вырвать из наших голов мысль о политиче¬ской свободе и затушить в наших сердцах святой огонь борьбы. Но разве врагам удалось это? Разве не больше мы любим теперь свободу? Разве не -ярче горит в наших сердца великий огонь борьбы? Разве не смелее, чем в первый раз, мы пойдем в новый бой с врагами? Где же победа? Кто победил? И разве мы, с своей стороны, не придушили Владикавказскую дорогу, разве не больно ударили мы ее по карману нашей стачкой? Разве мы не заставили задрожать всех самодержцев?..
Ясно, о победе здесь говорить нечего. Никто не победил и никто не побежден. Первое сражение окончилось, но борьба за-горится вновь. Но разница между нами и нашими врагами та, что мы после каждой борьбы выходим все более сильными, а они с каждым разом слабеют. Мы придушили врагов, они придушили нас. Теперь нам нужно разобраться, кто же именно, придушил нас, какой враг — капиталисты или самодержавное пра¬вительство?
Первые — капиталисты — не страшны нам: хорошей дружной стачкой мы всегда можем заставить их удовлетворить наши требования. Так было и во время нашей стачки: и железная до¬рога, и все фабриканты, и заводчики готовы уже были удовле-творить часть наших требований, и если бы не вмешалось само-державное правительство-, то рабочие добились бы многого.
Но правительство прислало сюда тысячи казаков, и солдат, массу жандармов, полиции и всякого начальства не для того, чтобы защитить рабочих от обмана капиталистов, а чтобы на-гайками и пиками загнать их в мастерские, в фабрики и заводы. "Против рабочих были все министры, все чиновники, все началь-ство и даже сам царь, назначивший генерала Плеве (двоюрод¬ного брата министра) командовать избиением рабочих. Прави-тельство! было против рабочих только потому, что они — рабо-чие; правительство, не разбирая, кто прав и кто виноват, вступи-.лось за капиталистов. И в угоду капиталистам правительство проливало в Ростове и в Тихорецкой невинную кровь, избивало безжалостно рабочих, хватало и выселяло стачечников, напол-няло ими тюрьмы и участки, запугивало и подавляло всякими способами рабочих. И когда железная дорога уволила мастеров Вицкезича и Чернявского, то товарищ министра фон-Валь приказал принять их вновь, чтобы не делать рабочим поблажки. На заводе «Аксай» инженер Сергеев говорил рабочим: «Толь¬ко посмейте не слушаться нас, только вздумайте бунто¬вать, так мы вам покажем... Сейчас же составим описок неблагонадежных и передадим в полицию. И сколько мы пожелаем, столько человек будет засажено в тюрьму, а, может," .и в Сибирь сошлют».
Вспомните все это, товарищи, и ответьте на вопрос: «не яс¬но ли, что самодержавное правительство, т. е. царь, министры, губернаторы, жандармы, фабричные инспектора и полиция, — наши заклятые враги; не ясно ли, что от самодержавия рабочие не могут ждать ничего, кроме зверств и наглого обмана: не ясно ли также, что не капиталисты придушили нас, а придушило нас самодержавное правительство?
Ответ может быть только один: самодержавное правитель-ство — наш заклятый враг и всегда будет душить нас. Мы ни-когда ничего не добьемся, никогда не завоюем себе лучшей жизни, пока существует царское самодержавие, пока у нас нет свободы собраний, свободы слова, свободы печати, свободы ста-чек и свободы союзов. Наш главный враг, которого прежде всего нужно уничтожить,—самодержавие, а когда оно будет унич-тожено, то мы справимся и с капиталистами и добьемся лучшего положения.
 Поэтому главная наша цель теперь — свергнуть царское самодержавие и завоевать себе политическую свободу.
Нас опросят, быть может: почему же самодержавное правительство — враг рабочих, почему царю и министрам так ненавистно стремление рабочих улучшить свое положение и добиться политической свободы?
На эти вопросы мы ответим в следующем листке.


Подпись под листовкой:
Комитет рабочей организации "Союза борьбы за освобождение рабочего класса"

Текст листовки:
Союз борьбы за освобождение рабочего класса
СПБ. Комитет Российской Социал-демократической Рабочей Партии

С  НОВЫМ  ГОДОМ, ДОРОГИЕ  ТОВАРИЩИ. Истекший год канул в вечность, но в нашей памяти живы все события, которыми он был особенно богат. Одних эти события повергли в бесконечное уныние, - у других, наоборот, события прошлого года укрепили надежду на лучшее будущее. Да, для нас, рабочих, прошлый год имел громадное значение – он показал ту скрытую энергию, которая до поры до времени таится в рабочем классе и при первом толчке вырывается наружу, разрастаясь в грозную силу, способную разрушить на пути своем все препятствия. Стоит вспомнить весну с ее многочисленными рабочими демонстрациями, с ее повсеместным глухим брожением среди рабочих и крестьянства, перешедшим во многих местах в открытое восстание, - стоит вспомнить не менее богатые подобными же событиями лето и осень, чтобы окончательно убедиться, что рабочее движение в России сделало громадные успехи и настолько окрепло, что в недалеком будущем сможет стать лицом к лицу со своим врагом – буржуазным правительством, и открыто вызвать его на решительный поединок. Да и теперь уже, товарищи, оно переживает моменты крайнего замешательства, бросаясь от одного средства к другому, чтобы усмирить нас: сегодня предлагая нагайки и розги, а на завтра предательские Иудины поцелуи в виде зубатовщины. Но пролетариату, содержащему своим трудом капиталистов, чиновников и всех прочих дармоедов, служащему основанием жизни для всех и вся, не пристало класть оружия к ногам врага. Мы не хотим быть больше покорными рабами. Мы поняли наше положение, поняли, кто наши истинные друзья и враги, и открыто, с полным сознанием своей силы и законности наших требований, вступим в последнюю битву с нашим злейшим врагом – правительством. Организации наши крепнут, движение растет, и мы с удвоенной энергией будем бороться в этом новом году за политическую свободу, чтобы расчистить  путь в светлое царство социализма.
Итак, смело вперед, рабочий народ. Пожелаем всем нашим братьям по духу и работе высоко и гордо нести наше Красное Знамя – залог свободы и счастья для всего человечества. ДА  ЗДРАВСТВУЕТ  РЕВОЛЮЦИОННОЕ  СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ  РАБОЧ. ДВИЖЕНИЕ.

КОМИТЕТ  РАБОЧЕЙ ОРГАНИЗАЦИИ				СПБ. Январь.


Подпись под листовкой:
Томский комитет Сиб[ирского] с.-д. Союза


Название листовки (или первая строка):
Отчет о деятельности Донского комитета РСДРП за тысяча девятьсот второй год


Подпись под листовкой:
Томский комитет Сибирского с.-д. союза-комитета


Название листовки (или первая строка):
Заявление бывшей Нижегородской с.-д. организации


Подпись под листовкой:
Лодзинский с.-д. комитет Королевства Польского и Литвы


Текст листовки:
Ко всем саратовским рабочим
Товарищи рабочие!

Последние годы русской общественной жизни ознаменовались рядом крестьянских волнений, происходивших во многих местностях России.
Крестьянские волнения были в Воронежской, Тамбовской, Пензенской, Самарской губ., захватили Черниговскую, Екатеринославскую, Херсонскую, Киевскую губернии, Кубанскую область, и, наконец, весною этого года они разразились грандиозным крестьянским восстанием в Харьковской и Полтавской губерниях. Крестьяне этих губерний, доведенные до отчаяния малоземельем, непомерно высокими налогами и голодом, после безуспешных попыток получить продовольственную ссуду от правительства и помещиков, восстали в количестве нескольких десятков тысяч, отобрали у помещиков зерно и скот и, в некоторых случаях, присоединили их земли к своим.
Ответ правительства известен: жестокая расправа царского опричника Оболенского, обычные последствия солдатских и казацких постоев – полное разграбление деревень и изнасилование женщин, взыскание в 800 тысяч, наложенное на крестьян с царского соизволения. Шемякин суд над 1039 крестьянами – вот и все, чем накормило царское правительство изголодавшихся крестьян.
Летом этого года происходили волнения и в нашей Саратовской губернии. Крестьяне села Хованщина Сердобского уезда жестоко избили местную полицию, волостного старшину и станового пристава, вздумавших в поисках за крамолою отобрать сундук с земельными документами у доверенного сельского общества. В с.Макарове Балашовского уезда крестьяне вступили в бой с казаками, присланными на ярмарку на случай беспорядков, и некоторых из них ранили. В с.Глебовке того же уезда крестьяне собирают сход и делают постановление: обязать местных землевладельцев понизить арендную плату с 15 до 5 руб.
Все эти волнения, происходившие в разной степени во многих местах России, показывают, что и крестьянскому долготерпению приходит конец. Не тому следует удивляться, что у нас возникли крестьянские волнения, а тому, что их так долго не было. Русское царское правительство, правительство богатых классов и тунеядцев, создало в деревне настоящий ад, «предоставивши крестьянам право» выбираться из этого ада, как они сами знают. При освобождении крестьян (приступить к которому царское правительство было побуждено растущими крестьянскими волнениями) царское правительство постаралось в интересах господ дворян отобрать часть крестьянских земель в пользу помещиков. Так, например, в Казанской, Воронежской, Саратовской , Псковской, Новгородской и Симбирской губерниях крестьяне до «освобождения» имели в пользовании 5 миллионов 985 тысяч десятин; из этого количества было отрезано после «воли» 1 мил. 200 тыс. дес., т.е. более одной шестой части.
Урезавши крестьянское землевладение, царское правительство взамен этого наградило крестьян налогами. Оно заставило крестьян за их же землю заплатить господам помещикам выкуп, и притом настолько дорогой, что во многих местностях он в два или три раза превышал стоимость земли, чтобы удовлетворить волчьи аппетиты господ дворян, крупных фабрикантов, чиновников. Царское правительство ввело и с течением времени все повышало налоги на предметы потребления: водку, сахар, чай, табак, керосин, спички и проч. Оно довело обложение этих продуктов до такой степени, что средней крестьянской семье приходится платить ежегодно до 70 руб. одних этих налогов. Стремясь обеспечить господам землевладельцам дешевых рабочих и дорогих арендаторов, царское правительство всячески стесняло переселение крестьян на свободные земли. В последнее время оно разрешало переселение только тем крестьянам, которые имеют не менее 300 руб. В то же время оно раздавало эти земли чиновникам, дворян и всем своим прислужникам. Прекрасно понимая, что только невежество препятствует крестьянину уразуметь хитрую механику, устроенную для его ограбления, царское правительство решило не допускать крестьянина «до света знания» и этим мешало крестьянину улучшить свое хозяйство, повысить урожаи. Царское же правительство создало целую систему бесправия крестьянской личности, отдало крестьянина на произвол министров, губернаторов, земских начальников, полиции и сельских властей. На месте помещичьего крепостного права было создано государственное крепостное право. Русский крестьянин до сих пор не имеет права свободного передвижения, так как паспорт выдается ему только с разрешения земского начальника и сельских властей; крестьянин может быть отдан на принудительные работы; сельский староста, волостной старшина, земский начальник сажают его под арест без суда и следствия на срок от 2-х до 3-х дней.
По приговору сельского общества, всецело находящегося в руках земского начальника и администрации, крестьяне ссылаются в Сибирь. Наконец, если в прежнее время помещики пороли своих крестьян, то теперь эту роль исполняют волостные суды и земские начальники, а также добрые царские молодцы – опричники, вроде Оболенского и Энгельгардта. Одним словом, царское правительство создало в деревне настоящий ад. Из этого ада крестьянин сначала пытался бежать, против этого ада в настоящее время он протестует. Близок уже тот момент, когда крестьяне поймут, что только в том случае они выйдут из этого ада, что только в том случае их интересы будут обеспечены, если законодательная власть будет находиться в руках всего народа, то есть в руках законодательного собрания представителей, избираемых всеобщей и тайной подачей голосов.
Приветствуйте же, рабочие, нового союзника в деле политического освобождения трудящегося люда. Борьба против всякого рода экономического и политического гнета – ведь это наша задача. Законодательное собрание и всеобщая подача голосов – одно из наших основных требований. В тот момент, когда крестьяне окончательно поймут правительственную хитрую механику, они соединятся с нами в общей политической борьбе, и ружья солдат-крестьян, направленные теперь против нас, обратятся против наших общих с ними врагов и насильников, против царских опричников-башибузуков.
		Саратовский Комитет Российской Социал-демократической
								Рабочее Партии.
Товарищи, читайте и передавайте другим!


Название листовки (или первая строка):
Ко всем работникам и работницам пробочных з-дов г.Одессы

Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ   РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех  стран,  соединяйтесь
КО ВСЕМ РАБОЧИМ И  РАБОТНИЦАМ ПРОБОЧНЫХ ЗАВОДОВ г. ОДЕССЫ
Товарищи!  Говорят, всякому терпению есть конец; наше¬му же терпению, кажется, не предвидится конца, а уж нам ли не приходится выносить и от хозяев, и их прислужников все-возможных унижений, оскорблений, издевательств и самой наглой эксплуатации. Работать нам приходится при самых ужасных условиях, когда не только к нашему здоровью, на даже и к жизни относятся с самым преступным легкомыс¬лием, лишь бы сберечь хозяину лишний грош. Вы все еще помните, как недавно молодой инженер, радея о хозяйской копейке, заставил двух наших товарищей, настилавших проб¬ковые полы (на Большом фонтане), лечь спать в той же ком¬нате, где они работали, комнате, наполненной угаром, неиз¬бежным при нашей работе; к утру одного из них нашли мерт¬вым. И это преступление прошло совершенно безнаказанно и для хозяина и для его верного слуги! Получаем мы за свой каторжный труд буквально гроши, на которые жить по-чело¬вечески, не терпя голода и холода, положительно невозмож¬но. Девушки на заводе Арпса за 2 недели 13-часовой еже¬дневной работы получают 3—4 рубля. Хозяин него верные слу¬ги пользуются всяким случаем, чтобы уменьшить и без того-скудный наш заработок. Произвольные штрафы и вычеты сыплются на нас, как из рога изобилия, без всяких поводов, по прихоти какого-нибудь негодяя Ивана или заведующего Леви, Шапира и др. Девушка просит мастера исправить ис¬портившуюся бормашину, мастер осыпает ее отборной руга¬нью: «Ступай к черту, недавно ведь исправляли», девушка продолжает резать на испорченной машинке, пробки выходят неровные, нечистые, приемщик их не принимает. Идет она жаловаться Арпсу, тот ее штрафует на 50 коп.: «не режь на испорченной машинке». За ножи, которые по хозяйскому ра¬счету должны вырезывать 20 тысяч, в действительности вы¬резывают 7-10 тысяч, высчитывается по 40 копеек, а цена такому ножу всего 15 копеек. Штрафуют за все, штрафуют и за «грубость начальству». Мастер Иван, проходя мимо стояв¬шей в стороне от машины работницы, крикнул ей: «Ступай на место, слободка». Девушка, ответившая ему: «Сейчас, молда-ванка»,— была оштрафована на 50 копеек за «дерзость».
Ведь «с миру по нитке — голому рубашка», и .шьют себе разные Арпсы, Юлиусы и др. на наши кровные копейки шел-ковые рубашки, строят дома, живут в роскоши и праздности»
Большая половина нашего времени уходит на просьбы, на ожидание, на хождение от одного мастера к другому. Ленты для работы ждешь два часа и больше, полтора часа режешь и опять жди. Наберется полный ящик обрезков, сдаешь их мастеру, он найдет два-три куска хороших, опять просматривай, опять ходи к нему просить, чтобы он их принял.
Но нашим грабителям этого показалось мало. Недавно после годового отчета на заводе Арпса на одном ящике сбавили 20 коп., на другом — 10 коп., а взамен этого на другой работе набавили всего 2 коп. Раньше в кусочных за ящик платили шестьдесят коп., потом пятьдесят пять коп., а те-теперь сорок коп. При сдаче мастера «утрушивают» ящик на тысячу пробок каждый и больше. Некоторые мастера, осо-бенно Павел и Иван Кривоногий, не довольствуясь руганью, стали пускать в ход резину, подгоняя ею работниц так, что они несколько дней чувствуют руку начальства.
Живя   в этом   аду,   невольно спрашиваешь себя,   неуже-ли  же мы  настолько  потеряли уважение к себе, настолько сами чувствуем себя забитыми рабами, какими-то вьючными животными,   что уже   не способны к протесту, не  способны завоевать себе  более  сносное  существование,  не   способны заставить наших эксплуататоров относиться к нам с уваже¬нием, признать в нас  людей, сознающих свое человеческое достоинство  и не позволяющих унижать и оскорблять его? В значительной степени мы сами виноваты в таком позорном обращении с нами, мы еще не сознали ясно, во-первых, всей унизительности такого положения—сознательный рабочий не позволит так обращаться с собой, во-вторых, мы не сознали еще, что бороться против таких порядков мы можем только сообща, объединившись с товарищами. Против нас и хозяева-предприниматели, и  правительство, защищающее их интере-сы, готовое всегда напустить на нас своих ищеек — полицию и жандармов, против силы мы должны выставить тоже силу. Союзников  у нас  нет, надеяться нам, кроме  как на самих себя, не на кого, поодиночке, неорганизованные, мы не спо¬собны к борьбе с таким врагом, наша сила в единении, только соединившись все вместе мы образуем грозную силу, способ¬ную вступить в борьбу за лучшее будущее со своими врага¬ми — капиталистами и  правительством.  Теперь   мы   догова¬риваемся с хозяевами поодиночке и, конечно, голодному рабо¬чему приходится соглашаться на условия, предлагаемые ему сытым хозяином, за спиною которого стоит правительство с его штыками и нагайками.
Нашими законами строго запрещаются не только союзы рабочих, но даже временные собрания, на которых мы захоте¬ли бы сообща потолковать о наших интересах, бедствиях и способах избавиться от этих бедствий. Всякий раз, как мы намерены вступить в борьбу с капиталистами, устроить стач¬ку, правительство тут как тут со всеми своими темными, грязными слугами — полицией, жандармерией, сыщиками, фабричными инспекторами, а зачастую и солдатами, нашими братьями, которых оно дисциплиной и муштровкой в два-три года превращает в каких-то зверей, готовых растерзать каждого, на кого их выпустят. Не далее как в ноябре ростовским нашим товарищам, 
выставившим   требование улучшения   своего  положения,  от¬ветом были пули и нагайки.
Пока существует наше самодержавное правительство, мы лишены всякой возможности бороться за улучшение своего положения. Если мы не хотим, товарищи, вечно оставаться жалкими рабами, над которыми могут издеваться всякие Иваны, Левы и прочая челядь, мы прежде всего должны стать сознательными людьми и примкнуть к рядам рабочей армии, уже вступившей в борьбу с нашим главным врагом — царским правительством, мы должны всегда помнить, что, только свергнув иго этого правительства, завоевав полити¬ческую свободу, мы завоюем поле для открытой борьбы с нашими эксплуататорами-капиталистами, добьемся возмож¬ности бороться за наше лучшее будущее, за социалистиче¬ский идеал, несущий свет, свободу и счастье всему рабочему классу.
Долой самодержавие и да здравствует политическая сво-бода!
Одесский комитет Российской
Январь 1903 г.	социал-демократической рабочей партии


Текст листовки:
РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ   РАБОЧАЯ ПАРТИЯ
Пролетарии всех  стран, соединяйтесь!
К РАБОЧИМ  САХАРНОГО ЗАВОДА БРОДСКОГО
В тяжелых условиях приходится жить и работать рус¬скому рабочему люду. Тяжелее других живется нам, рабо¬чим сахарных заводов. Обливаясь потом, облепленные лип¬кой патокой, задыхаясь в пятидесятиградусной жаре в су¬шильных отделениях, вырабатываем мы для наших хозяев десятки и сотни миллионов. Оглушенные вечным стуком и грохотом машин, обессилевшие от 12-часового каторжного труда, возвращаемся мы в душные, затхлые казармы и за¬сыпаем мертвым, нездоровым сном.
Нет у нас ни отдыха, ни праздника, смену за сменой по-глощает мрачное здание фабрики, чтобы через 12 часов вы-бросить ее усталую, изнеможенную. И так проходит вся жизнь, без радостей, без веселья, в неустанном тяжелом тру¬де. Пройдут годы, здоровье потеряно, нет больше сил работать, и ты хозяину больше не нужен: он выбрасывает тебя на улицу, как собаку, умирать с голоду; ему нужны свежие молодые силы, чтобы опять выжимать из них соки — и он посылает своих прислужников по деревням набирать здоро¬вых, крепких парней, которых нужда гонит из дома.
Вырабатывая хозяину миллионы, мы сами получаем жал-кие гроши, едва достаточные для того, чтобы не умереть с голоду. У нас, на заводе Бродского, рабочий получает 42 и 62 коп. в день, да и то из этой жалкой платы высчитывают 10 коп. «залоговых» да столько же всяких штрафов и выче¬тов. Когда же мы сделаем малейшую попытку выбиться из этого ужасного положения и, бросив работу, потребовать его улучшения, правительство с его жандармами и казаками спешит на помощь хозяину и под угрозой тюрьмы и нагаек заставляет опять браться за работу.
На днях, когда один из рабочих завода Бродского про¬сил управляющего выдать ему перед праздником «залого¬вые», управляющий побил его и вытолкал в шею: «Нечего тебе праздновать, пухни в казармах». Оскорбленный рабочий бросился в казарму к товарищам, прося у них защиты. 200 бывших в казармах рабочих тут же решили прекратить работу и требовать трех смен и повышения платы до 1 рубля и лучшего обращения с рабочими. Часть рабочих ночной смены присоединилась к товарищам, часть их пришлось за¬ставить прекратить работы. Управляющий отказался удов¬летворить предъявленные ему требования. Прибывший по приглашению администрации завода фабричный инспектор потребовал возобновления работы; тогда двести рабочих за¬явили расчет и потребовали возвращения «залоговых»; со¬гласившийся было на это фабричный инспектор после перего¬воров с хозяином наотрез отказал рабочим в расчете и грубо приказывал возобновить работы. Рабочие настаивают на своем требовании. Тогда появляются во дворе триста го¬родовых, казаки и солдаты во главе с полицмейстером и це¬лой сворой околоточных надзирателей, каждого рабочего грубо хватают за горло и спрашивают: «Чего хочешь — в тюрьму или на работу?» И того, кто отказывается идти на работу, казаки бьют из всей силы нагайками и избитого, ис-терзанного отправляют в участок, где ожидают его новые оскорбления, новые побои. Около сорока человек арестова-но, около шестидесяти уже выслано на родину. Товарищи! Усердные слуги царского правительства постарались сами открыть вам глаза, следы царских нагаек на ваших спинах ясно говорят вам, кто ваши враги. Лишь только вы попробо-вали вступить в борьбу с вашими эксплуататорами-хозяева-ми, в их защиту выступили послушные воле богачей царские чиновники и, как рабов, нагайками погнали вас на работу. 
Западные наши товарищи давно уже добились права сво-бодно обсуждать свои нужды и дела в собраниях, в газетах, вести борьбу с хозяевами путем стачек, составляющих не-отъемлемое право рабочих. Рабочие на Западе (в Германии, Франции, Англии и других государствах Запада) давно уже посылают своих представителей в парламенты (собрания вы-борных от народа, которые издают законы и правят страной и в которых они защищают интересы рабочих). Товарищи! Пока существуют хозяева и рабочие, пока земля, фабрики и заводы принадлежат отдельным капиталистам, до тех пор будет существовать эксплуатация труда капиталом, до тех пор мы принуждены будем продавать свой труд и своим по¬том и кровью создавать богатство разным бродским и другим капиталистам. Но настанет пора, когда не будет ни бедных, ни богатых, когда всякий будет иметь право и возможность трудиться, не изнывая от непосильной работы, настанет тот строй, который называется социалистическим. На пути к это¬му светлому будущему стоит у нас самодержавное правитель¬ство, которое бросает в тюрьмы, ссылает в Сибирь, избивает нагайками всех тех, кто подымает знамя свободы, кто борет¬ся за лучшее будущее рабочего класса. Идите же в наши ряды, в ряды революционной социал-демократии, и мы дружно и смело будем вести борьбу против врага всего русского на¬рода, дабы завоевать себе свободу, бороться с нашими хо¬зяевами-эксплуататорами за лучшее будущее рабочего класса.
Долой самодержавие!
Да здравствует политическая свобода!
Да здравствует 8-часовой рабочий день!
Одесский комитет Российской
социал-демократической рабочей партии
Типография   Одесского   комитета Январь 1903 г.


Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь! КО ВСЕМ КИЕВСКИМ САПОЖНИКАМ
Товарищи! Ваше положение, ваша жизнь с каждым новым днем становится все мрачнее и мрачнее! Вас окружает мрак и гнет, со всех сторон идут на вас враги — капиталисты и хозяева, вас калечат, обирают, платят грошами за ваш каторж- ный труд, и в конце концов выбрасывают голодными на улицу. Сколько унижений терпите вы от капиталистов, сколько руга¬тельств от ваших хозяев, и вы молчите, и вы можете молчать!
Возьмите, например, ту же сапожную мастерскую Штольц-мана. Мы видим здесь полное порабощение, полное униже¬ние наших товарищей — сапожников, полный произвол со стороны хозяина и хозяйки, делающих из мастеровых са-пожников своих покорных рабов. И это всюду так. Всюду богатые пользуются нашим трудом, а сами, сами живут без труда, в роскоши и богатстве. А скажите вы свободное слово о вашей нужде, на вас набросятся царские башибузуки — по-лиция, шпионы, жандармы, вас будут пытать допросами, му-чить в тюрьмах, ссылать в Сибирь. Соберитесь вы поговорить о вашей жизни, попробуйте заявить громко, ничего не боясь, о ваших требованиях, вас будут бить казаки, стрелять солда¬ты, правительство не будет жалеть вашей крови. В России нет свободы рабочему классу, нет свободы слова, печати, собраний, здесь нет неприкосновенности личности. У нас стра¬ной управляет не народ, как за границей, а деспот-царь и его правительство. И царскому правительству нужно и выгодно такое положение, когда оно из нас может делать своих рабов. Правительство боится, что свободное слово дойдет до рабо¬чего человека, что он узнает, наконец, где его враги. Прави¬тельство знает, что рабочий класс поднимется тогда на своих врагов, как грозная буря снесет он все, уничтожит бесправие, произвол и угнетение, устроит новую, лучшую и светлую жизнь, в которой трудящийся может жить свободным и силь¬ным. И правительство боится этого. В печати, в газетах и кни¬гах оно запрещает говорить об этом, наших товарищей рабо¬чих и наших друзей, приглашающих нас бороться за лучшую жизнь, оно отправляет в тюрьмы и Сибирь. Нас окружают шпионы, жандармы и полиция, нас оно держит в невежестве, нас отдают во власть капиталу и богачам, нас оно отдает в солдаты, заставляет убивать наших отцов и братьев. Это не жизнь, а унижение, это не выбранное народом справедливое правительство, а кучка тиранов, разбойников, угнетателей.
Нам нужно бороться, бороться до последней капли крови, в борьбе мы потеряем наши цепи и завоюем свободу. И ра-бочие знают это, уже давно все рабочие всего мира и всей России соединяются в сильные социал-демократические рабо¬чие партии. Партии эти выступают против правительства, против гнета капиталистов, партии эти требуют полного осво¬бождения рабочего, перехода всех фабрик, заводов, мастер¬ских и всех капиталистических предприятий в руки рабочих, тогда наступит новая жизнь на новых началах, при полной свободе, при светлых условиях.
«И настанет година свободы, Сгинет зло, сгинет ложь навсегда, И сольются в одно все народы В царстве вольном святого труда!» 
Этот общественный  строй   называется  социал-демократи-ческим. И в   России   есть   социал-демократическая   рабочая партия. С каждым днем к ней присоединяются новые рабочие, рабочие разных фабрик, заводов, мастерских, различных ре-месел, и партия все растет и растет. Прошлой зимой во всей России в разных городах рабочие выходили на улицу, грозно выступали против самодержавного правительства и могучим эхом разливались  их голоса: «Долой деспотизм! Долой  са-модержавие! Да здравствует рабочий класс! Да здравствует социализм и политическая свобода!».
И к многим новым рабочим проникли эти святые, свобод¬ные слова, много новых товарищей увидели и узнали своего злейшего  врага — царское  правительство,   и  мы становимся все сильнее и сильнее. И чем больше нас, тем мы сильнее. Мы должны идти рука об руку дружно и смело на царское правительство,   мы   должны вербовать в свои   ряды   новых друзей,   новых   рабочих   и   всех   тех,   кому    дороги    сча-стье и жизнь рабочего класса. Мы должны открывать глаза всем рабочим, должны помогать   нашим   товарищам,   внося свет сознания и необходимость борьбы за нашу жизнь и сво-боду.
И это наш долг перед лицом всех рабочих, это  должно
быть нашей мыслью и стремлением.
Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии
19 января 1903 г.


Название листовки (или первая строка):
К томскому обществу. Бюллетень № 4 стачки типографщиков


Название листовки (или первая строка):
К рабочим инструментального казенного з-да

Текст листовки:
ПЕТЕРБУРГСКИЙ  КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ  СОЦИАЛ-
ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ  РАБОЧЕЙ  ПАРТИИ

К  РАБОЧИМ  ИНСТРУМЕНТАЛЬНОГО  КАЗЕННОГО  ЗАВОДА

Товарищи! Все люди на свете живут для своего удовольствия, для своего счастья. Но все ли одинаково счастливы и довольны? Товарищи, к сожалению, нет. В нашем мире есть и богатые, есть и бедные: иные живут в полном довольстве, праздности, роскоши – иные в грязи, холоде, голоде, всю свою жизнь умирая медленной смертью от лишений. Одни блаженствуют, другие страдают. Одни пресыщаются, другие голодают. Одни пьянствуют и развратничают от безделья, другие пухнут от голода, мрут от истощения, не имея куска хлеба и лишней копейки в запасе на черный день. Но почему же, спросите вы, так много на нашей земле страданий, стонов и проклятий? Почему наша жизнь так несчастна, так нерадостна, почему в ней нет ничего для нас хорошего и привлекательного? Товарищи, все это потому, что мы безвластны и бесправны, потому что мы находимся в рабстве у наших хозяев капиталистов, на нашем заводе – у царского правительства, - потому что мы в современном строе общества представляем из себя не что иное, как рабочих скотов, удел которых всю жизнь работать, трудиться, создавать богатства, работать с утра до вечера, работать недели, месяцы, годы, работать всю свою жизнь, и за свой убийственный труд получать нищенский заработок. Мы создаем богатства, а пользуемся ли ими? Нет, ими пользуются наши паразиты хозяева: на наши богатства они создают себе счастье, а нас заставляют голодать, - на наши богатства они пресыщаются в довольстве и роскоши, а нас заставляют ходить в лохмотьях и жить в вонючих тесных конурах. Товарищи, наш завод принадлежит не хозяину капиталисту, а русскому правительству. Казалось бы, мы должны жить в лучших условиях, чем рабочие частных заводов: ведь считается же русское правительство отцом своего народа, блюстителем его интересов. Но на деле выходит совсем иначе. Наше «любвеобильное» правительство вместо того, чтобы беречь и лелеять своих верноподданных детей, нещадно их тиранит. Где в другом месте так часто и так нахально понижают расценки? Где так нагло притесняют и издеваются над рабочими? Где так надменно глумятся над человеком, приравнивая его к бродячей, бездомной собаке?.. Недавно администрация нашего завода в очень короткий срок понизила расценки на 50%. Товарищи, им еще мало нашей крови и поту – алчные аппетиты их ненасытимы был рабочий кое-как полуодет, полусыт – нужно его раздеть донага, сделать… нищим. Цеховое жалованье у нас не отмечено в книжках, поэтому нас рассчитывают по произволу начальства. Это грабеж – не на большой дороге, не из-за стены ночью, а грабеж царских разбойников среди бела дня. Пойдешь жаловаться инспектору – «Где работаешь?» - «На инструментальном». -  «А, в казне, на казенном заводе. Нельзя. Нельзя». – «Помилуйте, да ведь сил наших нет терпеть: начальство притесняет, мастера…». – «Нельзя, нельзя. Против кого другого, а против казны нельзя». И ты уходишь оплеванный, беззащитный, оставленный на произвол начальства, отданный всецело в лапы грабежа и насилия. Работу мы получаем от штучников (монтеров) – этим наше подлое начальство из наших же братьев рабочих создает кровопийцев, обирающих наш труд и отнимающих у нас и без того скудный заработок. Заржавела работа – нас заставляют чистить ее даром. Наши мастерские переполнены наждачной и известковой пылью, выедающей наши глаза и отравляющей наш организм. Наше начальство, наше царско-казенное начальство, не позаботятся даже устроить сносной вентиляции. Придешь к Винтеру, Щепотьеву, Родионову сдавать работу – набрасываются на тебя за всякий пустяк, как собаки богатого барина. Словом, куда вы ни оглянетесь, куда ни посмотрите – везде вы заметите вместо неисчислимой доброты царского правительства неисчислимое насилие, притеснения, издевательства. Да и немудрено: разве наше царское правительство – правительство народное (демократическое), крестьянское, рабочее? Разве там, в государственном совете, в сенате, в министерствах , на всех государственных должностях, есть у нас, рабочих и крестьян, свои люди, которые защищали бы наши интересы, отстаивали наши права от богатых? Нет, у нас нет там своих людей. Там есть люди, но только не наши: есть там дворяне, капиталисты и прочие власть имущие лица. Они и составляют русское правительство, которое давит и гнетет нас, рабочих, отбирает от нас  последние крохи нашего заработка: ему ведь нужно много денег, оно привыкло жить не по-нашему. Рабочие ведут себя смирно, переносят все притеснения безропотно, а правительство исподтишка грабит и гложет рабочих. Чуть рабочие захотят улучшить свое положение, увеличить заработную плату, сократить рабочий день – правительство настороже: по первому крику капиталистов приезжают казаки, войска, начинается расправа с бунтовщиками. Бунтовщиков порют, сажают в тюрьмы, ссылают в Сибирь на каторгу, и все это потому, что в русском правительстве нет у нас своих людей, защищающих наши интересы и отстаивающих наши права. И до тех пор не прекратятся в конец наши страдания, пока наше правительство из дворянско-буржуазного (капиталистического) не превратится в правительство демократическое, народное… Только при демократическом государственном правлении мы в состоянии облегчить нашу тяжелую жизнь.  Но демократического устройства в государстве нам никогда не дадут добровольно, потому что демократизм - это нож, от которого погибнет русское самодержавие, - а кто же пожелает собственной и добровольной смерти? Поэтому, товарищи, демократическое государственное правление мы должны ввести силой, т.е. путем революции, народного восстания.
Товарищи! Только что прошел день нового года. Зададим себе вопрос, что он принес с собой в нашу жизнь, что он дал нам нового? Увы, после нового года мы остались в том же положении, как и до нового. Те же притеснения и грабеж и грабеж будут свирепствовать на нашем заводе. Та же наждачная и известковая пыль будет отравлять наши внутренности, некипяченая вода – заражать наш организм. Пойдут те же увечья, после которых нас выбросят на улицу, как сработавшийся инструмент. Те же сокращения расценков, та же нужда и бедность будет постоянным спутником нашей жизни. Нет, товарищи, так жить невыносимо. Больше терпеть нам немыслимо. Нашему горю и страданиям должен наступить конец. Долго мы безропотно переносили насилия и эксплуатацию со стороны наших врагов, долго слушали елейные слова наших добрых пастухов-попов о покорном преклонении пред властями предержащими, долго верили в поповскую чепуху, что страдания бог посылает для испытания. Нет, довольно страданий, нищеты и голода! Довольно веры в небесное царство – нужно подумать и о земном рае.
Товарищи, будем действовать дружно. Соединимся все вместе, бросим работу и заявим нашим грабителям, что мы требуем:
1)	Повысить расценки на 50%, т.е. по [сравнению со] старыми расценками.
2)	Отмечать во всех книжках цеховое жалованье, а сверхцеховое выдавать по окончании работ.
3)	Работу всем выдавать из конторы и уничтожить посредничество штучников.
4)	Повысить на 50-70% жалованье штучникам.
5)	Выдавать получки через каждые две недели.
6)	Получать не из конторы, а по мастерским и в рабочее время.
7)	Кончать работу в субботу в 2 часа и платить за день, как на других заводах.
8)	Требуем ежедневной помощи в размере поденной платы во время болезни или увечья.
9)	Засчитывать вторичную чистку готовой работы за счет конторы.
10)	Устроить хорошую вентиляцию в точильном и полировочном отделении.
11)	Завести самовар для кипятка и готовить кипяток два раза в день.
12)	И, наконец, требуем человеческого обращения начальства с рабочими.
Стонет и тяжело вздыхает бедный наш русский народ.
Руки он к нам простирает, нас он на помощь зовет.
Мы пойдем в ряды страждущих братьев, мы к голодному люду пойдем, с ним пошлем мы злодеям проклятья, на борьбу мы его позовем.
Вставай, поднимайся, рабочий народ!

Январь 1903 г.


Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь! Российская социал-демократическая рабочая партия.
Листок № 2.
О САМОДЕРЖАВИИ
Уже несколько лет в разных концах России раздаются гром-кие крики «Долой самодержавие!», «Смерть самодержавию!». Что это значит? Почему, за что и зачем следует уничтожить са-модержавие, да и что такое самодержавие?
Многие думают, что самодержавие — это царь, а «долой самодержавие» — значит долой царя, только одного царя. Но» это неверно. Россия управляется самодержавием, а не царем. Царь только стоит во главе самодержавного управления и своим: именем покрывает и узаконяет всякую несправедливость, всякое притеснение слабых сильными, всякое порабощение слабых. Царь назначает министров, сенаторов, членов государственного совета, губернаторов и самых высших, важных сановников, а те, в свою очередь, избирают себе полицмейстеров, жандармов, ис-правников, приставов, урядников, околодочных, городовых, шпионов и прочей дряни. И вся эта многотысячная армия чи-новников не служит народу, а правит народом, она не считается-с желаниями народа, она не дает народу никаких отчетов в своих действиях. Все эти наемные чиновники вместе и каждый из них в отдельности безотчетно распоряжаются, властвуют над. народом, все они составляют самодержавие. Поэтому в России не один царь, а десятки тысяч царей и царьков, не один само-держец» а десятки тысяч самодержцев. Все министры, губер-наторы, атаманы, полицмейстеры, жандармы, пристава, фабрич¬ные инспектора — все это царьки, все это самодержцы. Даже городовой, несчастный городовой, получающий 12 целкашей, и-тот в России самодержец, потому что о« является начальни-ком, а не слугой общества, потому что он колотит, обирает, по-давляет и порабощает народ.
В России все чиновники — царьки. Разница между ними та, что царь и министры творят насилия и зверства во в-сей России, а губернаторам дана для произвола и грабежа только одна губерния, полицмейстеру позволено грабить и пускать в ход на¬гайки только в своем городе, пристав же совсем обделен, пото¬му что может брать взятки и давать зуботычины всего-то в од-ном участке. Но каждый в своем же маленьком царстве полный царек и самодержец, а мы все, весь   город   в   бесконтрольной власти у этих царьков-чиновников. И какие бы    беззакония ни творил чиновник, каких бы подлостей он ни совершал, как бы он ни издевался над народом, — никто не может привлечь чи-новника к суду, никто, кроме его начальника. Но ведь ворон во-рону глаза не выклюет. Все они друг другу помогают, друг дру¬га защищают и поддерживают, все они составляют одну шайку из грубых, невежественных, развратных,    прожорливых и ненасытных хищников. Честному человеку в этой  шайке нет места, его заклюют, выживут, опорочат. Да, честный   человек   и   сам оттуда убежит, он задохнется там, где вое живет   и   дышит неправдой, сплошным    беззаконием и беспрерывным    обманом и где все, от городового до министра и царя, грабят народ взят¬ками и вымогают последнюю копейку.
Да и откуда возьмутся там честные люди? Самых важных чиновников назначает царь из числа графов, баронов, герцогов,, князей и вообще тех знатных господ, которые уже много веков занимаются грабежей народа, которые засекали до смерти своих крепостных, которые дни и ночи проводят в разврате, обжор¬стве, волокитстве, пьянстве и игре, которые не знавали горя и нужды, которые в молодости кутили и развратничали, а не учи¬лись. Награды и повышения получает тот, кто низко кланяется и угодничает, кто на самодержавной службе   забыл   совесть   и стыд, забыл, что он человек, а не хищный волк. И властвуют над народом начальники нечестные, судьи неправые, и самодурству¬ют они во-всю, и грабят, сколько влезет. Самодержавное правле¬ние довело страну до того, что уже грабить стало нечего.
Ну, а царь зачем смотрит? — спросят некоторые.    Почему он не следит, чтобы всем хорошо жилось?
Роль царя свелась к роли гуттаперчевого штемпеля. Если бы даже в цари попадали самые гениальные люди, то и тогда один человек не в силах уследить за всем, знать и поли мать все, хотя бы самые важные дела. Но ведь у нас царь на свой престол попадает только потому, что он царской крови, что он    родился от матери-царицы, все-равно умный он или дурак, добрый или злой,   образованный  или невежественный,    трудолюбивый    или лентяй, религиозный или безбожник, трезвый или пьяница, раз¬вратник, кутила, скандалист и т. д.
Мы обязаны думать, что царь не имеет и иметь не может плохих качеств. Но мы ведь знаем, что царь Иоанн Грозный был совершенно сумасшедший изверг, который радовался, видя муки людей. Вот уже много веков все вспоминают страшные расска¬зы об этом бешеном звере в царской короне. Сын его Федор Иоаннович был блаженнейший, слабоумный. Николай I, прозван¬ный Николаем Палкиньгм, был палач, который, кроме кнута и палки, ничего не признавал.
Александр III был пьяница и самодур. Ныне благополучно угнетающий народ Николай II — человек слабоумный, безволь¬ный, несамостоятельный, который является игрушкой в чужих руках. И всем этим царям — и идиотам, и шутам, и развратникам, и кнутобойцам — народ должен не только повиноваться, но и поклоняться как идолам. Каждое желание, каждое слово-царя, какое бы оно идиотское ни было, является законом для мил¬лионов людей". И никто, ни один человек, под страхом лютой казни, не смеет спросить, почему это так, а не иначе, не смеет ничего посоветовать, не смеет указать на несправедливый и тя¬желый для народа закон.
«Ибо   в  России   нет   закона — есть   столб,   а   на   столбе
корона».
Вот почему мы, социал-демократы, требуем, чтобы страной Правил не самовластный царь и не кучка его министров, а сам народ через своих выборных… Депутаты будут решать все дела открыто — всенародно и будут давать народу отчеты во всех своих делах. А самодержавие никому отчетов не отдает и все вопросы, важные и неважные, обсуждает тайно.
Итак, «долой самодержавие», значит долой не только царя, но и всех правителей, всех врагов народа, которые властвуют над ними. «Долой самодержавие» означает замену бесчестной шайки чиновников выбранным правлением, «долой самодержавие» значит долой тиранов, которые порабощают нас, долой произвол, который гнетет нас, долой законы, которые давят нас,
О том, кому выгодно самодержавие и почему оно невыгод¬но рабочему люду, — мы еще поговорим.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем безработным рабочим и работницам Екатер[инослава]

Текст листовки:
КО  ВСЕМ  БЕЗРАБОТНЫМ  РАБОЧИМ   И  РАБОТНИЦАМ ЕКАТЕРИНОСЛАВА
Товарищи! Время от времени закрываются фабрики и заводы, прекращается работа, рассчитываются сотнями рабо-чие и выгоняются безжалостными капиталистами на улицу, где они обречены на голодную смерть вместе со своими же-нами и детьми. Царит безработица, ужасная безработица. Люди хотят работать —им негде, люди хотят есть — им нече-го. Люди хотят подумать сообща над своим положением — им не позволяют, люди хотят показать, что им уже молчать не¬вмоготу — их бьют нагайкой.
Почему же нас, рабочих, обошла так судьба? Почему именно мы, те самые, которые потом и кровью создаем богат-ство, так угнетены? Почему нас бьют, нас мучают, нас обрека¬ют на голодную смерть, наших жен на страдание? Почему мы вынуждены в бессильной злобе молчать, когда наши дети плачут об одном куске черствого хлеба.
Все потому, что фабрикантам и начальству, которое толь-ко заботится о наших хозяевах, невыгодно позволить нам понять наше положение.
Стоит нам понять, что мы, и только мы, даем возможность жить припеваючи капиталистам, что мы, и только мы, попол-няем трудовыми грошами казну, что мы, и только мы, попол-няем войско, которое нас же бьет, когда прикажет началь¬ство, стоит только нам додуматься до того, что без нас не могут существовать ни промышленность, ни фабриканты, ни правительство, ни войско, как капиталистам и начальству не под силу будет нас подавить.
Покуда мы беззащитны, покуда мы позволяем ездить на себе, им невыгодно сбросить с нас узду, напротив, им во сто крат выгоднее еще туже взнуздать нас, но раз мы заявим, что и мы люди, что и мы хотим по-человечески жить, что мы тре-буем хлеба или работы, что уже невмоготу нам терпеть их прижимки, и они должны будут идти на уступки.
Когда в 1896 году в Питере были громадные Стачки, то правительство вынуждено было провести фабричный закон об укорочении рабочего дня. Когда в Ростове-на-Дону 30 000 человек более двух недель бастовали и выставили свои требования, то правительство удовлетворило часть их требований, хотя раньше уложило на месте выстрелами несколько наших товарищей рабочих.
Только в нас наша сила. Ни на кого мы не можем надеять¬ся. Голод — наш начальник, и только ему мы должны подчи¬ниться.
Подумайте же, товарищи, если мы не позаботимся о себе, кто возьмет на себя труд сделать это? Никому нет в этом вы-годы, напротив, все боятся нас, потому что в нас сила и един-ственная сила, и раз мы проснемся, раз мы заявим требова¬ние хлеба  или работы, то нас вынуждены будут услышать. За границей наши товарищи в лучшем   положении:   их   не бьют, когда они хотят обсудить свое положение, в них не стре¬ляют, когда они выходят на улицу, чтобы заявить о своих нуж¬дах, их не запирают в тюрьмы, когда они выясняют друг другу положение вещей. Там есть люди, которые открыто борют¬ся за интересы рабочего  класса, есть кассы, откуда можно получить материальную поддержку в случае безработицы, там можно в газетах писать об их положении. Там они, рабочие, так же, как и мы, силой заставили признать себя людьми и теперь с ними  считаются. У  нас же  правительство мучает, терзает нас, сотнями высылает на родину, заставляя нас го-лодать там.
Когда же мы проснемся? Когда откроем глаза, чтобы са-мим убедиться в несправедливости? Когда же мы получим большее право жить по-человечески, нежели хотят наши эк-сплуататоры, потому что мы, и только мы, создаем все богат¬ство окружающее. Проснемся же, довольно спать! Потребу¬ем хлеба или работы! Соединимся же, безработные това¬рищи!
Группа безработных г. Екатеринослава 
Январь 1903 г.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим сахарного з-да Бродского


Текст листовки:
Пролетарии  всех  стран,  соединяйтесь!
КО ВСЕМ КИЕВСКИМ ТИПОГРАФЩИКАМ
Тяжела жизнь русского рабочего, но особенно приходится терпеть от  условий  своего   труда   наборщикам. Свинцовая пыль, носящаяся в наборных, необычайно вредна для здоровья; при каждом вдыхании наборщик вбирает в себя вместе, с воздухом частицы того яда, который быстро и верно разру¬шает его легкие, подтачивая его силы, и делает его живым мертвецом. Работать приходится стоя, усиленно напрягая зрение, чтобы набирать быстро, не ошибаясь. От долгого стоя-ния на ногах начинают образовываться отеки, начинают пор-титься ткани тела, глаза от усилий слабеют. Пройдет несколь¬ко времени, и человек, пришедший в типографию здоровым, цветущим юношей, выйдет оттуда весь искалеченный, разби-тый, с никуда не годными легкими, слабо стоящий на ногах,— живой мертвец с трясущимися руками, с лицом землистого цвета, мертвец, весь пропитанный разрушающим его свин-цовым ядом, мертвец, так как ноги не могут его носить, глаза не указывают дороги.
И в самом деле, кто из типографщиков выживает долгое время? Типографский труд — труд с наибольшей смертно¬стью; старых здоровых типографщиков вам не удастся никог¬да или очень редко удастся встретить. И вот, казалось бы, такие, лежащие в самом производстве, трудности должны были бы вызвать облегчение условий труда, на самом же деле мы видим совершенно обратное: большинство типогра¬фий помещается в тесных, неудобных помещениях, лишенных света, простора и воздуха. Хозяину нет дела, что на его гла¬зах гибнут человеческие жизни от ядовитого свинца; он не позаботился о достаточном количестве вентиляторов, могу¬щих хотя бы немного уменьшить зло. Хозяину нет дела до того, что наборщики слепнут от недостатка света, что в под¬валах, где часто устраиваются типографии, темно, что на¬борщики стоят далеко от окон; он не позаботится о достаточ¬ном количестве света, о лампах с сильными горелками и об электрическом освещении. Нет, в типографии неизменно тем¬но, тускло и мрачно. Но и этого мало. Хозяева пускаются на целый ряд тонкостей, чтобы как можно сильнее закабалить рабочего, чтобы выжать из него все соки без всякого остатка. Рабочий день увеличивают они перестановкой часовой стрел¬ки — такие штуки проделывают в типографии - Спиллиоти. Если у Яковлева не согласишься работать на шабаш, то к нему, в этот рай земной, нет тебе входа. Во многих типогра¬фиях задерживают плату, а у Шевченко даже за три месяца. И все это проделывается под личиной благочестия и люб¬ви к рабочим. У Яковлева даже есть богадельня, в которую можно- попасть одинокому рабочему только после 15-летней у него работы, после того, как лишится всякой способности к труду. Хороша же богадельня как приманка к верной гибе¬ли, хороша богадельня как средство для большего закабале¬ния и чуть ли не вечной работы на господина Яковлева! Итак, что же это, как не гнет, выжимание труда и эксплуатация?
А сколько унижений терпят рабочие, сколько насилия, как позорится и угнетается святое достоинство личности рабо-чего!
А выйдете вы из типографии — что же вокруг? Душно и мрачно вокруг! Всюду царит произвол, насилие и бесправие, всюду попирается все честное и святое, всюду правят наглые окрики самодержавного правительства, свищет нагайка, раз-даются выстрелы в рабочих, как это было недавно в Ростове, всюду льется кровь людей, стремящихся к лучшей жизни и свету. Правительство и имущие классы делают свое дело. Они боятся приближающейся грозной бури негодования угнетен¬ных рабочих, они чувствуют, что сознательных рабочих делает¬ся все более и более, они видят, что рабочие соединяются в сильную социал-демократическую рабочую партию, и они за-ранее трепещут. Они боятся, что свободное слово пойдет широ¬ко  в  массу  рабочих, взволнует это   глубокое   море, и   нет тогда пощады самодержавному правительству, нет тогда по¬щады бесправию и гнету! Вот почему в России правительство и не разрешает свободы слова, печати, собраний, вот почему у нас нет политической свободы.  Вот почему тем  же това¬рищам типографским рабочим приходится печатать книги, где всюду говорится о богатых, их интересах, их жизни и нет ни одного слова о жизни рабочих, о том, как им живется, как нужно рабочим бороться, что он должен знать, что помнить, где его враги и угнетатели.
Товарищи! Буря приближается, она должна скоро грянуть, и нам нужно будет пойти на штурм самодержавного прави¬тельства! Только уничтожив его, мы откроем широкий путь к счастью, свободе и жизни. А для этого нам нужно организо¬ваться, нужно составлять кружки, где бы читалась недозво¬ленная правительством литература, выясняющая средства борьбы, описывающая нашу жизнь и все проявления прави¬тельственного гнета.
Организуйтесь же, товарищи! Только при помощи органи¬зации возможно могучее и сильное массовое рабочее движе¬ние, способное уничтожить самодержавное правительство, бес¬правие и гнет капиталистов.
Наша сила в организации, только с нею возможна победа!
Издание    Киевского   Комитета   Российской социал-демократической    рабочей     партии
Киев, 24 января 1903 г.


Название листовки (или первая строка):
Отчетность в суммах, поступивших на поддержание стачечников ф-ки барона Штиглица по 24 января с.г.


Название листовки (или первая строка):
Киевский с.-д. листок. № 7. Листок подействовал.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем рабочим и работницам Невской бумагопрядильной и ниточной ф-ки (бывш.барона Штиглица)

Подпись под листовкой:
Союз борьбы за освобождение рабочего класса, Спб. Комитет РСДРП (Комитет рабочей организации)

Текст листовки:
СОЮЗ БОРЬБЫ ЗА ОСВОБОЖДЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА

СПБ-КИЙ КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ 
РАБОЧЕЙ ПАРТИИ

КО ВСЕМ РАБОЧИМ И РАБОТНИЦАМ НЕВСКОЙ БУМАГОПРЯДИЛЬНОЙ И НИТОЧНОЙ ФАБРИКИ БЫВШ. БАРОНА ШТИГЛИЦА

							Мрет в наши дни с голодухи рабочий.
							Долго ли, братья, мы будем молчать…

Уж очень долго мы, товарищи, молчали, сносили все «хозяйские» притеснения. Наконец, невмоготу стало нам, - лучше смерть, чем собачья жизнь. Наши хозяева готовы были выжать из рабочего все соки, и когда, несмотря на это, фабрика, вследствие общего кризиса, начинает приносить им доходу не 50%, а 30-25%, то они начинают вопить о разорении и не стесняются вышвыривать рабочих на улицу или понижать их заработную плату. Так как они рассчитали половину работниц на ватерах на ниточной фабрике, а на оставшихся взвалили всю работу, которую выполняли раньше все вместе, то у этих же самых катушечниц они бракуют хорошо приготовленную работу и ничего за это не платят. Работницам на бумагопрядильной фабр. они сбавили месячный заработок до 6 руб. … Сбавлять то они могут, а когда рабочие требуют прибавки, то они этого не в состоянии сделать – «средств не хватает»… Фабричная администрация знает хорошо, что на ее стороне стоит и полиция, и солдаты, и что она всегда может «усмирить» недовольных своим положением рабочих, и потому то она и не стесняется грабить догола нашего брата. Когда в среду стала бумагопрядильная фабр[ика], то «фараонов» нагрянуло туда видимо-невидимо, и каждого рабочего провожали до дому с городовым, чтобы засвидетельствовать его личность. В четверг на той же фабрике у тех, кто не хотел брать расчет, пристав брал расчетные деньги и книжки себе. Когда на ниточной фабрике забастовали красильщики, а за ними и остальные, то в понедельник дир[ектор] Риддель объявил красильщикам и катушечницам расчет; первым за то, что они первые стали, а на вторых он давно зубы точил. Нет, товарищи, нечего нам ждать добровольных уступок от наших хозяев; никогда мы не добьемся ничего, если все будет идти по-старому, если за наших богачей-хозяев стоит само правительство, готовое нещадно бить и гнать рабочих. Пока нет у нас свободы, пока мы не можем сами защищать свои интересы через своих представителей, пока мы все рабочие сознательно не поймем, что добиться лучших условий мы можем лишь тогда, когда соединимся все в одну сильную и крепкую боевую организацию, до тех пор мы, борясь каждый отдельно, не добьемся никогда ничего, а по одиночке нас всегда легко победить. Наша сила в единении, в солидарности. Мы должны всем и каждому разъяснять это и убеждать в необходимости организации. Когда мы будем представлять из себя сорганизованную рабочую партию, крепкую духом и сильную стремлением завоевать себе лучшую жизнь, тогда никакие полицейские орды и казацкие нагайки не сломят и не разрознят нас и тогда только будет обеспечена наша победа.
И вот теперь, когда стали обе наши фабрики, когда нашей забастовке рада, пожалуй, сама наша администрация, так как она давно уже собиралась рассчитывать рабочих, и теперь, товарищи, мы можем все-таки добиться уступок от своих хозяев, если будем стойко до конца все вместе требовать выполнения наших условий. Администрация в конце концов должна будет пойти на уступки, так как фабрика долго без работы стоять не может, это будет убыточно для нее. Только при общей солидарности мы можем рассчитывать, что наши требования будут исполнены. Будем же, товарищи, требовать до конца следующих уступок от нашей администрации:
1. Чтобы подручным и ученикам на бумагопрядильной фабрике платили по 1 р. 25 к. в день, если будут готовы ровницы, и по 1 р. если ровницы не будут успевать приготавливать.
2. Чтобы всем работницам на этой же фабрике повысили расценки на 25%.
3. Чтобы красильщикам, белильщикам, сновальщикам и шлифовщикам на ниточной фабрике прибавили 20 к. в день.
4. Чтобы вновь поступающим рабочим на эту фабрику платили 1 р., а не 80 к. в день.
5. Чтобы катушницам платили за бракованную работу поденную плату, а хорошо сделанную работу чтобы совсем не браковали.
6. Чтобы работницам на ватерах прибавили 10 к. в день, или же оставили старое жалованье при прежнем количестве работниц.

Смело, друзья, не теряйте
Бодрость в неравном бою…

КОМИТЕТ РАБОЧЕЙ ОРГАНИЗАЦИИ

27 Января 1903 г.


Название листовки (или первая строка):
Памяти защитников рабочего класса Осовского, Петрусиньского, Куницкого, Бордовского, повешенных 28 января 1886 г.


Текст листовки:
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Российская Социал-демократическая  Рабочая Партия

К рабочим ниточной мануфактуры Штиглица.


Товарищи-рабочие! По приказанию градоначальника вас всех рассчитывают. Вы все знаете, чем это пахнет. Вы знаете, что вас будут нанимать поодиночке. Вы знаете, что наймут только смирных, согласных работать по старому расценку, угодных полиции. Вы знаете, что многие ваши товарищи будут выброшены с семьями на улицу, а потом высланы из Питера. Вы не должны дозволить этого. Вы не должны допустить измываться над вами. Не должны подводить товарищей. Помните, сегодня так поступили, если вы позволите, завтра поступят с другими. Сегодня «по распоряжению градоначальника» вас рассчитывают, потому что вы не хотите работать по старому расценку, завтра «по распоряжению градоначальника» вам предложат работать по пониженному расценку. Это непременно сделают, когда увидят, что рабочие бессильны. Вы должны дружно стоять на своем и употребить все силы, чтобы никто из ваших товарищей не пошел наниматься вновь. Мы, члены комитета соц.-дем. рабочей партии даем вам слово, что употребим все свое влияние, чтобы помочь вам. Мы известим о вашем горе весь Питер, всю Россию, мы устроим по возможности широкий сбор денег в вашу пользу, мы уговорим рабочих других фабрик и заводов поддержать вас… Ваше дело мы считаем общим рабочим делом. Держитесь же стойко: все за одного, один за всех… Не уступайте наглой силе капиталистов и правительства, покажите, что рабочий класс – не безмолвные покорные рабы, с которыми можно делать, что угодно.
Дружно, товарищи! На борьбу за свое право!

СПБ Комитет Российской Социал-демократической Рабочей Партии
28 января 1903 года.
Прочитайте и передавайте товарищам.


Название листовки (или первая строка):
Ко всем работникам кожевенных з-дов г.Двинска

Текст листовки:
Р о с с и й с к а я  С о ц и а л-д е м о к р а т и ч е с к а я  Р а б о ч а я  П а р т и я


КО  ВСЕМ  РАБОТНИКАМ  КОЖЕВЕННЫХ  ЗАВОДОВ  Г. ДВИНСКА

						 «Эй же вы, хлопцы, вы наливайте,
						 «Щоб через край полылося,
						 «Щоб наша доля нас не цуралась,
						 «Щоб нам, «мойстерам», лучше жилося!»
			(Марсельеза «старших» с заводов Грилихеса и Вальденберга)
-… Панове! Чимайтесь за мне, а я  за вас, а на тых «волах и ослах» бендзем орать и борновать! (Из слова Грайннера к «старшим»)
-… Один против ветра не надуешься! Чего они бунтуют? – Солдат вызовут дадут залп, - все пропало! (Из разговора одного «старшого» с рабочими).

Товарищи! Два года назад в кабаке Сарвуша по Шоссейной собрались все «старшие» с заводов Грилихеса и Вальденберга: Грайннер, Найман, Зносков, Панша-Венцук, Шинявский, Видовский, Абрамович и Томчин. Собрание это было совершенно обыкновенное, по пьяному делу, но за бутылками пива было принято несколько тайных решений. Р е ш е н и е 1. – Все «страшие» образуют союз, чтобы платить рабочим меньше, а себе класть в карман больше. Р е ш е н и е 2. – Для этой достойной цели они должны стараться заменять взрослых рабочих малолетками, т.к. труд детский дешевле и 2-3 рубл. в неделю ребятам за глаза вполне достаточно, да и неприятностей с ними меньше, чем со взрослыми, и у старших в карманах хозяйских деньжат будет оставаться больше. Р е ш е н и е 3. – Уменьшить заработную плату и установить детский труд на всех заводах, старшие обязуются крепко стоять друг за дружку и дружно бороться с теми рабочими, которые останутся недовольны новыми условиями и, выгоняя их с одного завода, не допускать к работе и на других. «Чимайтесь, панове, за мне, а я за вас!» - сказал в заключение Грайннер, и все собрание запело: «Щоб наша доля нас не цуралась, щоб нам, мойстерам, лучше жилося».
Плоды деятельности этого почтенного союза мошенников и грабителей не замедлили обнаружиться. Несмотря на то, что кризис только отчасти коснулся кожевенного производства, - наши улицы полны безработными кожевенниками, которых заменили теперь дети; прежняя заработная плата взрослых 7-10 руб. еженед., заменена 3-5 руб., получаемых малолетками. Шинявский же получает 70, 80, 90 р. в неделю, заработок остальных старших колеблется между 25 и 50 р. в неделю; вы же голодаете… Немногих счастливцев из вас, которые еще работают и которых еще не прогнали с заводов, окружили шпионами, зорко следящими за малейшими проявлениями вашего недовольства. Быть недовольным грабежом старших – значит, по их мнению, посягать на их Божественное право воровать и грабить безнаказанно, а это, по мнению «старших» - значит быть неблагодарным, быть государственным преступником; следовательно, с недовольными их грабежом рабочими надо поступать, как с государственными преступниками. И вот вы шагу не можете ступить, чтобы не наскочить на шпионов, которых содержат старшие на деньги, награбленные у вас же. Товарищи! Вот ваши шпионы: Сасуев (отставной солдат, светловолосый, лицо продолговатое), Заводский Юрка, Малаховский (темнорусый, кривоногий, борода клином), Сталька Калнон (высокий, усы рыжие). Нахальство старших дошло до того, что они, не стесняясь, предлагают работникам плату за шпионство.
Низкая плата, шпионство, грабеж, взяточничество старших и толпы безработных и умирающих с голода – вот ваше положение, товарищи! Спросите вы: «чего же смотрят фабриканты!» А фабрикантам вашим такой порядок грабежа рабочих выгоден по следующим причинам: П р и ч и н а 1. – Отдавая работу старшим, фабриканты сдают ее за меньшую цену, чем если бы они сами держали рабочих, рассчитывая их понедельно. П р и ч и н а 2. – Старшие, ради своей выгоды, заботятся о сохранении поштучной платы, которая для фабрикантов выгоднее. П р и ч и н а 3 (самая главная). – Фабрикант, допуская старших грабить рабочих, сам стоит в стороне, и гнев рабочих за непорядки на его заводе не обращается на него, что неизбежно произошло бы, если бы он вылез из-за своих ширм и показался честному народу, сдавая работу рабочим не через старших, а непосредственно. Без старших рабочие видели бы в нем своего врага и притеснителя, и все соединились бы против него и добились бы улучшения своего положения. Теперь же фабрикантам выгодно иметь старших, т.к. у рабочих пред глазами не один враг он, капиталист, а много, и борятся они с ними отдельно и разрозненно, и в этой борьбе улучшить свое положение не могут. «А что делает правительство, которое в лице фабричного инспектора должно охранять интересы рабочего народа?..» Инспектор дерет взятки с хозяев и молчит, а правительство, когда вы, потеряв терпение,  устраиваете стачку и заявляете свои требования, напускает на вас войско, полицию, вас бьют смертным боем, расстреливают как бешеных собак, сажают в тюрьмы, ссылают в Сибирь, т.к. по мнению нашего самодержавного правительства, бунтовать рабам против своих господ не приходится.
Таково ваше положение, товарищи! Вас опутали, заковали в цепи и баюкают старую песню, что все это от бога и что всегда так было, есть и будет продолжаться.
Да, товарищи, так и будет, если мы будем смотреть на все, закрывши глаза, и будем холопски выносить все наши обиды, притеснения и надругательства! Но если мы очнемся от нашей спячки и присмотримся к положению наших товарищей в других городах России, которые дружной и упорной борьбой с нашими общими притеснителями – капиталистами и русским правительством – улучшили свое положение, то мы видим, что рабское положение наше не вечно. Наши враги только и сильны нашими разъединением и разрозненностью, но они не сумеют устоять против союза рабочих; в союзе – наша сила, в единении – мощь! Соединимся же, товарищи! Братски протянем друг другу руки, и пусть каждый из нас помнит, что он принадлежит к единой братской семье рабочих, которая поставила своею постоянною целью неуклонную, мужественную борьбу со своими притеснителями – капиталом и русским самодержавным правительством, и не положить своего оружия до тех пор, «пока ярмо царского деспотизма, огражденное солдатскими штыками, не разлетится в прах», и когда, завоевав политическую свободу, мы, рабочие, получим возможность уже вполне открыто бороться с нашими притеснителями – капиталистами. 
Долой же фабрикантов и их гнусных прихлебателей! Долой мешающее нам в нашей борьбе с капиталом, самодержавное правительство!
И да здравствует в нашей борьбе единение рабочих всех национальностей!

Январь, 1903.			Двинский Комитет Росс. соц.-демократ. Раб. Партии.


